Something in the dark

Тор открыл глаза. Он стоял посреди длинного коридора дворца. Асгард. Дом… В правой руке ощущалась тяжесть Мьельнира, а в левой - тепло маленького огонечка. Громовержец тяжело вздохнул и пошел вперед. Где сейчас Локи? И почему он сам оказался именно здесь? Норны сказали, что Локи в опасности, но… Он же во дворце. Что здесь может случиться? Коридор заканчивается большой деревянной дверью, и Тор замирает, не решаясь открыть ее. Прислушивается… Кажется, кроме него здесь нет никого…

Вот только из-за двери раздается сдавленный хрип…

***

Так надо. Просто так надо. Не стоит искушать судьбу. Все будет именно так, как должно произойти. Лязг тяжелых цепей, сдавливающих руки. Взгляд зеленых глаз скользит по собравшимся и устремляется на Царя, сидящего на троне. Стоять тяжело, идти - еще сложнее, но младший принц, упрямо выпрямив спину, шагает вперед в окружении стражи. Позор? Едва ли… Не сломлен. Цепи сковывают, одна из них обвивает шею и под ее тяжестью кожу саднит, и он чувствует, как кровь, щекоча, стекает по груди. Еще несколько шагов, сопровождаемых металлическим звоном. - Здравствуй, Отец, - он улыбается. Лишь бы Тор успел… Пожалуйста… - Обращайся к своему Царю с почтением, - шипит Сиф, стоя неподалеку от трона. Один из сопровождающих его стражников наступает на цепь, свисающую с шеи, и Локи, теряя равновесие, падает на колени. Усмехнувшись, он вновь поднимает взгляд на присутствующих. Один сидит, не шевелясь.В его покрасневших влажных глазах - тоска. Интересно, он оплакивал старшего сына или младшего? Рядом стоит Сиф, и Локи на мгновение встречается со взглядом черных глаз, улыбаясь по-змеиному. Огун тоже тут, и Вольштагг, который стоит, отвернувшись и опустив голову. Еще несколько стражников и… Палач, чье лицо прикрыто маской... Жаль, нет матери… Не пришла, не смогла бы вынести зрелище… Надо отдать должное Одину, что не стал устраивать показательную казнь, собрав при этом всех асов… - Локи, - голос звучит тихо, но в гробовой тишине, стоящей здесь, слышно каждое слово. - Скажи мне, где твой брат? Где Тор? - Мертв, - не правда, но он должен так сказать. Должен сказать то, что предписано ему Судьбой. Это его долг… Один молчит мгновение, пытаясь совладать с эмоциями. Он держится превосходно. - Кто убил его? - Я, - Локи внимательно смотрит на отца. Царь закрывает глаза, и по его щеке скатывается одна слеза. Должно быть, это очень больно… Узнать о смерти одного сына от руки второго и вынести тому приговор. Теперь он точно должен быть мертв. - Ты не лжешь, - не вопрос, утверждение. Хотелось бы сейчас броситься к отцу, успокоить, сказав, что всё хорошо… Будет хорошо. Обязательно будет. - Почему, Локи? Ты даже не попытаешься оправдать себя? Молча отрицательно качает головой. Нет смысла… Один бьет посохом об пол, и гулкий стук выносит ему негласный приговор. Локи улыбается дрожащими губами и опускает голову, отмечая шаги подходящего к нему палача. Тяжелый удар, и он падает на пол, бьется раненым плечом и шипит от боли. Если они ждут, что Бог Лжи будет кричать и умолять остановиться - они ошибаются. Грубые руки вздергивают его вверх, несколько ударов по лицу, и рот наполняется вкусом крови, которая струйкой вытекает из разбитых губ. Вновь его кидают на пол. Нога в металлическом ботинке несколько раз опускается на грудь, выбивая из легких воздух. Тяжелые удары ломают ребра. Сдавленный хрип, когда следующий удар приходится по раненому плечу, раны давно вновь открылись, и теперь он лежал в луже собственной крови. Больно. Невероятно больно… Он пытается подняться, но пол от крови слишком скользкий, и он лишь размазывает ее, оставляя длинные красные полосы под пальцами, путаясь в цепях. Следующий удар ногой снова сбил его. Трикстер перевернулся на спину. Палач уже занес над ним меч. Сейчас… Локи повернул голову в сторону двери и, улыбнувшись, закрыл глаза. Молот, разломив дверь в щепки, снес палача, пробивая тому голову. - Локи! - Тор бросился к брату, падая рядом с ним на колени и прижимая к его груди