Буря

      Когда дверь за режиссером закрылась, Дилан встал с кресла и подошел к кровати, присаживаясь на край.       -Как самочувствие? - спросил парень, смотря прямо в глаза Томасу, тем самым пригвоздив его к кровати.       -Я же уже ответил, что все отлично, - снисходительно улыбнувшись, он поерзал на кровати, пытаясь подняться выше. Увидев осуждающий взгляд друга, он приподнял бровь и спросил, - Что?       -Мне то врать не надо! Ты сперва в зеркало бы посмотрелся, а потом придумал, что соврать! - повышая голос, сказал парень, кидая злобный взгляд в сторону лежачего пластом парня. Его попытки поднять подушку повыше и выползти из под одеяла не увенчались успехом, поэтому, перестав копошиться, он плюнул на все и плюхнулся обратно на подушки, тяжело вздохнув. - Лицо серо- синего оттенка, сам бледнее поганки, придурок, блин.       Дилан сам от себя не ожидал, что настолько перепугается за эту бестолочь. Увидев в тот день бледную тень через потоки воды, первым его желанием было драпануть оттуда, куда глаза глядят, ибо нечто было похоже на сотни лет промучившееся привидение, нежели на человека, а уж тем более на его друга. Как только он узнал в бледном пятне Тома, побежал в его сторону, но видя, как тот потихоньку заваливается на бок, он ускорился. Сердце билось где-то в районе печени, явно ее стесняя, ибо левый бок закололо. Дилан был не знаток строения человека, поэтому до конца не был уверен, что сердце заняло место именно печени. Подбежав ближе и подхватив падающее тело на руки, он почувствовал, что сердце продолжает свое путешествие, направляясь в пятки. Бледный и мокрый, Томас казался еще меньше и тоньше, чем обычно, он и раньше был худой, а сейчас, когда дождь смыл весь грим, сделав синяки под глазами и впалость щек, заметнее.       -Но, но, но! Не надо мне тут сопли на кулак наматывать! Я хоть и выгляжу полуживым, но я здоров и как ни странно бодро себя чувствую! Настроение у меня приподнятое...и, пожалуйста, давай не будем о плохом? - улыбаясь, как можно шире и сверкая привычном блеском в глазах, ответил юноша.       -Будь ты тогда в сознании, я бы тебя собственными руками удушил! Что я и сделаю, как только ты на ноги встанешь, будь уверен! - ехидно улыбаясь и пододвигаясь ближе, грозно нависнув над бедным, съежившимся в комок, парнем, говорил Дилан.       -Помилуй, дуру грешную! Ни в чем не виноватая я, само получилось! - громко смеясь и уворачиваясь от несильных тычков друга, пытался вымолить прощение блондин.       Когда дело дошло до столь ненавистной ему щекотки, он уже не мог сдерживать смех, извиваясь в руках Дилана, как уж, пытаясь тем самым уйти от столь приятных прикосновений, но нелюбимой щекотки. Брюнет явно наслаждался моментом, движением шустрых пальцев заставляя Томаса захлебываться очередным приступом смеха и хрипло дышать от недостатка воздуха. Сам он тоже прерывисто дышал, так как извивающийся блондин, увиливая от прикосновений, мог ненароком ударить или, как в самом начале, брыкаться, заставляя брюнета применять силу.       Видя улыбку парня, слушая заливистый смех и отмечая искорки в глазах, Дилан чувствовал, как часто бьется сердце, и, как ему тепло и уютно в присутствии Томми. Волны нежности буквально прошивали насквозь, заставляя парня сделать что-нибудь из того, о чем он мечтал, и одновременно запретного. Еле сдерживая себя, чтобы не сделать какую-нибудь глупость и не испортить момент, он прекратил щекотать парня, поглядывая на дело рук своих. С задранной футболкой, взъерошенными волосами, часто вздымающейся грудью, распластавшийся перед ним парень на мятых простынях, мягко говоря, был жуть как красив и притягателен. Дилан уже давно перестал отрицать нездоровое влечение к другу, поэтому, пришедшая мысль о привлекательности тела под ним, ничуть его не смутила. И не такие картинки во снах видал, уже привык.       Прикрывая локтем глаза, Томас пытался привести дыхание в норму и заодно беспалевно пялился на, нависавшего над ним пару секунд назад, брюнета. Главным было не смотреть в глаза парню, которые так нежно и тепло смотрели на него, про тело он молчал, ибо точно знал, что накосячит, взглянув на него хоть раз.       Томас внезапно почувствовал, как матрац прогибается под весом парня. Открыв глаза, он пожалел об этом, потому как нарушил главное правило: не смотреть в глаза другу напрямую. Наткнувшись на внимательный и решительный взгляд Дилана, блондин потерял дар речи и даже не смог продумать в голове план того, что может случиться дальше и как ему реагировать, как он делал раньше. Томас одновременно желал и боялся того, что может удумать брюнет в следующий момент, не знал что ему делать, если тот все-таки решится. Он не знал, чего ожидать от столь непредсказуемого и безбашенного юноши.       -Дил? - тихо позвал Том, еле шевеля пересохшими от волнения губами. Неосознанно он провел языком по губам, чуть прикусывая нижнюю. Дилан внимательно проследил за движением языка, не зная уже, кому молиться о выдержке.       Прикрыв глаза, он наклонился ниже, упираясь руками по обе стороны от плеч, не решаясь продолжить. Со вздохом, он опустился, накрывая Томаса собой. Положив голову ему чуть выше груди, упираясь носом в ключицы, он обнял блондина, сцепляя руки за его спиной. Учитывая комплектацию парней, получалось так, будто Дилан служил Томасу одеялом, полностью накрывая собой. Ноги брюнет чуть согнул в коленях, скрещивая в самом низу.Когда он наконец-то устроился так, как ему было удобно, он расслабился, выдыхая бедному юноше в шею, заставляя все тело покрыться мурашками.       -Ну что, харя уместилась? - немного нервно спросил парень, пытаясь избавиться от смущения и отвлечься. Дилан ничего не ответил, но не потому что обиделся, а просто было лень отвечать, хотелось просто закрыть глазки и уснуть. От друга веяло спокойствием и уютом, и это действовало на брюнета словно снотворное.       Том ожидал, как минимум поцелуя, но то, что сделал Дилан, понравилось ему больше. Такая поза была очень удобной для двоих и настолько по-домашнему уютной, что хотелось пролежать вот так, как можно дольше, слушая мерное сопение и чувствуя дыхание в районе ключиц.       Отойдя от небольшого шока, блондин положил руки на спину Дилану, слегка поглаживая и рисуя узоры поверх футболки. Почувствовав, как парень вздрогнул от приятных ощущений, юноша улыбнулся, плавными поглаживаниями поднимаясь выше. Продолжив гладить разомлевшего парня, Том задевал футболку, иногда даже нарочно забираясь под нее прохладными руками, вызывая новую волну мурашек.       Когда руки устали, Томми положил их на макушку Дилану,и по инерции все еще перебирал пряди. Устав держать голову на весу, он плавно опустил ее на подушки, прикрывая глаза. Они так и уснули, в объятьях друг друга, слушая посапывания и чувствуя ритмичное сердцебиение.