Побег из ада

О моем прошлом известно только мне и Лотти. Я потомственный маг из правящего клана. И последняя в нашем роду. Мой клан истребила семья Де Лука, взяв бразды правления в мире магов. Меня спасли приемные родители: они нашли корзинку с младенцем в переулке этого беспокойного города. В корзинке остался еще и серебряный кулон с гербом моей семьи. Я росла как самый обычный ребенок, пока не проявила свои способности. Это случилось, когда мне было 10 лет. Дети в школе дразнили меня, и один из них забрал мой семейный герб. Я заплакала, чувствуя внутри растущие гнев и обиду. А затем еще кое-что: сильную волну, которую невозможно сдержать. В итоге, из моего тела высвободилась огромная магическая энергия, разлетевшаяся в радиусе 15 метров, снося все на своем пути. В связи с этим случаем, всех детей той школы проверили на наличие MCG-гена (Magical Competent Gene). Родители, прекрасно знавшие о моем происхождении и об опасности, грозящей наследнику истребленного рода, сослались на мое плохое здоровье и избежали проверки. Меня лишь просканировали на следы магической энергии, но, к моему счастью, за несколько часов этот след полностью исчез. Несмотря на закон о легализации магии, в моей биографии, в пункте «Принадлежность к магии» всегда указано «Отрицательно». Проще говоря, детство у меня было тяжелым. В отличие от остальных юных волшебников, я постигала азы магии дома, под чутким руководством родителей. По счастливому стечению обстоятельств, мать работала историком в школе для магов, потому она имела общее представление о том, как развивать и контролировать мои способности. Отец занимался моим физическим воспитанием и навыками самообороны. Он научил меня многому: начиная от рукопашного боя и заканчивая стрельбой из огнестрельного оружия. Мне приходилось тщательно скрывать свое происхождение. В школе я вела себя неприметно, иногда даже неуклюже, чтобы не привлекать лишнее внимание, а в университете никогда не высовывалась и не заводила друзей. В двадцать три года я осталась одна; родители в возрасте семидесяти восьми лет покинули этот мир почти друг за другом. Но к тому времени у меня был твердый фундамент под ногами: образование, сбережения и дом, оставшийся после их смерти. Я недолго работала по специальности. В итоге, открыла свою конторку и стала работать частным детективом. Приходилось выполнять разные дела: от поиска пропавших кошек до бесследно исчезнувших людей. Но я любила свою жизнь, без обязательств и четкого графика. Порыскав чуть больше, я узнала кое-какие подробности о своей семье. Это древний род, берущий свое начало из Скандинавии. Могущественная и богатая семья Ливтрассе славилась своими успехами в магии призыва и владении огнем. Однако, по неведомой причине, не встречалось ни одного мага, овладевшего воздухом. Впрочем, все члены этого клана добивались блестящих успехов в остальных трех стихиях. Также семья известна своей чистокровностью – браки магов с людьми были строго запрещены. Даже слабые маги не допускались в семью. Потому Ливтрассе и получила такое влияние и силу. А в качестве герба был выбран величественный исполинский ясень – Иггдрасиль. Кулон с этим деревом, заключенным в серебряное кольцо, нашли мои приемные родители в корзине со мной, и теперь я ношу его на шее каждый день. Годам к двадцати шести, окончив самостоятельное обучение в зачаровывании предметов, я начала практиковать магию призыва. На тот момент я, как мне тогда казалось, в совершенстве овладела магией огня. Иногда я думала, что стало бы гораздо проще, открой я свое настоящее происхождение. Можно было бы ходить в государственную академию магии, научиться многим вещам у сильных волшебников, но это означало бы также появление врагов. Вот уж чего мне точно не хватало. Я поняла, что прежде, чем я начну осваивать магию призыва, мне нужен был фамильяр. И вот тут-то начался целый курс долгого и нудного изучения древних обрядов и ритуалов. Но когда я была готова создать своего фамильяра, то поняла одну главную вещь: колдовать оказалось не на ком. Тут дело встало надолго. Я не могла решить, ведь у всех фамильяров есть недостатки, а мне нужен идеальный. Однажды, возвращаясь с работы под проливным дождем, я заметила у подъезда своего дома коробку, из которой что-то тихо скулило. Интерес взял свое, и я заглянула в коробку. Внутри сидел щенок черного немецкого дога. Заметив меня, он подскочил и весело завилял хвостом, глядя на меня своими коричневыми глазами. Меня смутило, что собака такой благородной породы была явно выброшена на улицу. И вот тут-то сразу нашелся ответ: у малыша сломана лапа. Я взяла промокшего щенка к себе домой, вылечила лапу и стала заботиться, как о самом великом богатстве. Рагнар – так я его назвала – быстро рос и оказался очень дружелюбным и милым псом. Он постоянно крутился вокруг меня, щекоча руки острыми торчащими ушами, и провожал меня до порога дома, скуля и не желая прощаться. Я любила этого пса больше всего: он был моим верным другом, защитником и слушателем. Спустя год я вспомнила о проблеме выбора фамильяра и тут все решилось: Рагнар оказался идеальным кандидатом. Я провела ритуал, поместив частичку своей души в Рагнара, и на его иссиня-черной шкуре засиял герб моей семьи. Он полностью стал моим. Но сделать кого-то своим фамильяром еще не означало, что самое трудное позади. Нужно было наделить своего подданного силой и научиться работать вместе. Я одарила его огнем. Благодаря появившейся связи между нами, Рагнар отлично понимал все, что я говорила. Сражаться с ним оказалось не такой проблемой: мы совершали небольшие вылазки по ночам, охотясь на мелких духов ради практики. Рагнар блестяще справлялся со всем: в бою он покрывался черным пламенем, сверкавшим голубыми искрами, и бросался на врагов с огромной скоростью. Его сила, по сравнению с обычными псами, намного возросла, когда он стал моим фамильяром. Я определенно была довольна своим детищем.