Волдеморт-младший

      - «Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца...» - произнес молодой мужчина, пытаясь восстановить дыхание. Он, Северус Снейп, пытался как можно быстрее доставить пророчество некой провидицы Треллони, сказанное всего пятнадцать минут назад.       - Это все? – равнодушно ответил мужчина средних лет, стоя у окна и наблюдая за развлечением своих ПСов – те пытали заклинанием круциатуса какого-то пленника.       - Это все, что я услышал, мой лорд. – ответил Северус.       - Хорошо. Можешь идти. – все также безразлично ответил мужчина. Снейп откланялся и удалился.       - Что ж, будем ждать. – про себя сказал лорд Волдеморт и слегка улыбнулся.       - Мой повелитель, у Вас уже есть какой-то план? – осторожно спросила женщина, все это время стоявшая в углу комнаты.       - У меня всегда есть план, Белла, всегда.

***

      - Мой лорд, по данным регистрации новорожденных магов, в конце июля было рождено два мальчика, один чистокровный, другой - полукровка. – донес один из приспешников Темного Лорда на очередном собрании ПСов.       - Имя полукровки? – нейтрально спросил их глава.       - Гарри Поттер, мой лорд. – ответил тот же пожиратель. Остальные сохраняли напряженное молчание. – Его родители состоят в Ордене Феникса, как и родители другого мальчика. Мы уже несколько раз сталкивались с ними в бою.       - Значит Гарри Поттер… - задумчиво протянул Волдеморт. – Эту незадачу я устраню.       Эта фраза расставила побелеть и без того бледного Северуса Снейпа. Ведь мать этого Гарри, Лили Поттер, была его возлюбленной еще с ранних лет. Пусть она и предала его, выйдя замуж за врага, но все равно, Снейп еще любил ее. Значит, Волдеморт хочет убить всю семью Поттеров? Ладно Джеймса, ее мужа, но не Лили!       - Вы собираетесь убить Поттеров? – с опаской спросил Северус, уже зная ужасающий ответ.       - Да. – самодовольно протянул темный волшебник.       Сердце Снейпа забилось еще чаще. Лили не должна погибнуть, нет! Когда заседание было закончено, Снейп дождался, когда остальные пожиратели покинут их «зал заседания», и обратился к Волдеморту:       - Мой лорд…       - Меня не интересует твоя безответная любовь, Северус. – отрезал мужчина с долей ехидства.       - Прошу Вас, не убивайте Лили Поттер. – со стоном ответил Снейп.       - Меня ни она, ни ее муж, не интересует. Мне нужен только мальчик. – ответил Волдеморт. Сделав короткую паузу, он продолжил. – Но если они станут на моем пути, ты знаешь, что будет с ними.       Продолжать далее не было смысла. Снейп откланялся и оставил своего владыку одного в комнате. Выйдя за пределы защитного барьера замка, в котором он только что находился, Северус аппарировал к единственной надежде на спасение своей возлюбленной – Альбусу Дамблдору, хоть знал, что этот шаг равносильно безумию. Но любовь – уже само по себе безумие. Да, он добился поддержки Дамблдора, с условием перехода на «светлую» сторону и играть на два фронта. Он был готов даже сесть на диету из лимонных долек, которые он терпеть не мог. Все ради спасения ЕЕ!       31 октября лорд Волдеморт тайком покинул свое поместье и, благодаря наводке одного крысеныша, отправился в Годриковую Лощину. Один. Он никому не доверил это задание, так как был уверен, что только он должен это сделать. Только он вошел в дом, тут же помехой к ребенку ему стал Джеймс Поттер.       - Глупцы! Отдайте мне ребенка и будете помилованы! – с презрением сказал темный волшебник.       - Нет! – с сердцах ответил Джеймс. – Лили, спасай ребенка, я его задержу! Экспеллиармус!       - Завязывайте эту сопливую баламутню! – зло сказал Волдеморт, отражая заклинание, но, не атакуя нападавшего. - Отдайте ребенка или же умрите!       - А фигу тебе не отдать? Конфундус! Остолбеней! – выкинул заклинания Джеймс в своего врага.       - Авада Кедавра! – ответил Волдеморт и спокойно добавил, глядя уже на мертвое тело, - ты мне надоел.       Он было поднялся на второй этаж дома, как из одной комнаты в него полетело заклинание Петрификус Тоталус. Волдеморт отразил нападение. Для него подобные заклинания были словно летящие в него перышки.       - Повторю еще раз: отдай ребенка и останешься живой! – сказал маг, направляясь в детскую, с которой полетело предыдущее заклинание.       В ответ тишина. Мужчина открыл дверь, как в него полетело сразу несколько заклинаний.       - Импедимента! Левикорпус! Остолбеней! – закричала рыжеволосая женщина, закрывая кроватку с маленьким сыном.       - Идиотка! Неужели ты думаешь, что своими детскими заклинаниями ты сможешь меня уничтожить? – Волдеморт заливисто рассмеялся. – Вы все такие тупые в Ордене?       Лили никак не ожидала какого-то либо разговора с темным волшебником, но на вопрос не ответила.       - Меня просили сохранить твою жизнь, но ты должна отдать мне ребенка, добровольно. Или же я не стану с тобой сюсюкаться.       - Иди к дьяволу! – яро ответила Лили.       - Я и есть Дьявол! Авада Кедавра!       Зеленое заклинание ударило в женщину и та упала замертво. Мгновенная смерть. Ни боли, ни страданий.       - А ведь я предложил выбор. – сказал будто сам себе маг и приблизился к кроватке малыша. Гарри не плакал, он просто смотрел на маму, которая лежала рядом с его кроваткой, а потом перевел взгляд на гостя и с интересом изучал его. Маг спрятал палочку и достал кинжал. Взяв руку малыша, мужчина острием сделал надрез на ладони мальчика и выступила кровь. Тот расплакался от боли. Полностью игнорируя вопли малого, Волдеморт сделал тоже самое на своей руке и скрепил порезанную руку с рукой ребенка. Далее начал читать заклинание на древнем языке, во время которого их кровь скрепилась воедино и связала их родственными узами.       - Здравствуй, сын. – тихо сказал на парселтанге Волдеморт после своеродного усыновления.       Малыш перестал плакать. Он с интересом посмотрел на своего нового папу и словно обрадовался таким словам. В эту ночь великий темный волшебник всей Великобритании вернулся в свой особняк со свертком в руках, в котором тихо посапывал малыш. На внеочередном собрании Волдеморт заявил:       - Донесите всем последователям, чтобы были в курсе. Это, - и он указал на ребенка, - Гарольд Марволо Риддл, мой сын. Сказать, что у всех пожирателей отвисла челюсть и глаза повыкатывались из орбит – это ничего не сказать. Шок, в котором они сейчас находились, ни с чем не сравнить.       Первой тишину нарушила Беллатрисса Лестрендж:       - Мой лорд. Это… Гарри Поттер? – с опаской спросила женщина.       От этой фразы Снейп, который тоже находился на совещании, готов был повесится на своих же сальных волосах. Лили мертва! А ее сын теперь стал сыном Волдеморта! Что за бред?!       - Был. – ответил маг и с усмешкой на губах показал свою руку с надрезом. - Вы все должны знать, что это такое. Между пожирателями пробежался удивленный шепот.       - Но зачем Вам этот мальчик? – еле выдавил из себя Снейп, сдерживая в себе боль утраты и желание зарыдать.       - Друзей нужно держать близко к себе, а врагов – еще ближе. – больше маг ничего не ответил. Только странно улыбался.       - Мой лорд! – наконец-то вставил слово Люциус Малфой, - мне кажется… что имя Гарольд Риддл будет немного… кх… тяжеловатым в произношении. Может назвать его… Гарфильд?..       - Это еще хуже! – ответила Белла, и рассмеялась. Остальные тоже последовали ее примеру.       - Значит так. – начал темный лорд и все смешки мгновенно смолкли. – Снейп, смени в книге регистрации новорожденных и в книге Хогвартса имя Гарри Поттер на Гарольд Риддл. Выполняй.       Снейп тут же ретировался. Он только и ждал момента, когда сможет вернуться в Хогвартс к Дамблдору. Все приняло довольно неожиданные обороты. Никто не ожидал, что сам Волдеморт возьмет под опеку чужого ребенка, да еще и наречет его своим сыном! Да еще и сына Лили, которого он теперь будет видеть каждый день, и напоминать о боли! За что ему все это?       - Малфой, возьмешь ребенка на свое попечительство, пока тот не подрастет.       Люциусу, и его жене, которая сидела рядом, ничего не оставалось, кроме как согласится.       - Остальные свободны.       Все покинули комнату, и Волдеморт остался один. Он стукнул ногой по старому дубовому столу и открылся потайной ящик. Мужчина достал с него записную книгу рода Слизерина, взял перо и вписал под именем «Том Марволо Риддл» еще одно имя «Гарольд Марволо Риддл». Пусть он и ненавидел инициалы своего папаши, но ломать голову над именем ребенка ему было просто лень. В тот день он решил, что сделает из своего врага орудие своей же воли, а не собственной смерти. Конечно, малыша можно было убить, что было бы намного проще, чем ждать, пока он вырастит. Но, по сути, у Волдеморта мозги были слегка набекрень, и мыслил он не так рационально, как в юности. Или же наоборот, поумнел. В его голове родился изощренный план.       