If I stay

Поздно вечером по опустевшим городским улицам шел парень, глубоко накинув капюшон, чтобы не привлекать к себе внимания. Несмотря на непреодолимую усталость и измотанный вид после многих часов, проведенных без свежего воздуха и потраченных зря на бесполезные и без того понятные доводы врачей, он был счастлив, что наконец-то выбрался из пропахшей лекарствами и хлоркой больницы и теперь может почувствовать себя независимым от таблеток, гипса и больничной койки. Мимо него не раз проезжали машины, но он даже и не подумал вызвать такси, чтобы поскорее оказаться дома. Вместо этого он, не спеша, шагал по тротуару, разглядывая яркие неоновые вывески, витрины, заглядывая в маленькие уличные магазинчики, чтобы в очередной раз втянуть в легкие запах дыма и свежей выпечки. Город казался ему необычайно приветливым и, в какой-то степени, праздничным, будто бы всё ликовало из-за того, что парень, наконец-то, освободился. Он поднял голову в высокое бескрайнее небо, усыпанное миллионами звезд. Так хотелось подняться высоко-высоко и почувствовать себя огромной птицей, чьи крылья обнимают купол неба, защищая от несчастных дней и скуки, от людской ненависти и злости. Как же хотелось вдохнуть, впитать в себя всю мощь, которая кроется в глубинах мира или по ту сторону вселенной. Блаженно закрыв глаза, он почувствовал, будто душа улетает далеко в вечные просторы космоса, и от этого захотелось улыбнуться. Пусть это и выглядело и неуместно, но он шел, задрав голову, и улыбался звездам. Спустя несколько миль, парень подошел к дому. Он, как ничто иное, мог согреть и приютить. Это – точно взять зонт, когда на улице льет ливень, – словно найти выход, когда кажется, что его не может быть. Парень сел на диван и начал прислушиваться к звукам, казалось бы, безмолвного, дома. На стене неподвижно висели старинные часы, подаренные еще прабабушкой, и глухо отбивали ритм, за окном шел дождь, барабаня по стеклу, словно маятник, на кухне гудел холодильник, и кот, лежавший у ног хозяина, тихо урчал и водил хвостом по ворсистому ковру. В этой тишине он мог услышать биение собственного сердца. Посидев так еще несколько минут, он достал гитару, лежавшую на полу, и принялся перебирать струны, вспоминая мелодию любимой песни. За время его отсутствия инструмент слегка запылился и выглядел чересчур потрепанным. На тонком грифеле красовалась саламандра и маленькая кошачья лапка. — Another day another life Passes by just like mine It's not complicated, — разносилось по дому эхом. Он был полностью увлечен игрой и сосредоточенно пел куплет, — Float down like autumn leaves And hush now Close your eyes before the sleep And you're miles away And yesterday you were here with me... Слова и музыка слились в единое целое и невидимой, осязаемой волной струились по дому, создавая иллюзии осени, когда листья, кружась под легкими, еще не холодными порывами ветра, падают и стелются ярким, пестрым ковром в парке, когда теплый дождь покрывает их и отдает всю влагу, всю энергию земле, одаряя ее жизнью. Он любил петь эту песню и, несмотря на то, что она грустная, улыбался, наслаждаясь приятным мимолетным мгновением. Ото сна его оторвал звонок телефона. Он поднял трубку и сонно проговорил: — Алло, кто это? — Это Ева. Помнишь меня? — послышалось в телефоне. — Ах, да, конечно же, помню! — парень моментально проснулся и выкарабкался из пледа. — Как твои дела? — Все хорошо, — минуту девушка молчала, а затем продолжила: — Я вот зачем звоню. Слышала, что тебя вчера выписали из больницы. — Ага, так и есть. — Не хотел бы ты сходить погулять с мной по городу? Как на это смотришь? — С превеликим удовольствием. Только давай где-нибудь через час. Я вчера поздно лег спать и очень устал, а сейчас, как сонная муха. Хорошо? Напиши мне свой адрес, а я попозже приеду за тобой. — Без проблем. Увидимся тогда. — До встречи. Парень отложил телефон в сторону, уселся на диван и обнаружил, что совсем не переоделся. Вчера он так сильно увлекся гитарой, что не заметил, как время постепенно перевалило за час, и от усталости сил снимать одежду просто не осталось. Поднявшись с места, он направился в ванную, чтобы умыться и принять душ. Теплая вода стекала по бледной от обезболивающих и лекарств коже. Наконец-то можно было расслабиться и поддаться приятным ощущениям, переполнявшим каждую клеточку твоего тела. Вся усталость и негативная энергия исчезла, а вместо сонливости