Сила ненависти и её последствия

      Жить без погрешности в расчётах невозможно. Человек постоянно совершает ошибки. Не получается выудить опыт из чужих судеб, обязательно надо совершить свой промах. А потом долго и нудно исправлять ложный шаг.       Тяжёлые несколько дней отражались на лице Миллера недосыпом и мешками под глазами, которые он пытался скрыть под большими чёрными очками. Официант забрал пустую чашку кофе, меняя её на новый ароматный напиток. Ян сухо поблагодарил молодого парня и вновь вернул взгляд на окно, за которым он искал силуэт пожилой женщины. «Надо было поспать после перелёта, а то ещё будет причитать», — в один миг Миллер расплылся в улыбке, представляя, как Мередит будет отчитывать его за халатное отношение к своему здоровью. Он сделал глоток горячего кофе, и дремота вновь отступила на шаг.       Звон колокольчиков при входе в кафе оповестил о новом посетителе. Женщина огляделась в помещении и неуверенно зашагала в сторону Яна, который заметил её приближение к своему столику. Его сердце забилось чаще, и дышать стало неожиданно тяжело. Он медленно встал, встречая тётю, решая, можно ли её обнять. Но Мередит сама потянулась к нему руками, обнимая племянника за плечи.       — Я так рада тебя наконец-то увидеть! — боясь отпустить руки, зашептала женщина.       — Я тоже очень рад. Мне тебя очень не хватало, — честно признался Миллер, снимая очки. Они оба сели за столик друг против друга, кладя руки на его поверхность. — Что тебе заказать? Чай? — подзывая официанта, спросил он, слегка нервничая от пристального взгляда Мередит.       — Ты неважно выглядишь.       Ян усмехнулся на ответ тёти и заказал зелёный чай с мятой. Подождав, когда официант отойдёт от столика, Мередит взяла в свои ладони руку Яна и требовательно, как истинная родительница, посмотрела на племянника.       — Все хорошо, успокойся, я просто ещё не спал после перелёта, — постарался он убедить женщину не беспокоиться, на что она лишь недовольно закачала головой. — Всё нормально, — заметив, что его слова не сильно убедили Мередит, он сжал крепче её пальцы и улыбнулся ещё шире.       — Ян, ты совсем сошёл с ума, — добрые голубые глаза тёти смотрели на Миллера с большой нежностью и любовью во взгляде. Кто-то, глядя на них, мог бы неправильно понять эту пару, но это совершенно не волновало этих двоих. — Я бы всё отдала, чтобы повернуть время вспять.       — Не говори глупостей. Всё наладится, — скорее для себя сказал Ян эти слова, нежели для Мередит. — Ты сказала Руби?       — Да, сказала. Боюсь представить, что будет дальше. А если она всё поймёт, лишь увидев тебя? — зашептала женщина, когда к столику принесли её чай.       — Спасибо, принесите счёт, — обращаясь к официанту, отвлёкся Миллер от беседы.       — А если она увидит ваши совместные фото в интернете? Ты об этом подумал? — продолжала она делиться своими опасениями, переместив ладони к чашке чая.       — В интернете она их не найдёт. Я ещё год назад это уладил, — Миллер крутил в руках зажигалку, борясь с желанием закурить.       — Хорошо, раз так, но если кто увидит вас вместе, возьмём тех же репортёров, то что тогда? — не унималась Мередит, кидая тревожные взгляды по сторонам, будто уже искала за соседним столиком репортёра с фотоаппаратом.       — Никто не знает, что я уехал. Тем более моя персона давно перестала интересовать журналистов, — Миллер на секунду задумался, допуская всё-таки такую мысль. — А если же и увидят, то разберёмся. Судя по фотографиям, что я видел, Руби сложно приписать звание графини либо имя Дии Валентайн.       — Какие фотографии?       Ян потянулся к своей сумке и достал те самые фотографии, что месяц назад ему предоставил дядя. В глазах Мередит ещё больше читалось вопросов, когда она бегло изучила снимки.       — Откуда это? Ты следил за ней?       — Нет, не я. По сути, лишь из-за этого я и решил приехать и поступить так, а не иначе, — указывая на фотографии, произнёс Ян, делая глоток кофе. — Дядя Джон нашёл вас и пригрозил: если не отдам компанию, то… — парень поджал губы, не став договаривать до конца, чтобы ещё больше не напугать тётю.       — Мерзкий старикан. Ты отдашь ему право на компанию? — Миллер пожал плечами, так и не приняв решения.       — В любом случае, мои адвокаты готовят все необходимые документы для этого, — Ян был готов отдать всё. И его уже не интересовало то, что Джон хотел сделать с «семейным» бизнесом. Миллера заботила лишь жизнь двоих родных людей. И, если для их благополучия придётся отдать компанию в лапы чудовища, то — пожалуйста, — Мередит притянула чашку к губам, явно задумавшись. Она боялась за племянника, которому предстояло принять такое решение. Но больше боялась за то, что может сделать Джон. Этот червь всегда добьётся своего, и не раз добивался, используя самые мерзкие подходы к цели.       — Где твои вещи? — спросила женщина, очнувшись от потока мыслей.       — Оставил их в отеле, недалеко от вашего дома, — сделав последний глоток кофе, Ян отодвинул от себя чашку, беря в руки принесённый официантом счёт. Он тут же кинул туда пару купюр, считая, что этого будет достаточно.       — Надо их забрать по пути домой, а ещё тебе необходимо поговорить с доктором Раинсом, — допивая свой чай и также отодвигая чашку на край стола, протараторила Мередит.       — Ты думаешь, хорошая идея жить под одной крышей? — пряча фотографии обратно в сумку, серьёзно спросил Ян.       — А как ещё? Как мне объяснить Руби, что мой племянник живёт в отеле, имея живую тётю с домом? —женщина вновь покачала головой, лишний раз показывая, как ей всё это не нравится. «И как она продержалась два года?», — встал в голове вопрос у Миллера, от которого он слегка улыбнулся.       — Пойдём, — вставая из-за стола, Ян помог встать тёте, придерживая её за локоть.       — А если, увидев тебя, она поймёт действительную реальность? — вдруг осеклась Мередит, повторяясь в вопросе, у неё даже подкосились ноги.       — Значит, так суждено. Она либо нас убьёт, либо… — «Себя», — хотел сказать Миллер, но остановился, ужаснувшись от собственных мыслей. — Либо всё будет хорошо.       — С трудом мне в это верится, — качая головой, женщина вышла из кафе, а следом за ней и Миллер. Парень словил такси и помог сесть тёте, сам обогнул машину и уселся рядом с ней, диктуя адрес отеля.       — А что с доктором Раинсом? — вспомнил Ян.       — Что-что, уже не раз терпит нападки Руби, — Мередит опустила глаза, вспоминая недавний срыв «дочери».       — Нападки? — зачем-то переспросил он, прекрасно понимая смысл слова. — Как он объясняет её поведение?       — Никак. У Руби две реальности, которые борются за своё существование, одну из которых подавляет доктор. Но ему всё сложнее и сложнее контролировать Руби. Когда увидишь её, сам поймёшь, — устало и со вздохом произнесла Мередит. Ян перевёл взгляд за окно, предвкушая встречу с девушкой. Внутри родилось нездоровое любопытство, хотелось даже поторопить водителя такси. Но парень сдержался, утешая себя лишь представлениями.