трепещущий огонек. Локи открыл глаза, глядя на него мутным взглядом и глубоко вздохнул. Яркий свет залил зал, ослепляя, не позволяя ничего видеть. - Я верил, что ты придешь, - родной хрипловатый голос. Шершавые губы встречаются с губами Тора. Свечение угасает и Громовержец видит перед собой зеленые глаза и улыбку брата, стоящего напротив. Когда они успели подняться на ноги? Его раны затянулись, будто их и не было никогда. Противный скрежет, и цепи падают на пол. - Шикарное представление, - ледяной голос и хлопки. - Аплодисменты актерам! Братья переводят взгляд на сделавшую несколько шагов вперед Сиф. Локи напрягается, а Тор удивленно смотрит на нее. - Ведь все почти получилось! - ее голос искажается, становится грубым, а на лице появляется безумная улыбка-оскал. - Но один глупый мальчишка умудрился всё испортить… Уже в который раз! Почему ты не можешь просто сдохнуть?! Девушка вцепилась в себя пальцами и, закричав, разорвала свою грудную клетку, рухнув в лужу собственной крови. - Что за?.. - Тор изумленно распахнул глаза, а Локи внимательно наблюдал за происходящим. - Боги… - едва слышно выдохнул Один. Кровь, вытекающая из Сиф вздрогнула, словно от сильного порыва ветра, и стала собираться в уже знакомую фигуру. - Кронос… - рыкнул Тор. - Давно не виделись, - Жнец улыбнулся. - Сколько можно убивать твоего брата? Молот полетел в сторону «гостя», но тот ловко увернулся. - Я был почти у цели! Впрочем, - Кронос бросился в сторону Одина. Стражники, попытались защитить своего Царя, но тут же были превращены в фарш таинственной темной силой. - Не сегодня, - Локи резко скользнул к нему и в последний момент оттолкнул руку жнеца от отца. Ударом ноги в грудь, сбросил Кроноса с возвышения, на котором стоял трон. - Локи, нож! - крик Вольштагга, и трикстер ловит брошенное ему оружие. В следующую же секунду бросаясь на врага, но тот отпрыгивает в сторону, тут же встречаясь с молотом Тора. Еще несколько минут продолжается этот безумный бой. Братья атакуют жнеца с двух сторон, сменяя и прикрывая друг друга. В какой-то момент Локи оказывается прямо перед ним. Рука трикстера окутана зеленоватым свечением. - Прощай, - спокойно произносит Локи. Его рука врывается в грудь жнеца, вырывая черное сердце, которое он отбрасывает на пол. - Тор!!! Громовержец замахивается - по молоту проходит разряд молнии - и бьет по все еще пульсирующему сердцу. Крик оглушает. Жнец падает на пол, рассыпаясь в прах. - Всё кончено, - тихо выдыхает Локи. - Ты в порядке? - заботливый взгляд голубых глаз. - В полном, - трикстер кивает и медленно подходит к лежащей на полу в окружении Огуна и Вольштагга Сиф. Девушка хрипло дышит. Удивительно, как с такой раной она еще жива… - Сиф, прости меня за всё, - Тор садится рядом, нежно проводит рукой по ее лицу и девушка с грустью смотрит на него, улыбаясь окровавленными губами. Локи тоже опускается рядом с ней. - Ты была хорошим воином, из тебя вышла бы отличная валькирия, - трикстер осторожно взял ее ладонь и слегка сжал. - Простите меня… - едва слышный хрип… - Сиф, все хорошо, золотые своды Вальхаллы ждут тебя, - Локи слегка улыбнулся ей. Девушка выдохнула и закрыла глаза, а ее ладонь безвольно повисла в руке трикстера. - Вот и всё… - голос Тора слегка дрогнул, он с тоской посмотрел на нее, а затем перевел взгляд на друзей и брата. В глазах каждого из присутствующих застыли слезы, и даже Локи с некой грустью продолжал сжимать ее остывающие пальцы. - Тор, Локи, - голос Всеотца прервал наступившую тишину. - Подойдите ко мне, мальчики. Братья, переглянувшись, направились в сторону отца, встав перед ним на одно колено и прижав к груди кулак. - Я так счастлив, что вы целы, - Один поднялся и, опираясь на посох, подошел к ним, жестом показывая, что они могут подняться. - Спасибо вам за всё, вы оба молодцы, - он обнял обоих сыновей. - Вы через многое прошли, отправляйтесь в покои, вам нужен отдых. Только загляните к матери, царица так переживает… - Спасибо, отец, - почти одновременно отвечают они. - Идите, я разберусь тут…