пришла бодрость и сила. Как приятно смешивать внутри себя контрасты разных чувств. Постояв еще немного под теплой струей, он переключил на холодную воду. На часах было одиннадцать утра. После вчерашнего возвращения в доме стоял не самый приятный запах. Парень распахнул все окна в доме, и свежий, даже морозный воздух тут же пробрался в дом, раскачивая белоснежные шторы. Позавтракав двойной порцией овсяной каши и яичницей, он отправился в свою комнату и открыл дверки шкафа. Недолго думая, парень надел шерстяной полосатый свитер, который, по всей видимости, был на два размера больше его нормального, джинсы, носки, выскочил из комнаты, накинул пальто и покинул дом, по которому глухо разносился звук тикающих часов, и кот, пригревшийся у камина, тихо урчал песню своему хозяину. Ждать, когда машина разогреется, оказалось мучительно долго и холодно. Когда она все же была приведена в порядок, он не чувствовал пальцы ног и рук, и от мороза, который окутал все оголенные части тела, сводило зубы. "Давно такой зимы не было", — заметил парень, выезжая на шоссе. Путь его лежал в другой конец города, туда, где жила семья Олдридж. К полдню солнце начало заметно пригревать, и вскоре в салоне машины стало душно, а на окнах образовались капли испаряющейся влаги. Поразительно, как за какой-то час может измениться погода. Движение постепенно начало ускоряться, и вскоре пробка из машин, загромождающая всю дорогу и мешавшая водителям сохранить нормальную скорость, разъехалась, и путь был вновь свободен. Просветы солнца, выглядывавшие из-за стволов деревьев, мелькали на лице, от чего парень жмурился. Между тем машина въехала на долгожданную улицу, в которой Ева указала свой дом. Он взглянул на маленький желтый обрывок листа и принялся разглядывать номера домов. — Так, что тут у нас? — спросил парень сам себя. — Двадцать один, двадцать три, двадцать пять, — бормотал он и смотрел то на дома, то на листок, медленно передвигаясь по дороге. За ним уже скопились машины, и обозленные водители безжалостно сигналили в попытках ускорить человека и даже не подумали, что в такой ранний час многие еще спят. — Ага! Вот и ты. Наконец-то! — воскликнул парень и въехал во двор дома. У двери его ждала девушка в сером полупальто, облокотившись на рукоятку и скрестив руки на груди, всем своим видом показывая недовольство. — А я тебя уже полчаса здесь жду, — проговорила она, снимая перчатки и щупая побелевшие от холода костяшки пальцев. — Извини меня, я, правда, не хотел, — принялся оправдываться парень и подбежал к девушке. — Это все эти чертова пробка, я стоял в ней почти сорок минут, ожидая, когда все разъедутся. Да еще моя машина из-за холода и того, что на ней давно не ездили, с трудом завелась. Ужасное начало дня. Но я могу все компенсировать! Давай, если ты сильно замерзла, я отвезу тебя в кафе, мы поедим, закажем горячий кофе, заодно согреешься. — Все в порядке, я не замерзла. Правда, — сказала она, поймав недоверчивый взгляд, и улыбнулась. Взъерошенные рыжие волосы вылезали из шапки и падали на раскрасневшееся от мороза удивленное лицо парня. Это выглядело настолько мило, что хотелось назвать его большим плюшевым мишкой с глазами-пуговками. — Я очень рада, что ты приехал. К тому же, ты ни в чем не виноват, так что мне не на что обижаться. Может, действительно, сходим куда-нибудь? — Предлагаю в кафе, а потом в парк. Как тебе идея? — Конечно, пойдем. Как раз совсем недавно открылось новое кафе во французском стиле. Называется «Café à la crème»*. Слышал о нем что-нибудь? Все планировала туда зайти. Говорят, там есть огромный ассортимент кофе, разной выпечки, сладостей и много чего другого, — девушка закрыла глаза и сделала довольное выражение лица, как делают, если понюхают что-то невероятно вкусно пахнущее. — Но, если ты не хочешь, мы всегда можем сходить в Starbucks. В принципе, как хочешь. — Мне все равно, лишь бы ты со мной не скучала. А то многие мои друзья говорят, что я иногда бываю скучным собеседником и совершенно не обладаю чувством юмора. Не знаю. То, над чем они смеются... По мне, это глупые, бессмысленные фразы и анекдоты. — Как же ты тогда общаешься с ними? — удивилась девушка, перешагивая через очередную клумбу увядших цветов. — Ну, при мне они не затрагивают эту тему, потому что знают, как сильно я это не люблю. Обычно мы обсуждаем нашу жизнь, новые впечатления, делимся новостями, а, когда мы собираемся все