только не обожгись

Юнги смотрит на мальчишку с взлохмоченными волосами и безразмерной белой футболке, который выбежал вслед за ним из подъезда, и недоумевает. Кажется они соседи, только этот парень живёт несколькими этажами выше. У них квартиры с одинаковым номером. То есть как одинаковым, у Юнги 66, а у Чимина 99. Просто почтальон спросонья утром постоянно путает их почту и невольно привыкаешь к неожиданным утрам, которые встречают тебя не кофе, а улыбкой с порога и смешливыми глазами. - Хён, он снова перепутал наши письма. Юнги сонно бормоча под нос, что вообще-то выходной и он лёг под утро, но копошится в ворохе не распечатанных писем, которые вытаскивает из ящика не глядя. Просто Юнги не от кого ждать писем, только налоги да реклама. Налоги скапливаются в стопочку возле двери и парень каждый раз перед выходом обещает себе, что обязательно разберётся и оплатит всё в следующий раз, но это "оставлю на потом" растягивается на месяцы, пока сроки не поджимают, а на счету остаются копейки, чтобы свести концы с концами. А вот Чимин просыпается спозаранку и спешит к Юнги сообщить об этой злосчастной подмене. Видно для него это важно. Возможно мальчишка издалека и отписывается родителям, а может это друг, или же красивая девушка, волнуется за своего мальчика, просит в этих письмах думать о ней почаще. А тут Мин задерживает, видит как не терпится малому получить своё письмо. Старшему обидно отчего-то. У самого-то пустая квартира, пустые вечера, только прогулки дневные, да кофе по утрам. Порой отзванивается Джин, справляется о здоровье, мол не подыхай там, питайся хорошо и сходи уже куда в клуб, развейся. А ему нахрен не сдалась вся эта суматоха, чтоб налакаться в стельку какого дурного пойла, да голос надрывать после в караоке с изрядной хрипотцой и севшим голосом. Но как-то случается, что за такими редкими посещениями Чимина к порогу квартиры старшего, Юнги стал заглядываться этой лучистой улыбкой. Поначалу парень думал, что это простая вежливость, но Чимин был неизменен и каждый раз улыбался. То лишь уголками губ, то ярко, то очень тепло, что Юнги замирал на долгое мгновение не в силах оторваться. У Чимина очень красивая улыбка, а ещё у него красивые губы. Не та обычная вытянутая линия, или слегка выпячена верхняя губа, нет, у него припухлые красивые губы, которые хотелось трогать так же губами, а ещё кусать слегка оттягивая. Юнги становилось неловко, что каждый раз Чимин спускается к нему на этаж, стучится в дверь бодро, извиняется за столь ранний подъём, от чего слегка стушёвывается, мнётся на пороге в очередной раз и просит вежливо письмо. Мин не понимает, что у них за почтальон такой никудышный, или он специально это всё подстраивает, но приглашает мальчишку зайти в квартиру и выпить вместе со старшим кофе. А тот с радостью соглашается и вновь сияет, словно лампочка. Кому же достанется это раннее чудо? Юнги задавался вопросом, пока малой слизывает пенку и коротко проводит кончиком языка по верхней губе, от чего та теперь блестит, а Юнги сглатывает нервно и утыкается в свою кружку, поторапливая малого, мол ему на учёбу уже собираться. И вот сейчас, когда на улице далеко не август, как-то хочется запахнуть куртку и чтобы ветер дул в спину, а не щуриться тому на встречу, Чимин мнётся перед хёном потупив взгляд в асфальт. Юнги не понимает чего тот хочет. Сегодня не должны были присылать никакой почты. Да и вообще о чём думает малой, выйдя в таком виде? - Хён, а меня приняли в институт! Смотри, наконец-то прислали ответ! - малой протягивает листок бумаги, - я хотел тебе вчера сказать, но тебя не было дома. Я подал заявление в тот же институт, что и ты. Теперь будем учиться вместе, правда ведь здорово? Юнги и не помнит, за каким утром успел столько разболтать о себе. Но сейчас было и не важно. Получается, что в тех письмах Чимин ждал ответа из учебных заведений, а не от девушки. А ещё этот мальчишка пошёл по его стопам, он решил высказать это именно ему, Юнги. И идти бы старшему дальше, поздравив конечно младшего. Но, чёрт, дёргает ведь что-то внутри подойти к мальчишке, схватить того за подбородок и коснуться губ, только так, чтобы кончиком языка смачивая верхнюю губу, чтобы блестели так же, как когда Чимин облизывает их. - Да, это здорово, - Юнги отстраняется, а Пак стоит весь красный. - Хён! - проскулив, Чимин не знает куда себя деть, а губы горят. Юнги доволен собой. У мальчишки в самом деле восхитительные губы, мягкие и должны быть такими же припухшими от поцелуев.