После похищения Гарри Поттера, поднялось восстание не только Ордена Феникса, но и еще нескольких группировок. Собственно, поднял его сам Дамблдор, после того как его двойной агент, Северус Снейп, принес весточку о приемном сыне Волдеморта. Вскоре, все восстания были придушены, Дамблдор убит. Северус, не уличенный в двойном шпионаже, поставили в главе школы Хогвартс и стал личным преподавателем для подраставшего Гарольда. Люциус Малфой стал крестным для сына своего владыки. Началось становление полной власти Волдеморта и началась новая эра. Все думали, что будет страшная диктатура и массовое смертоубийство. Так и было по началу, пока народ давал отпор новой власти.       Но как только они сдались, Волдеморт сменил свою политику: он остановил «зачистку» населения, сделал огромные вложение в развитие магической науки, провел реформу образования – теперь в школе могли учиться только чистокровные маги и полукровки. Маглорожденным разрешали использовать только ту магию, которой они владеют от рождения, но путь в магическую школу им был заказан. Однако, этот закон в итоге упростили и маглорожденным снова было разрешено посещать магическую школу, но с некоторыми ограничениями. Вскоре все маги Великобритании приняли новые условия их магического существования. Появилось все больше последователей Волдеморта и вскоре его стали не только бояться, но и уважать. Некоторые его превозносили на пьедестал национального героя. Дальше, владыка занялся распространением своей идеологии на другие страны. Один за другим страны «склоняли свои головы» и принимали его идеи, пока весь магический мир не подчинился новым правилам.

***

      17 лет спустя.       - Ох, моя голова… - проснулся Гарольд после конкретной попойки в Малфой-меноре. Он попытался встать с дивана и случайно наступил на валявшегося на полу Драко Малфоя.       - Ай, смотри куда прешь! – выругался Драко и снова отрубился. Гарри попытался найти своим помутненным взглядом хоть один кувшин с водой. Но пока увидел только разгромленную комнату, храпящего Блейза Забини и Грегори Гойла в обнимочку на двуспальной кровати, Теодор Нотт свернулся калачиком под столом и посасывал свой большой палец, Винсент Кребб каким-то макаром умудрился уснуть на огромной люстре. И как она не упала под его весом, осталось для Гарри загадкой. Не хватало только Маркуса Флинта – видимо, он пришел в себя несколько раньше и куда-то вышел.       - Мда… Не плохо вчера гульнули. – Гарри осмотрел множество бутылок из-под огневиски, сливочного пива, русской водки… Да чего там только не было? Но, к сожалению парня, ни в одной бутылке никакой жидкости не наблюдалось – они за ночь выдули все! На столе стоял кальян, который чудом уцелел, если сравнивать все другое в комнате. И что за траву они вчера в нем курили, Гарри тоже не понял. Надо будет уточнить у Теодора. В комнату вошел зеленый Маркус. В руках держал графин с водой. Гарри, словно хищник, кинулся на Маркуса, выхватил графин и стал жадно пить жидкость.       - Фуууууууууух, спасибо, брат, ты мой спаситель! – наконец-то парень отцепился от графина, посмотрел на лицо Маркуса и громко заржал, чем разбудил Драко и Теодора. Забини с Гойлом все также спали, и Кребб продолжал соперь на люстре.       - Ты чего такой зеленый? Так плохо после вчерашнего, или... это что краска?       - Да, краска, и она, мать вашу, не смывается! – злобно заорал Маркус. Громкие возмущения Маркуса и хохот Гарри наконец-то разбудил Кребба. Тот, даже не открывая глаз, пытался подняться со своей лежанки, но вместо этого всей своей тушей шмякнулся на кровать, прямо на спящую парочку. Тут же полился тройной запас матов, который переплетался между собой. Были слышны только отдельные слова, весьма неприличного содержания. Гарри согнулся пополам от хохота, Малфой бил ладонью диван, возле которого сидел, в припадке истерического хохота, Нотт бился в комических конвульсиях под столом, а Маркус временно забыл о своем лице и присоединился к всеобщей истерике.       - Ну дебилы, ха-ха-ха! – Гарри все еще не мог остановиться ржать. Оставался только один вопрос: «что же такого они творили вчера?»