вместе, я достаю гитару и пою песни, а они мне подпевают. Ты ничего такого не подумай, мы очень дружная компания, просто иногда мнения расходится и приходится находить компромисс. Не всегда же всем быть одной и той же мысли! Было бы слишком скучно. — С компанией тебе очень повезло. А у меня только Луиза. Мы общаемся с ней с раннего детства и до сих пор неразлучны. Она всегда меня поддерживает, помогает вставать на ноги, когда я разочаровываюсь в себе, на нее я всегда полагаюсь с полной уверенности в том, что она не предаст меня. Я понимаю, что должна и этой малости радоваться, но, если быть до конца честной, мне бы хотелось расширить свой кругозор, свои возможности. Ведь я никогда не смогу уехать за границу, никогда не заберусь на отвесную скалу в Гималаях, никогда не побываю на Аляске, никогда не попробую еду других стран и национальностей, никогда не увижу Париж... А причиной всему этому является неосторожность и невнимательность, — парень встревожено взглянул на нее. — Мой дядя, он... Однажды поздно ночью мы возвращались домой после поездки в Ковентри*, лил сильный дождь, и дорогу почти не было видно. Поэтому дядя не заметил едущий навстречу грузовик, и произошло столкновение. Врачи считают, что мне очень повезло, ведь я могла бы задохнуться из-за подушки безопасности, или же потом у меня образовался рак легких. — Какой ужас! А сколько тебе на тот момент лет было? — спросил парень после того, как девушка закончила. — И что случилось с твоим дядей? — Мне было тринадцать лет, а с дядей моим все хорошо, правда ему ногу пришлось ампутировать, и он теперь частично робот. — Боже, ты была такой малышкой! Куда твой дядя смотрел?! — возмутился парень. — Он не виноват, — девушка глубоко вздохнула и остановилась. — Здесь и моя вина есть. Если бы я тогда не расспрашивала Дакоту, его возлюбленную, он бы не отвлекся и успел бы отъехать в сторону. Просто... мне так хотелось узнать, как у них обстоят дела. Наверное, если бы не я, сейчас всей нашей семье было бы легче. — Уверен, что это был несчастный случай. Если ты будешь на этом зацикливаться, поверь, всем ты принесешь только боль. Я понимаю, что такое потрясение нелегко забыть, но пожалуйста, пообещай мне, что будешь думать об этом как можно меньше. А еще, — парень хитро улыбнулся. — Пообещай, что всегда будешь улыбаться, когда встречаются трудности в жизни, невзирая на страшные воспоминания и проблемы, ведь всегда легче попросить родных и друзей о помощи. И все равно, много у тебя их или мало. Это своеобразная проверка на прочность. — Я обещаю, что продержусь. Спасибо тебе, — девушка положила голову на плечо парня. — И пусть я разобьюсь об стенку, но ты попадешь в Париж. Любой ценой. И даже не думай мне противоречить! Я не позволю тебе отказывать себе в самых примитивных вещах, которые ты могла бы легко сейчас выполнить. — Хорошо, — девушка засмеялась и затянула потуже шарф. Капли от растаявшего инея покрыли его, словно маленькие прозрачные лампочки на огромной рождественской ели, и отражали свет едва заметного за многослойными облаками солнца. — Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом? Где будешь справлять Рождество? — Не знаю еще. Все хотел съездить навестить родителей и друзей. Это все-таки наша семейная традиция: собираться всей семьей вместе за столом, звать в гости близких и друзей, пить горячий глинтвейн, портер или эль. О, как я люблю мамину фирменную индейку с соусом из крыжовника! Я пока планирую это, если, конечно же, обстоятельства не изменятся. А ты как обычно справляешь Рождество? — Обычно я зову к себе Лу, или, наоборот, она меня, и мы семьями празднуем дома в большой, уютной компании, или идем гулять в город, посмотреть на то, как украсили в этом году Трафальгарскую площадь. Помню, когда я впервые попробовала пунш! — девушка захохотала и приложила руку по рту. — Тогда мне было не сладко. Поэтому, я стараюсь по мере происходящего много не выпивать. Они прошли еще несколько ярдов, когда парень задал вопрос: — Где ты любишь гулять больше всего? — Ну, много где, — девушка улыбнулась и напрягла мозги. — Я очень люблю набережные, там всегда так красиво, особенно на закате, люблю гулять по Тауэрскому мосту и Ватерлоо, а еще мы часто ходим с Лу в Ричмонд-Парк. А так, я из своего любимого и родного Уондсворта* почти не вылезаю. Разве что по праздникам. Кафе оказалось весьма милым и уютным: миниатюрные столики с плетеными