Противостояние и Свечи

Джейн заваривал вторую за этот день чашку чая, когда его нашел Уайли. Патрик тепло поздоровался с молодым человеком, одновременно ловко наливая молоко в свою новую белую чашку. Временами он ловил себя на том, что ищет в шкафах свою старую бирюзовую чашку «fiestaware», но сейчас это не имело большого значения. У него уже было то, чего он по-настоящему хотел, даже если то, что он по-настоящему хотел в настоящий момент в компании Чо помещает под стражу потенциального подозреваемого. Она скоро вернется и будет достаточно близко, чтобы вновь к ней прикоснуться. А потом, в конце дня, уйдет вместе с ним, чтобы провести остаток ночи у него под боком. Жизнь, определенно, была хороша, даже несмотря на отсутствие любимой чашки. - Э-э, Джейн, - Уайли замялся, нервно переминаясь с носка на пятку. Джейн поднял глаза и почувствовал, как его брови поползли вверх: - Да? Уайли сделал глубокий вдох, затем его взгляд скользнул по комнате, после чего молодой человек понизил голос до чуть слышного шепота: - Пайк у нас в офисе. Джейн уставился на него, на мгновение на его лице промелькнула тревога. Затем он произнес: - Что? - Пайк у нас в офисе, - повторил Уайли, - Маркус Пайк, ну знаешь, парень, который… - Да, - перебил его Патрик. – Поверь, я его помню. Что он здесь делает? Уайли пожал плечами: - Не знаю, приятель. Но он стоит возле рабочего стола Лисбон. Она знает, что он собирается приехать? Это был глупый вопрос, но, тем не менее, он беспокоил Джейна. Вдруг он почувствовал раздражение на самого себя. - Я не знаю, - ответил он, с мягким звоном ставя на стол наполовину приготовленную чашку с чаем. Телефон оказался в его руке прежде, чем он осознанно захотел протянуть к нему руку. - Привет, - спустя пару гудков раздался голос Лисбон. – В чем дело? Мы вернемся примерно через пятнадцать минут. - Здесь Маркус Пайк, - без предисловий сказал Джейн. Наступила напряженная пауза. - Э-э. Зачем? – наконец спросила она, и неподдельный трепет ее голоса сообщил ему, что она все-таки не знала, что Пайк приедет. Джейн чуть-чуть расслабился. - Я не знаю, - ответил Патрик. – Я с ним не разговаривал. Очевидно, он чего-то хочет. Он возле твоего стола. - Боже, - прошептала Лисбон скорее самой себе, нежели ему. - Пятнадцать минут? – переспросил Джейн. – Я не сомневаюсь, что он все еще будет здесь. Нехарактерно для себя, Лисбон сказала, что любит его, прежде чем закончить разговор. Большую часть времени, она старалась поддерживать на работе профессиональную дистанцию, в особенности в присутствии остальных агентов, включая Чо. Но в данном случае, было похоже, что она напоминает ему о своей любви, и Джейн был ей за это благодарен. Глубоко вздохнув, он расправил плечи и покинул комнату отдыха. Он не собирался прятаться здесь как трус, не собирался позволить Лисбон принять на себя тот удар, что нанесет им данный посетитель. Десять секунд спустя, перед его глазами предстал Маркус Пайк. Он выглядел просто отвратительно – ему тоже чертовски не хватало Лисбон. Как и оба раза, что Джейн был вдали от нее продолжительное время. В Лас-Вегасе он был похож на бомжа. В Южной Америке он был небритым пляжным бездельником, который даже не носил штанов. Пайк повернулся к нему, и Джейн боролся за то, чтобы сохранить нейтральное выражение своего лица. Между ними никогда не существовало ничего, кроме взаимной неприязни, хотя Джейн и мог бы испытывать к этому агенту какую-то симпатию. Патрик не стал протягивать ему руку, вместо этого засунув ладони в карманы. Пайк скрестил руки на груди в оборонительном и одновременно бросающем вызов жесте. Примерно на секунду, Джейн задумался о том, зачем, черт возьми, Пайк сюда пришел. Приехал ли он затем, чтобы попытаться вернуть Лисбон? Явиться без предупреждения и совершить