Кое-как успокоившись, они решили выйти подышать свежим воздухом на заднем участке поместья, пока весь перегар не выветрится из комнаты, и пока домовые будут убирать весь этот срач. Но смывать краску с лица Маркуса никто не спешил. Всем доставляло это удовольствие, а Гарри не упускал возможности назвать своего друга «Слизеринский помидорчик», ссылаясь на опухлость лица из-за вчерашнего. Просто «лицом Слизерина» Гарри назвать его не мог, так как он сам носил этот титул, как сын Волдеморта, наследника Слизерина. Пока они шли за метлами для квиддича, каждый пытался вспомнить, что же все-таки вчера было. Но в итоге ничего так и не вспомнили.       - «Вот так блин! Отметил свое семнадцатилетие, а даже вспомнить нечего!» - со смешком подумал Гарольд.       Хогвартс. Последний год обучения в школе. После выпуска Гарри наконец-то может быть все время с отцом, помогать ему в его делах и вообще, быть ему полезен. Пусть парень этого никому не говорил, но он скучал по отцу, такому отстраненному при всех, и такому доброму наедине со своим сыном. Но сейчас, он сидел на уроке ЗОТИ и делал вид, что внимательно слушает директора Северуса Снейпа. Все, что он сейчас рассказывал, парень выучил еще в десять лет, благодаря этому же директору. В голову попала скомканная записка, которая вывела Гарольда из мыслей. Северус заметил этот жест, но абсолютно проигнорировал, так как записка прилетела от Драко Малфоя, его крестника.       «Сегодня в три в «Трех метлах». Бинса прогуляем»       Гарри усмехнулся и отправил ответную записку, целясь как можно точнее в глаз другу и абсолютно игнорируя преподавателя.       «Бинса мы и так прогуляем. А что в «метлах»?»       «Цыпочки»       В начале четвертого на главной улице Хогсмита появилось два старшекурсника-слизеринца, идущих в развалочку. Зайдя в кабак «Три метлы» они с легкостью отыскали небольшую группу девушек, ожидавших появления этих двоих. Девушки были явно недовольны тем, что их заставили ждать. Но как только гости появились в поле зрения, они тут же «нацепили маски счастья» и приветливо помахали ребятам.       Неподалеку, в компании закоренелого задрота Рона Уизли, его девушки ботаника-зубрилки Гермионы Грейнджер и пучеглазой Луны Лавгуд, сидел крупного телосложения Невилл Лонгботтом. Он злобно наблюдал, как два слизеринца, Гарольд и Драко, вальяжно расположились в компании симпатичных девушек. Его поедала зависть, злоба, ненависть. Он ненавидел сынка Волдеморта и его подхалимов, считал, что тот занимает это место незаслуженно. Он просто никто. Невилл так сильно увлекся своими мыслями, что бокал сливочного пива треснул в его руках. Отнекиваясь от Гермионы, которая настоятельно рекомендовала обработать рану, парень встал и направился к барной стойке за очередным бокалом пива. Одновременно с ним, подошел за пивом Гарри.       - На твоем месте должен был быть я… – злобно прошептал Невилл и своей тушей намеренно зацепил паренька, направляясь обратно за свой столик.       Со смертью родителей, Невилл копил в себе огромную злобу. Не только на Волдеморта, но и на его приемника. То, как появился в мире магов Гарольд Марволо Риддл, уже было легендой, историю его избрания знали абсолютно все маги. Но ведь он, также как и Невилл, родился в конце июля, его родители трижды бросали Темному Властелину вызов, и все равно выбрали именно ребенка Поттеров. Почему? Почему все почести именно этому неудачнику? В чем секрет? К тому же, именно Гарольд переймет все бразды правление над магическим миром, как только Волдеморд уйдет на покой. Все эти мысли словно изъедали изнутри Невилла. Он мечтал быть на месте Гарольда, иметь такую же популярность как и у него, целый батальон прекрасных девушек, вместо одной Лавгуд с ее взглядами на жизнь. «Я докажу всем, что Волдеморт ошибся, избрав тебя на роль своего приемника. Ведь Я - истинный наследник!»       - Этот придурок меня уже достал! – пожаловался Гарри своему другу, как только они вышли с кабака и отдалились от девчонок.       - Да забей на него! – рассмеялся Драко, хлопнув друга по плечу. – Главное предстоит у нас сегодня ночью с этими красотками. Не забудь то зелье из женьшеня, что мы стырили у Снейпа. Сам понимаешь, всю ночь на пятерых… - на этой фразе парень лукаво улыбнулся.       Они не заметили, не знали, что в это время за ними тщательно наблюдал один человек в темно-серой мантии. Его лица не было видно, трудно было понять кто это, тень хорошо все скрывала. Он странно искривил свою улыбку, глаза засверкали безумным огоньком, и сказал: «Умри, Поттер!..»       Кто этот человек? И как долго продлится беззаботная жизнь Гарольда Марволо Риддла? Кто знает…