стульями, аккуратно стоявшими в шахматном порядке, на стене висели фотографии посетителей, разных частей мира, гравюры, барные столики были украшены виноградной лозой, вывесками и декоративными бочонками с пивом, рядом стояла доска с блюдами от шеф-повара. Пара разместилась за небольшим столиком у окна. Официант подал меню, и девушка принялась изучать его. — Я буду двойное латте и два маффина со сгущенкой и с шоколадной крошкой. — Официант поспешно записал то, что ему продиктовали в блокнот и подошел к парню. — Так. А я буду салат с креветками, сырный соус и кофе. — Вам со сливками или с другими добавками? — спросил официант, записав в блокнот. — Добавки? — переспросил, удивившись, рыжеволосый парень. — Да. У нас есть мускатные орехи, корица, дольки апельсинов и лимонов, кусочки банана, клубники и персика, ликер, коньяк... — Можно мне без добавок? — перебив официанта, он сложил руки в «замок», выражая безразличие, на что тот бросил холодный взгляд. — Можно и без добавок, — повторил он и тут же исчез за барным столиком. — Добавки? Я, конечно, все понимаю, но зачем портить напиток какими-то ягодами, фруктами, другими напитками? К тому же кофе, — возмутился парень, и принялся вертеть ложку в руке. — Лучше бы я пиво заказал. — Да ладно тебе. Зачем переживать из-за какой-то ерунды? Не обращай внимания и наслаждайся тем, что имеешь. Что плохого в том, что тебе подбавят щепотку корицы или дольку апельсина? И можешь не говорить, что ты это не любишь. После завтрака в кафе они пошли гулять в парк. Ричмонд-парк славится своей живописностью и богатством самых разных красок, даже зимой. Здесь можно прогуливаться часами, любуясь, как каждая частичка хрупкой и ранимой природы растет, развивается буйством жизненной энергии и силы, и, в то же время, увядает и погибает в тени высоких деревьев, взмывающих к небу. Поразительно, какой силой обладает маленький цветочек, что выбирается из гущи омертвевшей травы и тянется к высокому небу и яркому солнцу, которое одаряет теплом и лаской. Сколько же надо иметь в себе силы воли, чтобы так неустанно бороться за существование. Это одно из излюбленных мест для туристов и жителей города. Многие поэты и писатели посвятили свои произведения этому необычайно красивому месту, где кроются самые удивительные и прекрасные богатства природы. — Привет. Ты Ева, верно? — раздался голос за спиной, и Ева медленно обернулась в надежде, что это не окажется миссис Аллен со своим сынком. Она не раз пыталась свести ее с этим болтливым и невероятно бестолковым человеком, поэтому ей приходилось избегать излишних контактов с этой семьей, несмотря на то, что однажды женщина спасла ей жизнь. Не то, чтобы она была неблагодарной, просто играть в «жениха и невесту» у нее не было никакого желания. — Да, это я, — Ева не смогла узнать длинноволосую белокурую девушку, стоявшую перед ней. Она держала в руках письмо и мило улыбалась. — Вот, это тебе, — она протянула конверт. — Меня зовут Сьюзан Аллен. Помнишь, ты ходила к моей маме на лечебные процедуры? Так вот, это от нее. Почитай, когда придешь домой. — Оу, спасибо! — от неожиданного поворота событий Еву будто поразило молнией, и она уставилась на бумагу, не придумав, что ответить новой знакомой. — Ну, мне пора, — белокурая бросила короткий взгляд на Эда, который стоял позади девушек и якобы рассматривал высокий многолетний дуб. — Приятно было познакомиться! — Взаимно, — тихо проговорила девушка, когда та убежала прочь. Белый конверт смялся и стал немного мокрым от вспотевших рук. Сзади подошел Эд и посмотрел в сторону дубовой аллеи, куда только что убежала незнакомка. — Ну, вот видишь. Оказывается, многие знают тебя. А говоришь, что друзей нет, — парень довольно хмыкнул и встал перед лицом девушки. Она подняла на него глаза полные непонимания. — Она мне не друг. То есть, мы ведь даже толком-то незнакомы и ничего друг о друге не знаем, и, вообще, я вижу ее впервые. Что ты тут? — Не в этом суть. Главное — ты не одна, о чем, в принципе, я давно тебе давно твержу. Теперь убедилась? А то, что «дружите, не дружите» — это ничего. Всегда ведь можно узнать человека. Было бы только желание. Неудачный исход действий вовсе не повод расстраиваться и опускать руки, так и не узнав, что все твои выводы могут повлиять на других людей. Что мы знаем о правде? Если бы каждый осознавал ценность искренних слов, что те люди, кто каждый день пытаются доказать