какой-нибудь грандиозный жест, надеясь сразить ее наповал? В первый раз, по множеству различных причин, ему это запросто удалось. Но на этот раз Джейн не позволит ему сделать это так же легко. Пайк может за нее бороться, так же как и сам Джейн. И Патрик может победить. Его совершенно не волнует, что для этого потребуется – он будет мошенничать, лгать, и играть грязно. Джейна это не беспокоило. Он не позволит Лисбон уйти. Не теперь, когда он знает, каково это просыпаться и чувствовать, как по его груди рассыпаны ее темные локоны, на что похоже уткнуться лицом ей в шею, что такое двигаться внутри ее тела. Естественно, Джейн осознавал, что Пайк узнал обо всем этом первым. Когда Джейн заговорил, то почувствовал у себя во рту горький привкус: - Маркус, - произнес он, умышленно называя его по имени. – Что привело тебя в этот маленький уголок нашей страны? Пайк не стал выпрямлять рук: - Меня привели в Остин кое-какие завершающие расследование ниточки. Я имею дело с довольно опытным вором, который ведет здесь часть своих дел. В последнее время он был довольно активен. Джейн ничего не смог с собой поделать и оглянулся вокруг, будто кого-то ища. - Хм, ну, я что-то не вижу на нашем этаже вора произведений искусств, и определенно его нет и там, где ты стоишь в данный момент. Пайк вздернул подбородок: - Я хотел зайти и проведать Терезу, - сказал он. – Мне, по крайней мере, не пришлось фальсифицировать расследование, чтобы это сделать. Джейн позволил ему этот удар в свою сторону. Это не имеет значение. Да, идея была идиотской, но результаты более чем того стоили. - Ее здесь нет, - со всей очевидностью заявил Джейн. - Я это вижу, - раздраженно ответил Пайк, и Джейн мысленно дал себе одно очко. – Но мне и тебе есть что сказать. Джейн засунул руки еще глубже в карманы и в ожидании приподнял подбородок. Пайк вздохнул: - Отчасти, я пришел сюда, чтобы своими глазами увидеть, действительно ли она тебе нужна, или это просто трюк, который ты выкинул, чтобы ее не смог увести кто-нибудь другой. Итак, - продолжил он, - вы двое вместе? Или же ты поёшь ей песню о том, что пока не вполне готов, но если она еще немного подождет, ты смог бы разделить с ней свою жизнь? Она бы стала ждать, и ты это знаешь. Ждать, когда это произойдет. Она сделает все, о чем ты ее попросишь, и я не думаю, что смогу когда-нибудь тебя за это простить. Джейн не собирался защищать свои отношения, он не опуститься до того, чтобы использовать имя Лисбон для колкостей. - Я не прошу у тебя прощения, - вместо этого ответил он. – Меня совершенно не волнует, что ты обо мне думаешь. - Ты делаешь ее счастливой? – спросил Пайк, тон его голоса был полон яда. - Об этом тебе стоит спросить у нее, - холодно ответил Патрик, хотя на самом деле ему вовсе не хотелось, чтобы Маркус разговаривал с Лисбон, и точка. - Так я и собираюсь сделать, - пообещал второй мужчина. - Спросить меня о чем? – прозвучал голос Лисбон, появившейся сбоку от Джейна. Он был настолько сконцентрирован на Пайке, что даже не заметил ее прихода. Она стояла очень близко, и этот жест от него не ускользнул. Не так давно, было время, когда он был один, сам по себе. - Тереза, - произнес Пайк, его лицо засветилось, хотя он и стремился казаться сдержанным. – Я просто хотел узнать, могу ли я немного поговорить с тобой наедине. - Хм, - начала она, переводя взгляд на Джейна, будто спрашивая у него разрешение. Но выбор должна сделать она сама. – Конечно, - согласилась Лисбон, и Джейн только сейчас понял, насколько он хотел, чтобы Тереза сказала «нет». Он подавил первобытное желание перекинуть ее через плечо и убежать. Когда Лисбон отходила от него, то слегка сжала его руку, и Джейн понял, что она пытается его успокоить. От данного жеста ему должно было стать лучше. Но вместо