***

      — Я слышу крики. Кто-то с кем-то ругается. Я не понимаю причины, даже не могу различить слова. Они пьяны. Да, поэтому я не понимаю их. Мне страшно, но она заставляет меня спуститься вниз. Я сильнее вжимаюсь в угол, но она начинает кричать, и я боюсь, что она сама поднимется, и тогда… Тогда она снова меня ударит. Я медленно спускаюсь, осматривая гостиную. Я плачу, тихо плачу, чтобы она не злилась на мои всхлипы. В комнате несколько мужчин. Им около сорока. В нос бьет запах алкоголя, сигарет и пота. Мне становится дурно, голова немного кружится, и я спотыкаюсь о ковёр. Из-за шума они поворачивают на меня свои головы. Она смеется громче всех. И её смех проходится по мне вибрацией предстоящего ужаса. Она просит меня поторопиться, но, не дожидаясь моей реакции, сама встаёт с рваного дивана и хватает меня за руку. Я вскрикнула от боли на моём запястье. Это ей не понравилось. Она швырнула меня к ногам одного из них. Я ударилась головой об ножку стола. Это вызвало очередную волну смеха. Я чувствую чьи-то руки у себя на талии. Меня подняли и усадили на колени к мужчине с золотыми зубами. Я попыталась встать, но эти грязные руки, они… Они… Я… — Руби забилась в лёгкой конвульсии, лёжа на диване гостиной своего дома. Доктор Раинсом поспешил к ней и, держа девушку за руки, попытался перекрыть крики Руби своим голосом.       — Руби, послушай меня, я досчитаю до десяти, и ты снова вернёшься ко мне. Раз… Два… — доктор продолжал считать, чувствуя, как тело Руби постепенно расслабляется и мякнет в его руках. Он отстранился от девушки, возвращаясь на своё кресло.       Руби резко распахнула красные от слёз глаза, обрамлённые веером густо накрашенных ресниц. Быстро приняв сидячее положение, девушка почувствовала лёгкое головокружение. Раинсом внимательно следил за девушкой, убеждая себя в её безопасности.       — Как себя чувствуешь? — наконец спросил он, скрещивая свои ноги. Руби сощурила уголки глаз, врезаясь враждебным взглядом в доктора. Она сложила руки на груди, принимая оборонительную позу. — Руби?       — Плохо. На сегодня всё? Закончили копаться в моей голове? Я могу идти? Спасибо, — не дожидаясь ответов, а тем более разрешения, девушка подпрыгнула с места. В несколько шагов она пересекла гостиную и схватилась за дверную ручку, но дверь никак не поддавалась. — Вы заперли дверь, — как факт пробубнила она, оборачиваясь.       — Мы не закончили. Я не копаюсь в твоей голове. И пока что я хочу с тобой ещё немного побеседовать, — спокойствие доктора бесило Руби, как быка красная тряпка. Ей хотелось швырнуть в него вазу, что стаяла справа от неё, но, помня обещание, данное маме, отвела взгляд от предмета декора.       — Я вся во внимании, — вернув руки на грудь, отозвалась девушка. Раинсом указал на диван, предлагая вернуться и присесть обратно. Девушка закатила глаза и, скрепя зубами, села на прежнее место. — Что скажете, доктор? Я выживу?       — Устаревшая шутка, но да, жить будешь, — доктор опустил очки на кончик носа, встречаясь глазами с Руби. — Как ты спишь?       — Предпочитаю на животе, — явно издеваясь, ответила Руби.       — Хорошая поза. Грешников, — зачем-то уточнил доктор. — А что снится? Помнишь сны? — спросил Раинсом, попутно внося заметки в свой блокнот.       — Нет, — Руби становилось смертельно скучно, она заёрзала на диване, чувствуя один дискомфорт. — Почему я всё время плачу на ваших сеансах? — вдруг спросила она, чем удивила доктора. — Что происходит, когда я погружаюсь в себя, м? — странно улыбнувшись, продолжила Руби. — Может, вы на старость лет решили меня пощупать? — Раинсом покачал головой от слов Руби, ощущая лишь сочувствие к своему клиенту.       — Думаю, на сегодня всё, — доставая ключ из кармана брюк, грубо сказал доктор. Ключ упал на стеклянный столик, Руби с чувством превосходства изящно взяла серебряную вещь и победоносно направилась к двери. Повернув ключ один раз, Руби распахнула двери, исчезая из поля зрения доктора Раинсома.       Девушка собиралась подниматься по лестнице в свою комнату, но, проходя мимо зеркала в холле, застряла на полпути, поправляя свой макияж, испортившийся от слёз.       — Руби, я дома, — услышала она позади себя. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Руби еле слышно пробурчала ругательство себе под нос. «Чёрт, я надеялась, он свалит до её прихода». — У нас гости, — девушка тут же обрадовалась такой перспективе, при посторонних мама не станет её ругать, как маленькую. Руби поспешила к входной двери, обгоняя доктора Раинсома.       — И где же гости? — осторожно поинтересовалась она, не встретив чужих глаз. Мередит отошла от двери, зная, что сейчас с чемоданами войдёт Ян. Она пересеклась взглядом с доктором Раинсом, чувствуя, что вот-вот рухнет на пол от волнения. Скрип двери за спиной, и Мередит внимательно следила за реакцией Руби, которая лениво облокотилась о дверной косяк. Тусклые серые глаза вдруг заблестели нездоровым любопытством. Миллер поднял свой взгляд, который, как чувствовал, куда стоит посмотреть. Он снял свои очки и нацепил на себя дежурную улыбку.       — Ну, здравствуй, кузина, — он прожёг в девушке дыру, будучи в лёгком шоке от внешнего вида Руби. Она посмотрела на парня и хищно улыбнулась, похотливо облизывая губы. Миллер нахмурился, не зная, как реагировать. Короткие белые шорты открывали вид на красивые загорелые ноги девушки. Голубой топ, одетый на голое тело, лишь подчёркивал грудь своей хозяйки. Миллеру захотелось накинуть на неё свою куртку. Путаясь в причине своего желания, Ян не решался пройти дальше в дом.       — Привет, — дружелюбно отозвалась Руби спустя несколько напряжённых секунд. Мередит шумно выдохнула, чувствуя облегчение, переключая своё внимание на Яна.       — Познакомься, это мой племянник Ян, Ян, это Руби, моя дочь, — от такого поворота судьбы у Мередит закружилась голова. Доктор Раинсом, который всё это время молчал, нарочно закашлял, обращая на себя внимание. Он пересёк холл и поравнялся с Мередит, выпучивая глаза, давая тем самым понять, что им несказанно повезло.       — Что ж, мне пора идти, прошу прощения, — доктор поспешил удалиться, слегка кивнув Яну, который только сейчас оторвался от изучения своей «кузины».       — Подождите, — остановила его Мередит, уводя на кухню.       — Пойдём, я покажу тебе твою комнату, — загадочно улыбаясь, поманила Миллера Руби. Парень замешкался на входе, отмахиваясь от незваных мыслей. Он поднял свой чемодан и посеменил за девушкой, стараясь не смотреть, как она виляет ягодицами. — Вот, не люкс, но вполне уютно, — открывая дверь и пропуская парня вперёд, сладко пропела Руби. — Моя комната напротив, комната мамы в конце коридора. Ванну придётся делить, так что прошу не врываться без стука, — протараторила она, хищно изучая широкую спину нового жителя дома.       — Спасибо, — наконец обернувшись, ответил Ян, устремив свой взгляд на губы Руби, которые она призывно покусывала. «Как такое вообще может быть?», — с тихой злостью Миллер уже пожалел, что не остался в отеле. Руби довольно захихикала, понимая причину стеснения и отвода глаз своего кузина. Она хотела уже выйти, но не могла оторваться от парня. Ей нравилась его реакция на неё. Опасную игру затеяла девушка, представляя непристойные вещи с участием кузена.       — Сколько тебе? — неожиданно спросила она, проникая в комнату и усаживаясь на кровать.       — Достаточно для того, чтобы задуматься перед тем, как садиться на мою кровать, — неосознанно принимая условия игры, Миллер отодвинул чемодан к стене. — И, кстати, я хотел бы отдохнуть, — намекая, чтобы она вышла, Миллер встал у двери, ожидая её действий.       — Это хорошо, более того, даже интересно, — сверкая глазами и по-прежнему улыбаясь, сказала Руби, медля подниматься. Ян также улыбался ей, хотя ему хотелось накричать и надавать пощёчин девушке, чтобы привести её в чувства. Он сжал край двери, сопротивляясь и с другим желанием, с каждой секундой увеличивающимся и грозившимся стать заметным в области паха. Миллер тяжело выдохнул, он устал ждать, поэтому в два шага оказался рядом с девушкой, которая не боялась его резкости ни грамма.       — Я помогу, — Ян сжал ладонь Руби и рванул её тело на себя, помогая встать ей с кровати. Он почувствовал запах её духов и, помедлив он немного, вырисовывалась бы совсем иная картина. Миллер почти вытолкнул девушку из комнаты, напоследок улыбнувшись ей, закрывая дверь.       Размеренное тиканье настенных часов напоминало о текучести времени. Миллер наконец отлип от двери, падая на кровать и усыпляя напряжение.