другим, на что они способны, но всем безразличны их поступки и действия. Так рушатся чьи-то мечты, планы и просто надежды на поддержку и сострадание. Почему многим это так тяжело понять? Почему до них так тяжело достучатся? Не удивительно, что многие люди, не выдержав, выкрикивают фразы, наподобие: «Это невозможно!» или «Я так больше не могу!» Очень обидно, что многие разочаровываются, так и не узнав всю сладость сбывшейся мечты. Мировоззрение у каждого человека свое, каждый думает и размышляет, отталкиваясь от собственного познания и опыта. Порой даже не подозревая о том, что многие могут и хотят помочь, поддержать. Но человек сам строит планы и следует им, несмотря на советы и попытки сбить с проторенного пути. Не знаю, можно ли это назвать плохим или хорошим? Оставаться сильным — понятие относительное. Это означает бороться до конца, или не терять веры в себя и в свои возможности? А может, что нужно противостоять всему, невзирая на проблемы, и, если понадобится, идти наперекор своей воле, против жизни и смело посмотреть в лицо смерти? Жизнь — это ринг, где побеждают смелые и сильные, и умирают беспомощные и слабые. Понемногу солнце ползло к горизонту, и вскоре небо превратилось из ясного и лазурного в темно-лиловое. Оно плавно переходило от нежно-розового или даже голубовато-сиреневого в багровое и бурое. Частичка все еще не зашедшего солнца плавно скользила по озерной глади. По ней, не спеша, плыли утки, покачивая собой недвижную поверхность почерневшей от сумерек воды. Едва ощутимый запах цейлонской корицы и розмарина мог одурманить голову и повлечь за собой разные мысли и мимолетные воспоминания, когда собирается вся семья, и ты расслабляешься, пьешь свежий ароматный чай, мирно беседуя и ни о чем не думая. Как сейчас, когда на улице парит волшебная зимняя атмосфера. — Мне уже пора, — тихо выпалила Ева, будто боясь задеть парня своими словами. — Комендантский час? — Да, — подняв виновато глаза, она слегка удивилась. Он улыбался. — Ничего страшного, пойдем. Я провожу тебя. Они поднялись с лавочки и направились к большим узорчатым чугунным воротам. — День так быстро прошел, а все благодаря тебе, — заметила девушка и, закрыв глаза, улыбнулась сама себе. — Спасибо, я бы в очередной раз просидела дома и все пропустила. Господи, я ведь так много не видела, столько всего не знала, да даже и не замечала! Я начинаю осознавать, что я слишком рано сделала вывод о себе. Удивительно, как же красиво в этом месте! — Ты просто не представляешь, как я рад, что дал тебе эту возможность! Поистине удивительнейший человек. Ты мой единственный друг, который замечает самые обычные мелочи и тонкости в простых вещах. Нам обязательно нужно еще раз повторить эту прогулку. Может быть, на днях получится? — С удовольствием, но, похоже, завтра мне придется ехать в госпиталь. Раз в месяц, как настоятельно советуют врачи, мне необходимо проверять состояние легких. Ненавижу эти капельницы и горькие таблетки с обезболивающим. Со мной же все хорошо, и я не больна ничем, зачем же врачам нужно исследовать ткань моих легких и кровь? — Раз советуют врачи, значит, надо. Я бы не советовал идти против их воли, это может плохо закончится. Я сам на себе уже убедился, — Эд на секунду остановился и похлопал по некогда забинтованной ноге. Оба так увлеклись разговором, что не заметили, как подошли к дому Евы. — Ну, увидимся еще, — девушка улыбнулась, глядя в лицо парню, и положила руку ему на плечо. — Пока, спокойной ночи, — пожелал парень и крепко обнял ее, прижимая к себе. — Аккуратнее, легкие, — пробормотала она, открыв рот, чтобы поглотить застывший в полуночной темноте воздух, и похлопала парня по спине. — Ой, извини, пожалуйста, — он моментально среагировал, отошел в сторону и, улыбнувшись, в один миг оказался в машине. — До встречи, Ева. — До встречи... — спустя несколько минут, после того, как машина исчезла за поворотом, тихо проговорила Ева в пустоту. Она стояла неподвижно и смотрела вдаль, где мерцали огни все еще бодрствующего города и проезжающих по шоссе машин. Вдруг послышался шорох в кустах у соседнего дома. Ева насторожилась и приготовилась в любую секунду залететь в дом. Однако что-то останавливало ее. Шорох послышался вновь, но уже гораздо громче. Казалось, будто кто-то ползет, опираясь на локти, по земле и прячется всего в нескольких футах от нее. Из самой верхушки куста показалось что-то черное, и, пятясь, девушка