Измени мою жизнь

      После того, как Карл принял душ, он оглянулся в поисках полотенца. Именно об этом он забыл спросить у Луны, пока не "попросил" его выйти.       - Так, вот они, - произнес он вслух и осторожно встал на холодный кафель сначала одной ногой, затем другой. С его некогда крепкого, теперь же неуверенного тела на чистую плитку падали капли воды, разбиваясь на тысячи частиц, оставляя после себя однообразный узор.       Подойдя к полке с белыми, махровыми полотенцами, молодой мужчина взял одно, пальцы погрузились в него, словно в свежую перину, и раскрыл, затем обернул свои бедра им, скрывая от ненужных глаз свой орган, которым он уже совсем скоро будет иметь милых омег. Таких, как Луна, и не только.       Взяв в охапку свою пижаму, Карл постучал во входную дверь. Странно это, стучать, чтобы выйти. Мальчик открыл ему дверь, до сих пор как-то обиженно смотря на него, и повел его в его палату.       - Скоро будет завтрак, - тихо произнес Луна перед тем, как закрыть дверь.       Дни в ожидании проходили скучно, медленно, вязко, словно мед. Во время завтрака прием таблеток, затем еда и вновь таблетки, и вновь еда, и вновь таблетки. Прогуливаться в назначенное время было бесполезно, потому что в просторном помещении совершенно ничего не было, кроме дверей. Абсолютно ничего.       Но сегодня к Карлу наконец-то пожаловал сам Гудвин. Точнее, по счастливой случайности, во время своей прогулки пациент увидел хирурга, идущего по туннелю. Тот разговаривал по телефону, но омегу это не остановило.       - Гудвин! - он встал перед ним, словно перегораживая хирургу дорогу в страхе, что тот сбежит. Но спаситель не собирался никуда убегать.       - Ооо, так это же наш Карл! - он улыбнулся, разводя руками в белых перчатках, ничего не говоря своему собеседнику в телефонной трубке. - Я слышал, что ночью произошло ЧП. Сейчас все в порядке?       Карл торопливо кивнул и ближе подошел к мужчине, уже тише говоря:       - Я одно хотел узнать, доктор Гудвин... Когда состоится операция?       - Торопиться нельзя, - прервал его тот и покачал головой, словно видя грелку, разорванную тем самым Тузиком. - Какого числа обычно у тебя начинается течка?       Карл замолчал, выдыхая и медленно сжимая и разжимая свои пальцы. Течка.       - Числа десятого...       - Вот, через три дня и посмотрим. Если течка начнется, то операцию перенесем. Если же нет, то тогда природа на твоей стороне, - проговорив все это, он спокойно поднес трубку к уху, сделал шаг в бок, обойдя юноши, и направился дальше, продолжая свой разговор как ни в чем не бывало.       Дальше день не заладился. Карл весь ушел в себя, не отвечал на вопросы Луны, практически не ел. Только вот таблетки принимать не забывал.

***

      Он проснулся в час ночи от какого-то странного чувства, словно чей-то пытливый взгляд рассматривает его, почти физически скользя по его телу. Переведя взгляд на дверь, он шумно выдохнул, в первое мгновение испытав ужас, а потом уже спокойствие, так как в стоящем в проеме силуэте узнал молодого работника - медсестру.       - А... Да?.. Что хотел?.. - произнес омега сонно, спуская ноги на пол, садясь на кровати. Луна сделал несколько бесшумных шагов, молча достигая юношу, сел на кровать рядом с ним. Оторвав от пола взгляд своих странных глаз, он заглянул словно прямо в душу Карла и тихо прошептал:       - Мне страшно... Я боюсь з... - но тут молодой мужчина мягко обнял мальчика и прижал его к себе, подбородком касаясь его макушки и еле слышно шепча:       -Будильник взял?       Малыш лишь еле ощутимо кивнул головой. "Почему ты не договорил?- думал омега, вдыхая приятный запах мальчишки,- Чего ты боишься? Какого "з" Ты боишься за меня? Или боишься здесь находиться?" А произнес он:       - Давай, ложись, Луна. Тебе скоро вставать, - рукой будущий альфа убрал одеяло и наклонился, аккуратно уложив малыша на кровать, ложась рядом с ним, лицом к лицу, укрывая обоих одеялом по горло. - Спи сладко.       - Спокойной ночи, - шепнул одними губами ребенок и прикрыл свои разные глаза, чуть плотнее прижимаясь в мужчине и потихоньку засыпая.

***

      Проснулся Карл от какой-то возни. Сонно, лениво приоткрыв глаза, он увидел перед своими глазами обнаженный задранной футболочкой клочок поясницы. И первое, что пришло в голову омеге, сидящему на гормонах, это тот самый открытый клочок мягкой кожи нежно чмокнуть. Луна слетел с кровати, словно ошпаренный, жутко краснея и тонкими пальцами натягивая края своей футболки вниз:       - Ч-что ты делаешь?.. - шептал он. - Спи давай, тебе еще не скоро вставать, - и, схватив свой будильник, мышкой выскользнул из комнаты.       С тех пор Луна каждую ночь приходил к нему, но ничего большего, чем просто сон, у них не было. С утра он просыпался и бесшумно покидал будущего альфу, а днем вел себя, как ни в чем не бывало.       Уже с утра десятого числа Карлу не спалось. От волнения ему хотелось залиться слезами и, свернувшись в калачик, пролежать так весь день в ожидании смерти или спасения. Но рядом мирно посапывал молодой Луна, отчего омега держался, просто смотря в потолок и изредка вздрагивая, когда внутри что-то делалось. А в последнее время "что-то делалось" внутри особенно часто.       - Почему ты не спишь? - тихо, словно устало спросил медсестра, выключая пищащий будильник. И сейчас Карл понял, что этот мальчик - единственный, с кем он может поделиться.       - Золотце...       - Ммм?..       - У тебя уже была течка?       Малыш вздрогнул, смотря на омегу, приподнимаясь на кровати:       - Откуда ты знаешь, что я омега?       - Чую, конечно.       - Я... Мне только 15... У меня пока еще не было... - прошептал он, отчего его щеки покрылись стыдливым, прелестным румянцем. Карл же немного улыбнулся, видя его смущение.       - У меня сегодня должна начаться. И если это наступит, то... - он тяжело выдохнул. Ему трудно было даже думать о задержке операции. Он и так ждал её так долго. По крайней мере, ему так казалось.       - Все будет хорошо, - ласково произнес мальчик, своими теплыми, мягкими пальчиками скользя по щеке юноши, одновременно и утешая, и подбадривая его.       Поймав его тонкое запястье своей горячей ладонью, Карл потянул его на себя... Когда губы их соприкоснулись, будущий альфа хотел было нежно углубить поцелуй, дабы лучше прочувствовать эти прекрасные, мягкие, теплые губки, да малыш встрепенулся, словно пташка, которую поймали в клетку, повернулся вбок и выскользнул, словно что-то бестелесное, из рук Карла, бесшумно выбегая из комнаты.       В тот день течка омеги не началась.