Буря

Не смотря на пасмурную погоду и поднявшийся прохладный ветерок, им стало уютно и тепло на душе, это тепло грело их изнутри.       -Ловлю тебя на слове,-подмигивая,протянул руку Дилан, чтобы закрепить сказанное блондином рукопожатием.       -Договорились. Томас, расхрабрившись, снял покрывало, которым грелся во время перерывов, кутаясь в него, как гусеница в кокон. Кто-то даже подшучивал над ним по этому поводу, обзывая личинкой. А Кая спрашивала, когда же он превратиться в прекрасную бабочку, после чего тут же стартовала, замечая телодвижения блондина. По дороге к месту, где должен был находиться Уэсс, ребят застал накрапывающий дождь, и им пришлось бежать, дабы скрыться от мелких противных капель. Режиссер до последнего надеялся, что они доснимут сцену сегодня, но погода обломала, поэтому он объявил, что можно расходиться. Обговорив все детали, ребята засобирались, договорившись, что потом встретятся в комнате у Каи,(так как ее комната самая чистая)попить чего-нибудь согревающего.Чайку, например. Проделав все необходимые процедуры по приведению себя в порядок, ребята собрались в комнате у девушки. У нее в комнате действительно были идеальная чистота и порядок, в отличие от некоторых, в чьих комнатах повсюду валялись вещи и пустые коробки из под еды. Вся компания была в сборе, не было только Томаса. Вежливо отказавшись от посиделок, он сразу же целенаправленно направился в комнату, закрыв ее на ключ. На Совете единогласно было решено отправить на разведку в качестве шпиона Дилана, как самого близкого друга и как человека, которому парень доверяет больше остальных. В чем брюнет теперь сомневался. У двери ему устроили "от ворот поворот", в общем мягко послали сонным и усталым голосом. Дилан попытался пригрозить выломать дверь, но его наглым образом проигнорировали. Ломать дверь он ,конечно же, не собирался, поэтому ничего не оставалось, кроме как ждать, когда "узник" сам выползет из своего заточения. Томас же, проклиная всех и вся, ходил сначала взад вперед, пытаясь найти куда-то запропастившуюся аптечку, которая теперь была его верной спутницей и не раз спасала, потом вспомнил, что вроде в последний раз запихнул ее под кровать. Найдя аптечку, он стал копаться в ней в поисках каплей и антидепрессантов, чтобы спокойно поспать хотя бы пару часов. Найдя искомое, он закапал в нос, поморщившись. Это травяная масляная смесь растеклась не только в носу, но и вытекла за его пределы. Пообещав себе избавиться от лекарства и купить другое, он побрел в ванну приводить себе в порядок и отогревать свои косточки в горячем душе. Уже после процедур он рухнул на кровать, ощущая блаженство. Сейчас кровать казалась ему раем, после насыщенного дня, проведенного на ногах. Уставший и истощившийся организм давал о себе знать. Теперь Том уставал от нагрузок, которые раньше бы даже не ощутил. Юноше казалось, что он устанет от элементарной полуторачасовой прогулки, что уж говорить о работе. Блондин сполз с одеяла, перекатившись на открытый участок кровати, и укрылся, вновь заворачиваясь в кокон. Теперь это, наверное, его самая любимая поза. Парню показалось, что в комнате стало холоднее, поэтому завернулся глубже в одеяло, чувствуя, как тело знобит. Спрятав нос в складках одеяло, он потихоньку стал проваливаться в сон. Мозг великодушно дал ему поспать два с половиной часа, после чего снова стал подкидывать ему картинки с кошмарами. Сны были настолько ужасны, что Том боялся просто прикрыть веки. Он жутко устал от всего, от снов, от своей слабости, от мыслей, что бились о черепную коробку, причиняя боль. Чертовски хотелось спать и умереть, а желательно умереть во сне, чтобы избавиться от мучений. Он рискнул закрыть глаза и вновь увидел, будто наяву: катастрофы, пожары, войны, уничтожающие тысячи людей. Словно он смотрит фильм, где собрали все самые лучшие работы талантливых режиссеров, показывающий самые ужасные, из возможных, развития событий гибели человечества. Открыв глаза, он поднял руки к лицу, коснувшись глаз и обнаруживая мокрые дорожки слез. Перевернувшись на другой бок, он лицом зарылся в подушку и тихо, едва слышно, заскулил. Как же ему все надоело. Он не привык показывать свои слабости, всегда скрывал их, но эти сны подтачивают потихоньку его силы. Завернувшись в одеяло и поджав колени к груди, он позволил себе побыть чуточку слабым и беззащитным, пообещав себе больше не давать себе такой вольности. Немного успокоившись, он с ужасом осознавал, что его снова клонит в сон. Организм, не знавший спокойного и продолжительного сна вот уже второй день, требовал отдыха. Спустя пару минут борьбы, Томас таки проиграл, и уснул, забывшись тревожным сном.

