Хранитель

Наверное, ад выглядит примерно так же, как эти бесконечные коридоры: идеально ровные белые стены с протянутыми по углам длинными лампами, чистый свет которых наполняет пространство, делая его воздушным, пустым, как вакуум. И только эхо шагов по плиточному полу напоминает о том, что это место материальное. И вечная, тяжелая тишина библиотеки. Двадцать четыре этажа чистого пространства с идеальной температурой и влажностью воздуха. Двадцать из этих этажей, составляющих фонд традиционных носителей, несколько лет не посещаются никем, кроме целого отряда совершенных роботов, выполняющих уборку помещения. Три этажа оснащены целым рядом сверхмощных серверов, обслуживающих пользователей – любой желающий может обратиться за оказанием ему любого рода информационной услуги. Последний этаж некогда был предназначенным для отдыха пользователей - до тех пор, пока их присутствие в здании библиотеки перестало иметь смысл: всю лишнюю работу за них выполняли роботы, позволяя людям оставаться дома и получать необходимые им сведения, не вставая с кресла. Теперь это этаж для отдыха персонала, который составляют ровно три живых человека. Этот этаж почти всегда погружен в полумрак, и только городские огни проникают сквозь широкие окна, раскрашивая ровные стены и пол в разные цвета. Глаза и мозг отдыхали от постоянного «рабочего» освещения, тело расслаблялось, пока жужжащие машинки перемещались туда-сюда, мерцая своими светодиодами, убирая какие-то незначительные пылинки. Эрвин осторожно отодвигает одной рукой защитные пластины на правом предплечье, обнажая обрубок потерянной конечности и множество тонких стальных проволок, соединяющих плоть и металл. Мужчина взял заранее подготовленный шприц с ярко-голубой жидкостью и ввел препарат в крошечную колбу, выглядывающей из протеза подобно кости живой руки. Лампочки вдоль киберконечности замигали, сообщая о том, что заряд полон, и Эрвин прикрепляет обратно титановые пластинки, ощущая, как топливо разгоняется по венам. Через минуту-две вещество ударяет в голову, питая встроенные датчики распознавания мимики и внутримозговой поисковой аппарат, который Эрвин тут же отключает, чтобы не нагружать сознание. Еще пара мгновений, и взор окрашивается в ярко-голубой цвет, освещая перед собой пространство конусовидными лучами. Где-то недалеко послышалось хихиканье. - Ничего смешного, - ровным голосом произнес Эрвин, прикрывая глаза. - Обожаю смотреть, как ты подзаправляешься, - судя по звуку, Ханджи покрутилась на своем стуле, оттолкнувшись от письменного стола обтянутыми в латексные штаны ногами.- У тебя всегда после топлива глаза как фары горят. Эрвин нахмурился, вслепую откидываясь на диван, дожидаясь окончания побочных действий препарата. Светились не только глаза, но и из глотки вырывалось яркое сияние, будто мужчина держал во рту лампочку. - Скажи еще что-нибудь, - давясь смехом, попросила Ханджи.- Черт, Эрвин, встроить тебе кибер-руку с двигателем на основе синтетического топлива было моей лучшей идеей! Смит промолчал, но всем своим видом дал понять, что не согласен с данным утверждением. Конечно, само изобретение было потрясающим – если бы не еженедельная заправка, то Эрвин бы давно забыл, что когда-то терял свою конечность – титановая замена слушалась его не хуже любой другой части тела и порой реагировала даже быстрее, улавливая сигналы мозга до того, как они становились четкой командой. Единственный минус – побочные эффекты топлива, и дело совсем не в свечении, а в последующих действиях, сравнимых с ощущениями после курения марихуаны. Все бы ничего, но к этому хотелось возвращаться снова и снова, а принятие топлива чаще раза в неделю может обернуться зависимостью, а после – смертью. Эрвину, Хранителю Фонда Библиотеки Европейского Союза, совершенно не хотелось умирать таким глупым образом после того, как он прошел Лазерную Войну. - Что нового? – дежурно спросил мужчина, приподнимая светлые ресницы, сквозь которые просачивались голубоватые лучи. - Ничего, - Ханджи расстроено повертелась на стуле, рисуя лазерным пером вокруг себя кольцо.- В систему безопасности пытались ворваться какие-то мелкие хакеры, но у них ничего не вышло. Андроиды работают нормально, никаких жалоб от пользователей не поступало, - женщина разочарованно вздохнула.- Никаких проблем. Скучно-то как. - Это называется «стабильность», Ханджи. То, к чему мы стремились, когда сражались. Скучно тебе – придумай проблему и решай ее. Именно так пишутся до сих пор научные работы. - А какие проблемы, Эрвин? Все идеально ведь! Мы предоставляем всевозможные виды информационных услуг так, что пользователям даже не нужно выходить из дома! Я уже боюсь добавлять какую-нибудь функцию в программу обслуживания – как бы люди совсем думать не перестали. Когда сюда ступала человеческая нога последний раз? Ну, кроме нашей с тобой и Майком. - Если бы людям нужно было сюда приходить лично за информацией, то мы были бы плохой виртуальной библиотекой, разве нет? – улыбнулся Эрвин. - Да, но… после Лазерной Войны люди будто массово отказались от своих мозгов и доверяют все машинам! – Ханджи вскочила со стула и принялась говорить на повышенном тоне, активно жестикулируя руками.