вбежала в дом, у нее перехватывало дыхание. Сердце бешено колотилось в груди. Она взглянула в окно, но в кустах никого уже не было. Этой ночью Ева не смогла уснуть. Она лежала на боку, закрыв глаза, иногда переворачивалась на спину и всматривалась в покрытый ночной пеленой потолок, словно легкая, неосязаемая ткань окутала комнату со всех сторон, создавая небрежные узоры и очертания освещающих небольшое помещение фонарей. Тени срывались с места и скользили, как элегантные фигуристы, по стенам, кружились и снова останавливались. Раздался шорох колес и скрипящий звук тормозов, и машина остановилась прямо напротив дома девушки. А где-то далеко кипела ночная жизнь. До чего же необычна она со своими красками и огнями, манит в даль и, рассекая преграды времени, ты пробираешься в неизведанную страну, где с наступлением темноты маленькие эльфы и гномы встают в хоровод и поют песни на неизвестном языке. Лишь истинно верующий сможет понять их слова и, покачиваясь под ритм музыки, тихо подпевать, чтобы не спугнуть прокравшуюся в его мир крохотную капельку волшебства. Вставать оказалось непривычно трудно, но, переборов страх перед кромешной тьмой и пустым пространством в коридоре, она отправилась в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. С туалетного зеркала на нее смотрела уставшая от болезней и расстройств девушка с милыми аккуратными чертами лица. Почему она должна так несправедливо страдать? Почему кого-то жизнь одаряет крепким здоровьем, силой, красотой, а кого-то оставляет на втором ряду, не обращая внимания на то, что каждый человек — индивидуальность, и совершенно каждый стремится к совершенству, чтобы стать примером для всех? Жестокость жизни сокрушала Еву с каждым днем. Иногда, просыпаясь по утрам, она жалела, что все это еще не закончилось. — Гай, оставь ты вафли! Я приготовила яичницу с беконом. Почему бы тебе, наконец, не съесть что-нибудь менее сладкое? — разносился по кухне голос миссис Олдридж. — Но почему мне всегда достается все самое невкусное? — возмутился мистер Олдридж и недовольно постучал кулаком по столу, от чего стакан, наполненный молоком, чуть не опрокинулся. — Гайлс! — Что, Лилиан? Разве это справедливо? Никто никогда не спрашивает, что я хочу, — родители почти каждое утро начинали с небольших ссор, но никогда не обижались и не сердились в последствие друг на друга. Это был своеобразный обычай встречать день в этой семье. На кухне появилась Ева, сонно протирая глаза. — Доброе утро, — мама подошла к дочери. — Милая, ты ужасно выглядишь! Что произошло? Опять всю ночь не спала? — Да. Мам, это не проходит, я не знаю, что мне делать! Я всю ночь пыталась уснуть, подумать о чем-то приятном, но все впустую. Уверена, эти таблетки вовсе не помогают, а лишь губят мое здоровье. — Что за глупости ты говоришь? Врачи не могут посоветовать тебе вредные лекарства. Зачем бы им это? — А вдруг кто-то хочет моей досрочной смерти? — Хватит, Ева! — женщине изрядно надоели пустые, ничего не значащие выводы. — Сходи-ка лучше сегодня к миссис Аллен. Она вчера звонила и просила, чтобы ты зашла к ней на днях, а еще поставила в известность, что ее дочь передала тебе письмо. — Точно, письмо! — опомнилась Ева, подбежала к сумке, висевшей на крючке в коридоре, и достала конверт. — "Мисс Олдридж" — это и правда мне, — пояснила она, прочитав с плотной персикового цвета бумаги. Дорогая Ева, Полгода назад ты проходила у меня обследование, помнишь? Итак, если появится свободное время, зайди ко мне, чтобы провести повторную рекомендацию по поводу лечения. Сумму я уже сообщила твоей маме, так что не беспокойся. Если все будет приемлемо, я жду тебя. С уважением,

Нина Аллен

— Вот черт! — ругнулась Ева, прочитав письмо. — Ненавижу эти обследования! Мам, мне ведь необязательно идти? — Как это необязательно? — возмутилась женщина. — Она единственный человек, способный лечить тебя в два раза дешевле, чем если бы ты проходила лечение в клинике. Она так плохо выполняет свою работу? Или тебя не устраивает то, что я пытаюсь сделать твое лечение более доступным и менее затратным? Ты еще слишком мала и не понимаешь, как это выгодно для нас. — Дело вовсе не в деньгах или условиях, — подала голос Ева и сердито посмотрела в лицо своей матери. Оно было непроницаемым, но в то же время выражало полное несогласие и протест. — А в чем же тогда? — Мне не нравится эта семья. — Придется терпеть. Ты и сама