***

Chris de Burgh – When Winter Comes

Тор потянулся, вставая с кровати, и подошел к окну, распахивая шторы и впуская в комнату золотистый свет только что проснувшегося солнца. Красиво. В комнате душно, жарко… Приходится открыть окно, и воздух сразу наполняется сладким запахом асгардских цветов. Он осторожно, стараясь не шуметь, присаживается на кровать. Среди смятых простыней и разбросанных подушек лежит единственный. Его возлюбленный. Тот, кто не побоялся отдать за него жизнь, тот за кого он не раздумывая отдал бы свою. Тор ласково убирает с лица Локи волосы и нежно целует. Трикстер тихо что-то мурлыкнул и, перевернувшись на спину, открыл глаза. Такие же бесконечно зеленые, безумно любимые глаза. У него прекрасная улыбка и сам Тор невольно улыбается, глядя на него. Такой нежный, сонный… - Доброе утро, - голос тихий и еще немного хрипит после непродолжительного сна. Локи неосознанно трет кулаком глаза - Доброе, - Тор улыбается еще шире и целует своего полупроснувшегося брата. - Ты так и не ложился? - Подремал немного, - врет он в ответ. Локи внимательно смотрит, но не говорит ничего, лишь улыбается и тянет громовержца к себе, прижимаясь. - Осторожнее! - Тор теряет равновесие и падает, придавливая брата, но тот лишь смеется. - Ну что ты творишь, мелкий? И Тор тоже смеется. Привстает, проводит ладонью по груди трикстера, задерживаясь на шраме. Улыбка исчезает с его лица. - Прости меня… - За что? Тор, ты не виноват ни в чем. - Это мои шрамы… - У тебя такие же, так что не переживай, я не комплексую, - Локи усмехается. - Тор, прошло два месяца, пора бы забыть. - Мне страшно, до сих пор страшно… Я боюсь потерять тебя, как уже терял однажды. - Тор, - Локи тихо вздыхает и нежно целует его. - Не потеряешь, все будет хорошо. Верь мне. - Я верю, - Тор углубляет поцелуй и заваливает брата обратно на подушки. - Ээй, тормози, - смеется маг и в следующее мгновение растворяется в зеленоватом свечении. Тор, вновь потеряв равновесие неуклюже тыкается лицом в подушку, а за его спиной раздается смех. - Локи! - Прости, братишка, но, кажется, мне нужно торопиться, пока еще не весь дворец проснулся, и пока я еще могу по-тихому пробраться к себе, - он подмигнул поднявшемуся громовержцу. - Мы и так немного проспали. - Ты сам виноват, - усмехается воин. - Я? А кто вчера просил меня «почитать ему на ночь»? Уснуть он видите ли не может! - Кстати! Ты же не почитал мне! - Малое дитя, - Локи с наигранным осуждением смотрит на старшего, а потом оба смеются. Тор подходит ближе и притягивает его к себе: - Иди сюда, вредина, - обнимает, и Локи прижимается к нему крепче, а Тор с наслаждением зарывается носом в его мягкие волосы и вдыхает запах. Локи пахнет какими-то пряностями и травами. Тору всегда нравился этот запах. Он целует младшего в висок и отступает на шаг. - Ладно, тебе и правда пора, - с грустью выдыхает он. - Как думаешь, когда мы расскажем отцу про нас? - Как ты себе это представляешь? - Локи хихикает, застегивая рубашку. - Ну ты же как-то рассказал матери. - Это же мама, я не рассказывал, она сама всё поняла, - Локи переводит на него взгляд. - А еще она сказала пока подождать, отцу будет не просто слышать такие… подробности о личной жизни своих сыновей. Он снова засмеялся, и Тор улыбнулся ему в ответ. - Я люблю тебя, - тихо шепчет он. Локи резко замолкает, смотрит на него. И в его взгляде он видит ответ своим чувствам. Тем же взглядом он сам смотрит на брата. Локи слегка улыбается. - И я люблю тебя. Локи направляется к выходу, но замирает у двери, обернувшись. - Ты обещал мне, что мы отправимся в Альвхейм. Вдвоем, - Локи смотрит на него с надеждой, а потом прикрывает глаза, погружаясь в воспоминания. - Там очень красиво, и травы… - Мы обязательно отправимся туда. - Когда? - Скоро. Подождешь еще пару дней? - Подожду, - трикстер улыбается и выходит за дверь, и, прикрывая ее за собой, тихо произносит: «Спасибо». - До встречи, - выдыхает Тор уже в пустоту. Он вновь встает и подходит к окну, жмурясь от яркого солнца. Проводит пальцами по шраму на своей груди и усмехается. Теперь он точно не отпустит Локи. Его Локи. Никогда не отпустит. Не потеряет вновь. Теперь всё будет хорошо. Обязательно будет. Конец.