этого, ее отсутствие заставило его почувствовать себя еще хуже. Он сел на диван, пытаясь не думать о том, что в данный момент говорит ей Пайк. Вероятно, он пытается убедиться, что у Терезы не возникло сожалений о расторжении помолвки, говорит ей, что без нее разваливается на части, пытаясь тем самым воззвать к ее заботливой натуре. Джейн ощутил, как к горлу подкатывает желчь. Нет никаких шансов, что уловки Пайка сработают. Только если… ну, если Лисбон действительно сожалеет о том, к чему привел ее выбор. Внезапно, он пришел в ужас. Она может его бросить, все еще может решить, что ворох его проблем слишком большой, чтобы его одолеть, может решить, что всех извинений, которые он начал приносить за свои многочисленные грехи, недостаточно. Джейн закрыл глаза. Как давно она ушла? Двадцать минут назад? Полчаса? Очень давно, слишком давно. Он почувствовал, что разлетается на части. Патрик обхватил голову руками и зажал кончиками пальцев уши, закрываясь от шума. Они провели вместе две недели, вот и все. Было ли этого достаточно, чтобы он смог пережить все последующие годы? Он ощутил, как диван слегка просел, и открыл глаза. Рядом сидела Лисбон, и Джейн сразу понял, что она плакала. Его сердце, словно камень, рухнуло вниз. Он почувствовал тошноту. Она просунула руку ему под локоть и начала опускать ее вниз, пока их пальцы не сплелись вместе. Впервые за долгое время он сделал вдох. - Ты в порядке? – спросил Джейн, не узнавая свой голос. Она кивнула, но тут же подвинулась еще ближе к нему. Он отпустил ее руку, и вместо этого, обнял Терезу. Тот факт, что она это позволила, сообщил ему, что, на самом деле, она была очень расстроена. - Хочешь, чтобы я нашел его и набил ему морду? – беспомощно спросил Джейн. Лисбон рассмеялась, хотя в ее голосе слышались истеричные нотки. Затем она выпрямила спину и поцеловала его в щеку: - Заставь этот день закончиться, - прошептала она. – Я просто хочу пойти домой. Он чуть крепче прижал ее к себе и коснулся губами ее макушки. - Знаешь, я не очень-то хорош в корректировке пространственно-временного континуума, но я, конечно же, попробую. Тереза просидела с ним еще минуту, и он отпустил ее руку. Когда Лисбон вернулась к своему столу, старательно пытаясь вернуться к работе, он потянулся. Его ум работал слишком быстро. Сегодня она к нему вернулась, и Джейн был очень этому рад. Но, безусловно, она была расстроена, и какая-то первобытная частица, сидевшая внутри него, ненавидела тот факт, что это произошло из-за другого мужчины. Ровно в пять, он тихо встал возле края ее стола. Лисбон подняла глаза, затем отодвинула назад стул и потянулась за пиджаком и сумкой. Они молча направились к лифту. - Ты хочешь, чтобы я приехал? – спросил Джейн, когда они стояли на площадке в ожидании лифта. Лисбон посмотрела на него так, будто у него выросла вторая голова: - Я думала, мы перешагнули тот этап, когда ты должен об этом спрашивать. До сегодняшнего дня он думал точно так же. На самом деле, с тех пор, как они вернулись из Майами, он не провел ни единой ночи вдали от нее. Лифт просигналил, и они шагнули вперед. - Хочешь, чтобы я захватил что-нибудь на ужин? – спросил Патрик, когда они пересекали стоянку. Лисбон подарила ему улыбку: - Конечно. Прежде чем закрыть дверцу машины, Джейн оставил на ее губах легкий поцелуй. Лисбон не сказала, чего ей хочется, так что он решил остановиться на их старом проверенном варианте: «Il Tavolo Bianco». Там он купил ужин перед первой, проведенной ими вместе, ночью. Это воспоминание заставило его улыбнуться. Лисбон совершенно не хотела покидать свой дом, утверждая, что сильно устала и имеет непреодолимое желание остаться в любимых штанах для йоги. Джейн не собирался ей возражать, только не в ту ночь, так что он сказал, что все в порядке