прекрасно знаешь, что жизнь - не сказка, и выбор дается далеко не всегда и не каждому. — И именно поэтому я не могу выбрать чертову больницу вместо лечения этой миссис Аллен? — Да, именно поэтому. Если бы ты знала, как нелегко даются деньги, ты бы поняла, что я хочу до тебя сейчас донести. Но ты все равно упрямишься и не слушаешь меня. Нужно уметь рационально использовать материалы, к тому же, когда есть такая возможность. — Вечно ты думаешь только о материалах и деньгах! — крикнула с лестницы Ева и захлопнула дверь в своей комнате. Зная настойчивость своей матери, она не стала долго спорить и доказывать ей, что ее собственное мнение ничуть немаловажно, и отправилась к миссис Аллен. Ей предстояло пересечь два квартала, а без навигатора ориентироваться было весьма затруднительно. Никаких данных, ничего, лишь три слова: «дом на углу квартала». Благо, она хорошо знала этот район города. На одной из улиц она столкнулась с Найлом, который неспешно прогуливался по тротуару и насвистывал неизвестную ей мелодию. — Привет, — улыбнулся парень и вынул руки из карманов темно-зеленой парки, чтобы помахать девушке, стоявшей перед ним. — Куда идешь? — Привет, — она оторвала взгляд от телефона и, немного удивившись, спросила: — Ты преследуешь меня? Или ты не знал, что пойду здесь? — Он помотал головой. — Я иду к маминой знакомой на процедуры. — Какие еще процедуры? — Тебе обязательно все знать? Я просто лечу легкие и все. — Можно мне проводить тебя? Если только ты не против моей компании. Дома на улицах были увешаны многочисленными декорациями: гирляндами, серпантинами, мишурой, фигурками Фазер Кристмас и эльфов. Двери украсили венками из омелы, остролиста, плюща и разноцветными лампочками. Многие выставили елки и украсили все внутри. В магазинах всего за несколько дней раскупили все игрушки и сладкие подарки. До Рождества осталось меньше двадцати дней, но верить в это удавалось с трудом. Казалось, что праздник может наступить в любую минуту, и все люди, большие и маленькие, взрослые и старые, выйдут из своих домов на улицу с жаркими, искренними поздравлениями и песнями, встанут в хоровод и образуют огромный круг, который мог бы объять весь мир своими теплыми от любви руками. И все заветные желания непременно исполнятся, все, о чем мечтаешь, станет явью. Этой ночью. — А я хотела бы собаку, — сказала Ева и улыбнулась, не спеша шагая по тротуару. — Или своего оленя. Или поехать в Финляндию, чтобы встретить Фазер Кристмас. — Я тоже всегда хотел увидеть его. Даже ловушки по всему дому расставлял, — рассмеялся Найл. — Ну как? Удалось поймать? — Неа, все без толку. Он как-то преодолел все препятствия и даже следов не оставил. Тогда я и перестал верить в него, потому что это невозможно. Как старый дедушка может пройти, ничего не задев? — Наверное, потому что он не хочет, чтобы дети видели его истинное обличье, ведь это должно оставаться маленькой тайной, маленьким волшебством. Уверена, будь он не таким стеснительным, то показался бы тебе, да и всем остальным детям, кто также жаждет когда-нибудь встретить его. — Было бы очень даже неплохо! — Знаешь, — проговорила Ева. — Я всегда догадывалась, что его на самом деле не существует. Наверное, именно поэтому я воображала, что это мой дедушка. Для меня он был настоящим волшебником с мягкими и теплыми руками, которые могут приласкать и утешить. Я еще всегда искала его лабораторию с маленькими эльфами-помощниками, оленями и огромной фабрикой игрушек и конфет. Но так и не нашла. — Как же обидно, что в мире совершенно нет волшебства! — возмутился парень. — Все уже давно доказано, проверено и неинтересно. Вот если бы я только мог, я бы стал волшебником и исполнил все-все-все мечты детей. — Я поняла, — усмехнулась девушка. — Ты мне чем-то напоминаешь маленького тролля, который хочет всем помочь. — Чем это еще? — удивился парень. — Я что-то не то сказал? — Нет, нет. Просто напоминаешь и все. — Никогда не думал, что моя жизнь так связана с троллями! Знаешь, ты какая-то странная. Сравнивать человека со сказочным существом, а это, знаешь... — Нет, не знаю, — фыркнула Ева и ускорила шаг. — Ты ничуть не лучше! Такой дурачок. Мог бы и спасибо сказать! — Да иди ты! С тобой невозможно нормально разговаривать. Все равно не поймешь! — А ты только и умеешь раздувать из какой-то ерунды целый скандал! — она немного помедлила. — А знаешь, это ведь был комплимент. Последние слова