- Абсолютно все! Мы делаем для них все! И общий поиск, и узкоспециализированный, и по категориям, и цитаты из книг выписываем, и статьи вместо них печатаем, дипломные и научные работы за них пишем! Единственное, что они делают сами – так это вводят запрос в строку! В голосовой датчик, Эрвин! Они настолько обленились, что даже не печатают! Для кого мы храним двадцать этажей традиционных носителей?! - Для меня, - серьезно ответил Эрвин.- Таков наш век, - мужчина пожал плечами.- Люди всегда были в большинстве своем глупы, только проявлялось это по-разному. Если масса будет состоять из интеллигенции, то начнется хаос, где каждый будет отстаивать свое мнение, не жалея на то сил и крови. А пока толпа не прочь следовать стадному инстинкту, то в мире будет царить порядок. - Но тебя ведь это не устраивает, так? – с надеждой спросила Ханджи, и стекла ее гогглов поймали белое свечение открывающейся двери. - Эрвин, тут кое-какая новость, - тихий, но хорошо слышный из-за полной тишины в помещении голос Майка прервал спор, но Смит не выглядел расстроенным по этому поводу, а даже весьма охотно развернулся к пришедшему коллеге, оставляя вопрос без ответа.- К нам поступила заявка нестандартного типа из Института Информационной Безопасности… - О, неужели они признали, что их система образования - отстой? – прервала Ханджи, подскакивая к Майку и заглядывая в его облачный лист, где тускло светящимся зеленым шрифтом была оформлена заявка на посещение библиотеки.- А это… что? - А это, - начал Майк, вяло садясь на диван рядом с Эрвином, и показывая ему лист,- от института просят дать интервью студенту и провести экскурсию для дипломной работы. - Но всю эту информацию он может получить заочно, - удивился Смит, заглядывая в цифровой документ. - Они указывают, что имеющаяся информация в сети не удовлетворяет требованиям, предоставленным дипломной работой, и студент хочет провести собственное расследование, - лениво объяснил Майк. Он хотел поскорее пойти домой – в библиотеке не было никаких запахов, никакой души, все практически стерильно. Даже Эрвин будто сделан из воздуха – ни малейшего намека на обычный, человеческий аромат, будто он и в самом деле робот. Только Ханджи то и дело отдает машинным маслом и гарью. - Это что получается, к нам придет живой пользователь? Прямо сюда, в здание? – глаза женщины загорелись, а рот растянулся безумной улыбкой.- Ааа, я с удовольствием дам ему интервью, я все ему расскажу и покажу! - Нет, - вдруг отрезал Эрвин.- Я займусь им. - Почему? – Ханджи возмущенно напыжилась, забывая о том, что разговаривает с начальником.- Тебе же это неинтересно! А вот я… - У меня плохое предчувствие, - признался Смит, хмуря брови и искоса глядя на облачный лист.- Так что приму его я. Ты можешь сболтнуть лишнего, а это может быть то, что им нужно. Ханджи закатила глаза, скрестив руки на груди. - С тобой не очень весело, - расстроено произнесла она, возвращаясь на свой стул и отъезжая к письменному столу. Эрвин ей ничего не ответил и повернулся к Майку: - Напиши, что мы принимаем их заявку, пусть приводят своего студента послезавтра. Я пока займусь изучением его личности, а там уже будем действовать по ситуации. - Хорошо. Я могу идти? - Иди. Майк устало покинул диван и вышел за дверь, стуча железной подошвой тяжелых ботинок по чистому плиточному полу. Ханджи отъехала подальше от Эрвина, видимо, обидевшись. Смит же был заинтригован и насторожен одновременно, но решил повременить с копанием в архивах с личными делами студентов Института Информационной Безопасности, и отправился в свою комнату – небольшую, но уютную, с мягким теплым светом старой лампы. Мужчина поспешил скинуть с себя латексно-металлическую форму, в которой он казался здесь чужим, неуместным, и переоделся в хлопковую белую кофту с длинным рукавом и просторные светлые джинсы. Затем он свалился на кровать, прихватив книгу – да, книгу, настоящую, живую, из бумаги и переплета из искусственной кожи, потрепанную, с загнутыми страничками, с буквами, напечатанными промышленными чернилами, которых можно пальцами коснуться и опереться о шероховатую поверхность листа, а не пройти сквозь шрифт ядовитого цвета. Эрвин погладил книгу по корешку, ощущая пальцами руки из плоти рельеф вдавленного названия тома, вдохнул меж случайно открытых страниц книжную пыль, ощущая касание бумаги на гладковыбритых щеках. Его не волновало то, что свет в комнате тусклый и это вредно для глаз, что пыль бумаги в очередной раз легла на дно его легких, и что вскоре это может привести к проблемам с дыханием, и что кисть, держащая книгу, и шея скоро начнут болеть из-за неудобного положения тела, привыкшего работать с цифровым воздухом. «Но тебя ведь это не устраивает, так?» - звучит вдруг в голове вопрос Ханджи и выбивает Эрвина из его лампового мирка.