Сила ненависти и её последствия

      Грохот упавшей бутылки пробудил меня от моего вечного сна и затянувшегося запоя. День сейчас или ночь… Хотя с некоторых пор меня это мало интересует. Моё тело заскрипело, и я в который раз пообещал самому себе в следующий раз рухнуть на кровать, а не на скромный диван, вполовину меньше меня самого. Сделав ленивую попытку встать, я рухнул на пол, сбив бутылку, как кегли.       — Страйк… — иронично отозвался я, подымаясь с пола с целью дотянуться до новой порции «снотворного». Во рту не пропадал ни вкус, ни запах алкоголя. Уже совсем скоро надо будет всерьёз задуматься о пополнении запасов спиртного. Очередная бутылка в моих руках оказалась пустой, а последняя от злости улетела в угол гостиной, где и превратилась в осколки. Зарычав, как заядлый алкоголик, я рухнул обратно на пол, устремив свой взгляд в никуда.       Теперь мою жизнь сопровождают два спутника — бутылка и сон. Мысли наглым роем врывались туда, куда их точно никто не звал. И лишь во сне я мог потеряться в несуществующих мирах. Однако и там она преследовала меня. Её голос, запах, глаза. Но там я волшебник, там она со мной. Я, подобно капризному ребёнку, бью руками и ногами. Как говорится, всему есть цена и соответствующее наказание. Вот и моё настигло меня. Я готов идти и в огонь, и в воду, лишь бы вернуть Руби домой, или хотя бы поговорить с ней… Сказать всего пару слов. Но вот незадача: она, как принцесса, а я — несостоявшийся принц, который не может победить злую королеву. Я голову сломал, пытаясь понять, чего хочет Мая. Она не стала бы так оберегать Руби, если бы хотела покончить с ней… Тогда что? Просто мучить меня, поливая грязью? Нет, слишком просто…       — Матерь Божья… Что тут произошло? — голос моего ангела. Я думал, мне показалось, пока я не поднял глаз. В гостиную вошла Мередит с пакетами наперевес. Большими от удивления глазами она блуждала по гостиной, пока не наткнулась на меня.       — Мередит? Так я всё-таки сплю? — не зная, радоваться мне или звонить доктору, я встал на ноги и, прихрамывая, направился к тёте.       — И подходить не смей, пока душ не примешь! — она отбила мои руки, тянущиеся к ней, и этого хватило, чтобы я пошатнулся в сторону. — И как это понимать? В кого ты превратился, во что ты дом превратил! — Мередит охала и ахала, делая осторожные шажки меж пустых бутылок. — Где Руби?!       — Ушла, — спокойно произнёс я слово, которое до сих пор режет слух.       — Это и не удивительно… — чуть мягче отозвалась она. — Иди в душ, потом мне всё расскажешь.       — Но почему ты здесь? — я не особо верил своим глазам, считая её появление здесь очередной игрой своего разума.       — Сердце подсказало мчаться домой, пока могу, и, по всей видимости, оно не ошиблось, — произнесла Мередит, всё ещё бросая растерянный взгляд из стороны в сторону.       Мне стало стыдно, что я встретил тётю в таком виде. Захотелось обнять её, что прежде я делал лишь в детстве. Встав, я поборол желание рухнуть к её ногам и как можно быстрее скрылся в одной из ванных комнат. От одного лишь взгляда на своё отражение меня перекосило от ужаса и отвращения: недельная щетина и этот мерзкий запах. Пришлось потратить час, чтобы привести себя в порядок. Однако это было не самым страшным. Мне понадобится куда больше времени, чтобы избавиться от назойливого привкуса алкоголя во рту и его содержимого во мне. Когда я пошёл на поиски Мередит, то обнаружил её всё в той же гостиной. Она снова принялась за привычное дело — уборку. И по моему возвращению комната предстала уже в совершенно другом свете.       — Почему ты не позвонила? — обратился я к ней, стоя в дверном проёме.       — Звонила, и не один раз, — не глядя на меня, с укором и нотой обиды произнесла она.       — Почему ты ушла из больницы? Тебе нужно постоянное наблюдение.       — Как и тебе, оказывается. И я жду извинений и пояснений происходящего, — я улыбнулся на её слова. Мередит говорила со мной, как в детстве, как мама. Мне этого не хватало. Благодаря Руби я смог понять многое, в том числе и неправильное отношение к своей единственной тёте. О, как я был не прав и жесток! Мередит боялась меня. Но это было раньше, уже в прошлом. Сейчас она встала напротив меня с таким видом, что лучше было бы поторопиться в объяснениях.       — Прости меня, я был временно не здесь, — начал я, осторожно приближаясь к дивану. — Теперь ответь ты, почему ушла из больницы?       — С доктором я всё обговорила, и на то он дал мне своё согласие. Лежать в палате не было никакого смысла, — устало объяснила она, присаживаясь в кресло.       — Был бы, если ты позволишь мне вмешаться, — и снова попытка уговорить её принять мою помощь. Но, как и предполагалось, Мередит лишь отмахнулась.       — Так что же случилось? — задала она главный вопрос. Я рассказал всё как было и как есть. Во время моего монолога Мередит жадно хватала воздух от возмущения и негодования, но, что радовало, не перебивала и выслушала до конца. — Как такое вообще может быть?! Почему Руби так быстро поверила этой змее?! Я с ней поговорю, — она уже встала с твёрдым намерением отправиться на поиски Руби, но я её остановил.       — Ты прекрасно знаешь, что если бы была возможность поговорить с ней, это бы я и сделал в первую очередь. Мая и мухи не подпустит к ней. Здесь надо действовать аккуратно, сама знаешь, почему.       — Тогда что за попойку ты тут устроил? И не смей говорить, что так думается легче! Надо забирать нашу девочку из её лап! Это чудовище на всё способно, только чтобы насолить тебе посильнее.       — Мередит, Мередит, остановись. Тебе нельзя так нервничать, — схватив её руки, которые только и не рвали на себе волосы, сказал я. Спустя минуту она всё же успокоилась и стала ровно дышать. Воспользовавшись моментом, я уронил голову ей на колени и впервые за долгое, мучительное время почувствовал себя не одиноким. — Я не могу её потерять, что угодно, но только не это. Кажется, даже готов на всё… — Мередит принялась успокаивать меня, слегка поглаживая мои ещё сырые волосы. — Скажи, чего мне бояться?       — Себя в первую очередь, с остальными ты справишься, — ласково отозвалась она, не прекращая успокаивать меня лёгкими прикосновениями.       Я долго вот так просидел, обнимая колени тёти. Казалось бы, я набирался сил перед рывком в неизвестность. Как-то смешно и глупо, я, взрослый мужчина, ищу поддержку на коленях у пожилой женщины. И ничего с этим не могу поделать, душа болела и искала обыкновенного человеческого тепла. Очнулся я лишь от звонка в дверь. Глухой звон добрался до моего сознания, побуждая встать.       — Сиди, я открою, — и Мередит отправилась к незваным гостям. У меня была небольшая искорка надежды, что гостем окажется Руби, но я понимал, это невозможно. Вскоре вернулась Мередит и протянула мне конверт. — Это тебе… — как-то растерянно протянула она. Обычно адресованная мне почта приходит иначе, поэтому внутри меня щёлкнуло что-то недоброе. Я поспешил раскрыть конверт и в процессе уловил лёгкий запах давно знакомых мне духов.

      «Надеюсь, ты хорошо проводишь время. Тишь да гладь, о тебе нет никаких вестей. Начинаю думать, что тебе безразлична судьба моей сестры. Однако я решила подлить немного масла в огонь наших страстей. Я долго пыталась найти слабое место в твоей жизни. Пожалуй, начну копать сильнее. Руби Льюис больше нет, Дия Валентайн — чудом обнаруженная сестра. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы объяснить всё прессе. А, и прошу прощения, твой незавершённый брак оказался вдруг фиктивным. Почаще смотри телевизор и читай газеты. Не ожидал такого шага с моей стороны? С любовью, твоя Мая.»

      С каждым прочитанным словом во мне закипала ненависть и злость. Я скомкал бумагу, до боли сжимая её в своих руках. Глаза горели диким пламенем, раскидывая искры из стороны в сторону.       — Что там написано? — спросила Мередит, о присутствии которой я и позабыл.       — Можешь принести мне все газеты за эту неделю? Мне надо кое-кого навестить, — вставая, произнёс я, сгущая ядовитый туман ненависти.