раздались эхом в голове. Дверь захлопнулась, и Найл остался стоять один на тихой полуденной улице. Еще долго он не мог осознать сказанное, но что тут поделаешь, он и сам не был мастером комплиментов. — Будь я проклят! — гремел голос Луи эхом по дому, и все, кто был неподалеку от него, оглянулись в его сторону. — Опять этот придурок меня задавил! — Что это? — спросил Зейн. — И почему я вчера этого не видел? — Это «Марио». Видеоигра такая есть, — пояснил Луи. — Ее привезли вчера ночью, поэтому ты никак не мог увидеть ее. — И теперь ты будешь играть в нее до тех пор, пока руки не отвалятся, а глаза не лопнут, как лампочки от перенапряжения, — усмехнулся проходящий мимо Лиам. — Посмотрим-посмотрим, — Луи хитро прищурил глаза и внимательно проследил за тем, как Лиам медленно исчезает во мраке кладовой. — Ребят, вы как хотите, но в этом году я справляю Рождество на улице. Не хочу упустить все самое интересное, — подал голос сидящий на диване с газетой в руках Гарри, нагло развалившись там. — Ноги убери! — ругнулся Лиам, выглядывая из темноты, и подошел к нему. — Или в следующий раз будешь сам мыть стол, а Розали будет отдыхать. — Пф, подумаешь, — фыркнул Гарри. — А может, действительно, пригласим ребят, выйдем на улицу, разожжем костер и отпразднуем на улице? — предложил Луи, оторвавшись от приставки. — В прошлом году в доме было слишком душно и мало места, да еще все толпились и мешали друг другу. — Отличная мысль, — поддержал Зейн и сел на диван рядом с Гарри. — Давайте разошлем все приглашения? — Кто писать будет? Может ты, Гарри? — ехидно произнес Лиам, покосившись на кудрявого парня. — Да без проблем, — отозвался тот. — Кому писать хоть? — Всем нашим близким друзьям. Но только не слишком много! Двух десятков вполне достаточно. — Вот дерьмо! — ругнулся Луи, по всей видимости, снова проиграв, и недовольно посмотрел на покрасневший экран, на котором белыми буквами было написано «Ты проиграл!». — Ну, договорились, — кивнул Гарри. В этот момент дверь неожиданно распахнулась, и в переднюю влетел запыхавшийся мокрый от дождя Найл. Волосы его всклокочено торчали и небрежно падали на лоб. Он улыбнулся и, сняв обувь и верхнюю одежду, вошел в гостиную комнату. — О чем болтаете? — Думаем, кого пригласить на Рождество, — ответил Лиам и резко шлепнул по ногам Гарри. — Правда? — Ай! Мне больно вообще-то! — Луи предложил провести его на улице с компанией друзей у костра, — продолжал Лиам, не обращая внимания на возгласы парня. — Что думаешь по этому поводу? — Мне кажется, это будет очень круто! — одобрительно воскликнул Найл и взял из холодильника бутылку с лайт-колой. Шипящий звук заставил Луи вздрогнуть, и он снова огрызнулся экрану. — Осталось лишь составить список гостей. Над этим работает Гарри, — сказал Зейн и похлопал Гарри по плечу. — Да-да. Но можно ведь начать и вечером? Сейчас мне слишком лень что-либо делать. — Как хочешь, — пожал плечами Лиам. — Но только не забудь потом все сделать. — Можно я с тобой? — вдруг спросил Найл, будто несколько минут обдумывал: сказать или не сказать. — Что? — Ну, приглашать гостей. — Да, без проблем! — Все, я так больше не могу! — закричал Луи, отбросив пульт управления в сторону. — Либо вы играете со мной в «Марио», либо я включу «Фанбой и Чам-Чам» и буду смотреть его целый день, пока у вас мозги не лопнут! Ну, что? — Нет-нет! Только не включай этот ужасный мультик! — взмолились ребята, отчего Луи хитро улыбнулся. Он знал, как сильно они не любят, когда целыми днями по Nickelodeon крутят этот мультфильм. День, ночь, мысли, ожидания, идеи, желания, слова, предложения, фразы, секунды, мгновения, часы, события, радости, мимолетные воспоминания, надежды, страдания, влюбленности, разлуки… Сколько же всего неосязаемого, необъятного существует. Сколько вещей, которые порой невозможно описать словами. Жизнь — это как кино, где ты актер, хоть и не знаешь своей роли. Но со временем понимаешь, что даешь плоды будущему человечества, новому поколению, оставляя след, пускай даже самый маленький и незначительный. Но все вместе, соединив усилия, взаимопомощь и труды, мы сможем сотворить новую историю мира. Только вместе. Комментарий автора: Ради всего святого, прошу, извините, что заставила Вас так долго ждать! К сожалению, у меня было мало времени, да и глава, как видите, получилась немаленькой. Во всяком случае, спасибо что читаете мою работу) С любовью, Ваша Alinarussian