и пообещал поскорее вернуться. По пути в ресторан у него возникла одна идея, и он быстро сделал крюк и пару небольших остановок. Лисбон не была готова к тому, что когда он вернется, то будет звонить в дверной звонок. И тем более не была подготовлена к дюжине роз, которые он держал в руках. - Джейн, бога ради… - она замолчала, принимая от него вазу с цветами. - Сегодня наше первое свидание, - сказал он ей, все еще стоя в прихожей. – Какое же первое свидание без цветов? Она улыбалась от уха до уха, и Джейн сделал мысленную заметку регулярно посещать флориста. - Теперь, - продолжил он, - ты должна отправиться в свою комнату примерно, хмм, минут на пять. Лисбон уставилась на него. - Доверься мне, - мягко сказал Джейн, приподнимая ее подбородок и целуя в губы. – Не выходи, пока я не разрешу. Покачав головой, она удалилась, и он совершил стремительный бросок к своей машине и обратно. Ровно через пять минут и пятнадцать секунд, он позвал Лисбон. И одно только выражение ее лица сделало все ненапрасным. Он устроил для них импровизированный ужин при свечах, и поскольку он любил все эффектное, он использовал много свечей. Они были повсюду: на всех столах, полках с книгами, в каждом месте, где, по его мнению, он мог их поставить. В мерцающем свете, он мог поклясться, что увидел на ее щеках влажные дорожки от слез. Позже, некоторые свечи перекочевали в ее спальню, и Джейн никогда не забудет, каким был их первый раз. Да, безусловно, это очень хорошее воспоминание. С тех пор они там ни разу ничего не заказывали, но этот вечер будет исключением. Когда он приехал, Лисбон уже наполовину опустошила свой бокал с вином, ее нервы до сих пор были во взвинченном состоянии. Ели они молча, затем Джейн прогнал ее с кухни и взялся за уборку. Лисбон наблюдала за ним со своего места на диване, но ее взгляд был где-то далеко. Осторожно, медленно, он сел рядом с нею и забрал из ее пальцев уже пустой бокал. - Хочешь об этом поговорить? – спросил он. Она решительно покачала головой. - Нет, - затем Лисбон вздохнула. - Он хотел знать, уверена ли я. Хотел услышать это лично. У него перехватило дыхание. - А ты уверена? – прошептал Джейн. – В конце концов, выбор по-прежнему за тобой. Ты знаешь, что он может сделать тебя счастливой. Когда Лисбон повернулась к нему, ее глаза сверкнули, но потом их взгляд смягчился. Она протянула руку, чтобы коснуться его щеки. - Патрик, - прошептала она. – Ты боялся, что я уйду? Он ничего не ответил. Ему и не нужно было отвечать. Она еще ближе прижалась к Джейну, обернув вокруг него свои руки. Он сделал глубокий вздох, вновь уткнувшись носом ей в волосы и положив ладонь ей на спину. Он совершенно не хочет когда-нибудь принять как должное то, что чувствовал прямо сейчас. - Я люблю тебя, дурачок, - сказала ему Лисбон. Эти слова до сих пор заставляли его сердце болеть. Она поцеловала его в волосы. – Ты действительно был готов меня отпустить, если бы я сказала, что хочу быть с ним? Он покачал головой: - Только не без жесточайшей борьбы. Когда Лисбон заговорила вновь, Джейн мог почувствовать, что она улыбается: - Знаешь, для такого гордеца как ты, иногда ты становишься пугающе неуверенным в себе. Прежде, чем он был полностью готов ее отпустить, она толкнула его на спинку дивана. Но потом он увидел ее лицо и узнал порочный жар ее глаз. Лисбон забралась к нему на колени, методично расстегивая верхние пуговицы его рубашки. Руки Джейна автоматически легли на ее бедра. Она отклонила его голову назад, оставляя вдоль его горла след из поцелуев. - Я хочу тебя, - прошептала она. – Думаю, мне необходимо напомнить тебе о том, насколько сильно. В его жилах забурлила кровь. - Будь добра, - сумел выдохнуть Джейн. И на некоторое время, по-сути, это стало последним, что ему удалось произнести.