***

Томас стоит у обрыва в легкой футболке и штанах, вглядываясь в даль, переводя взгляд вниз, где волны бьются о скалы. Ему холодно, тело вновь сотрясает волна дрожи, расползаясь мурашками. Его потряхивает от холодного ветра, но он старается не замечать этого. Скоро это будет не важно, скоро вообще все будет не важно. В голове настойчиво бьется одна мысль - будет больно. Но Томас осознает, что чувствовать боль он будет не долго, сознание уплывет сразу же, как только его тело приземлится на острые камни, если не раньше от удара о воду. Он оглядывается назад в надежде, что кто-то придет и остановит его, что этот кто-то наорет на него, назовет идиотом, а потом обнимет его, сильно прижав к себе. Но никого нет. Сзади видно лишь зеленое поле, деревья, верхушки которых покрывает густой серый туман и его машина. Развернувшись обратно, он вдыхает глубже и подходит к обрыву. Шаг, другой и его тело уже летит вниз. Ему кажется, будто время замедлилось, словно кто-то хочет, чтобы он или осознал, что ошибся, или, наоборот, ощутил прекрасное чувство полета и легкости. Но Томас ни о чем не думает, наконец-то ни о ком и ни о чем. В голове больше нет дурацких мыслей, которые так долго не давали ему покоя. Соприкосновение с ледяной водой обжигает кожу. На пару секунд он задерживает дыхание, потом расслабляется, давая воде залиться внутрь. И вот болезненный удар о камни. Становиться невыносимо больно, Том чувствует, как его тело разрывает о поверхность подводных камней. Сознание понемногу начинает меркнуть,но он не проваливается в такую желанную черную бездну.К горлу подкатывает ком из-за привкуса крови во рту. Последнее, что он видит перед тем, как навсегда закрыть глаза - образ самого дорогого и любимого человека

***

Резко подскочив на кровати, Томас судорожно вцепился руками в одеяло, пытаясь отдышаться и вдохнуть в легкие больше воздуха. Он как выброшенная на берег, то открывал, то закрывал рот, глубоко дыша. Горло, нос и грудь ужасно жгло, глаза щипало, а тело ныло и болело так, будто он целый день, не вылезая, провел в качалке с ненавидящим его тренером. Руки тряслись от того, что он слишком сильно сжимал одеяло. Немного отдышавшись, он упал на подушки, поворачивая голову в сторону тумбочки, чтобы посмотреть время. Сквозь плотные черные шторы отеля не проникал свет, поэтому сложно было определить время суток. Часы показывали пять утра, значит ему удалось поспать, примерно, четыре с половиной часа-рекордное для него время. Раньше больше двух (максимум трех) не удавалось. Отойдя от слишком реалистичного сна, Томас пошел в душ. Во сне он вспотел и душ перед сном оказался бесполезен да к тому же вода быстрее приведет его в чувство. В сознании всплыли картины из сна, который, как заевшая пленка, повторялся до самого его пробуждения. Тряхнув головой, он постарался выкинуть их из головы, но понимал, что не получиться. Будто в наказание он помнил все свои кошмары, до сих пор в его памяти живы эти ужасные сны до мельчайших подробностей. Этот не станет исключением, пойдет в общую копилку. Зайдя в кабинку, он включил и стал намыливать губку, как вдруг заметил россыпь синяков. Их было не очень много, но они имели одну особенность: все они были на спине и часть на ногах, нигде больше. Неужели он так сильно ворочался во сне, что набил себе столько синяков? Придется искать одежду, способную прикрыть их, пока они не доедут до места съемок, а там уже волшебники-гримеры замажут эти пятна. Закончив с водными процедурами, он поплелся искать что-нибудь подходящее. Он не без удовольствия заметил, что мышцы, разогретые под горячей водой, перестали ныть, а голова перестала раскалываться. Но вот боль в спине не проходила. Дойдя до зеркала, он развернулся так, чтобы видно было правый бок и часть спины. Увидев большую синевато - фиолетовую гематому, он почувствовал боль сильнее. Когда Томас пришел в себя, то понял, что на некоторое время затаил дыхание. Он никак не мог понять как такое возможно. Огромный синяк находился как раз в том самом месте, на которое во сне Том приземлился на скалистые камни. Сон, конечно, казался очень реалистичным , но он никак не мог воплотиться в жизнь. Окончательно убедив себя, что такое ни коем случае не связано с кошмаром и, что он просто грохнулся ночью с кровати или ударился, он более менее успокоился и подошел к гардеробу. Вполне возможно, что Дилан придет чуть раньше чем обычно они собираются на выход к машине, чтобы устроить "разбор полетов" из-за вчерашнего. Поэтому нужно быстрее избавиться от следов беспокойной ночи и смотаться раньше. Томас подошел к окну и раздвинул массивные шторы, разгоняя сумрак тусклым светом с улицы. Удостоверившись, что на улице нет никаких признаков улучшения погоды, в прочем как и дождя, и водолазка не будет выглядеть неуместно, он уже примерно представлял, что наденет. Свой выбор он остановил на мятного цвета кофте с высоким воротом и синие джинсы, из нижнего шкафчика достал черные кроссовки и поставил у входа. Повесив всю одежду на стул, он включил фоном по-тихому музыку, чтобы не разбудить соседей. Осторожно, без резких движений, чтобы в глазах не темнело, стал убираться.Когда он закончил, на часах было 7:37.