Вне закона Бездны

Музыка нас связала, тайною нашей стала. Всем уговорам твержу я в ответ: "Нас не разлучат, нет!" - Милости просим, дорогие гости, - радушно провозгласила Татьяна, открывая дверь своей съемной квартиры. - Скорее, уже хозяева, - усмехнулась Ванг, переступая порог. - У тебя прямо какая-то мания собственности, - парировала Ларина, изнутри запирая дверь. - Ну конечно. Я привыкла к статусу хозяйки. Жизни и всех прилежащих к ней удовольствий, - отозвалась Джулия, с важным видом оценивая интерьер новоиспеченного жилья. – Надеюсь, у тебя не возникнет проблем с хозяином квартиры. А то съемную нам придется искать уже обеим, - сказала она, снимая туфли на высоком каблуке. - Не переживай, - ответила Ларина, выполняя тоже действо. - Это добрый дядька. Он сейчас живет в Питере и приезжает за деньгами раз в год. Старый клиент Бантеевой. - У тебя хорошая подруга, - задумчиво сказала Ванг, на полном праве хозяйки продвигаясь внутрь. - Не думай от нее отказываться. В угоду мне или кому-то. Напряженная пауза висела половину тягостных минут, втечение которых молодые женщины приближались к большой двухстворчатой дверей. - Вот это твоя комната, - торжественно заявила Таня ,переступая порог просторного зала. - Здесь никто не будет тебя беспокоить, - выдохнула она, падая на мягкий диван. - Конечно, - изогнула бровь Джулия, элегантно приземляясь рядом. - Иначе, я сама обеспечу нарушителю вечный покой. - Ты откусишь мне голову? - спросила Ларина, тонким пальцем обводя цветные линии яркого покрывала. - Придумаю менее гуманный способ. Таня осеклась под напором испепеляющего требовательного взгляда. - Что? - Ты, кажется, чего-то не поняла? Ваш лимит исчерпан. У тебя есть своя комната. - Ну, Ванг, - от печали или от радости вздохнула сумеречная ведьма, спеша покинуть комнату. Кто знает, чего от нее можно ждать? Уютно расположившись в постели, Таня не могла сомкнуть глаз. Сон явно запаздывал. Может быть, его отпугивал поселившейся здесь Дух Хаоса? Таня усмехнулась мысли, пришедшей в голову. Девушка передернулась, вспомнив о первой встрече на кастинге. Холодные манящие глаза, прикрытые черной вуалью, исподтишка наблюдающие за ней... Бесстрастная, аристократическая внешность, выказывающая полное равнодушие, если не агрессию ко всему миру. Загадочное прекрасное существо с совершенно невероятной энергетикой. Кто бы мог подумать, что несколько месяцев спустя она будет делить с ней кров? Да еще и на правах подруги. Легче было поверить во что-то другое. В любом случае, совершенно ясно одно - она ни за что не подпустит ее близко к себе - своей сокровищнице, где так тщательно прячет душу. Впрочем, то, что это странное существо не желает ей зла было очевидно и крайне благоприятно. С учетом их непримиримого соперничества в "Битве". Впрочем, проводя с ней больше времени вместе, Ларина начала всерьез сомневаться в столь крайней необходимости для Духа синей руки. В конце концов, стала бы она разводить чайные церемонии с конкуренткой, если бы на кону действительно стоял вопрос жизни и смерти? Или Ванг настолько уверенна в своих силах? Таня не знала. Да и не хотела знать. Какая разница - Бог она или Дьявол? Если с ней весело и она, исходя из недавних событий, не бросит ее на произвол судьбы или работников продовольственных заведений? Впрочем, что у нее на уме – кто знает. Все-таки, стоит держать ухо в остро с этим порождением Бездны. Изведенная муками бессонницы, Ларина в сердцах вскочила с места. Из окна вываливалось пузатое белое блюдце. Не найдя иного варианта, Таня потянулась к телефону, желая приманить здоровый крепкий сон на размеренные звуки мелодичной песни. Джулия не могла уснуть на новом месте. Странные предчувствия и думы теснили то, что у человека называется душой. Она не могла объяснить себе причин собственного поведения. Какими доводами руководствовалась она тогда в кафе? Долг? Поддержка? Помощь? Но это ладно. Предположим, она не могла поступить иначе. Но зачем она согласилась на это странное предложение Лариной? Финансы вполне позволяли ей снять отдельную квартиру в удобном месте и не делить ни с кем светлого одиночества. Последнее никогда не было для нее врагом. Скорее другом - лучшим и незаменимым. С детства и по сей день ее окружали толпы людей – знакомых, завистников, воздыхателей, каждый из которых так старательно пытался заглянуть туда, чего нет - ей в душу. Несмотря ни на что, Дух Хаоса любила появляться в светских кругах - среди громкой музыки и алкоголя, принимая, как должное, всеобщее обожание. Но только оставаясь наедине с собой она могла погружаться в медитации, путешествовать между мирами, черпая гармонию из Бездны - так необходимую для Духа Хаоса. А теперь так неожиданно легко согласилась разделить его с этой странной женщиной - сумеречной ведьмой, к которой совсем недавно относилась не более, как к коллеге по проекту. А сейчас? Конечно, это бред. Разве может быть дружба между человеком и Хаосом? Это за гранью реальности. Как и все остальные, Таня, безусловно, будет настойчиво пытаться проникнуть в ее внутренний мир, в то время как для самой Ванг останется открытой книгой. Ну какая эта дружба? Впрочем, пусть думает что хочет. В любом случае, она зря старается. Все равно ей не удастся поколебать мировоззрение Духа Хаоса и его отношения к дружбе и иным земным явлениям. Из подступающих объятий долгожданного Морфея, Джулию злонамеренно выдернули навязчивые, мелодичные звуки: "За рекой черемуха колышется Опуская лепестки свои, За рекой знакомый голос слышится, Да поют всю ночку соловьи". Не в силах терпеть подобного издевательства, Ванг, как ошпаренная, вскочила с места и бросилась прямо на источник потревожившего звука. Таня вздрогнула от неожиданности, когда чуткое и холодное прикосновение к ее плечу, вывело ее из дремоты разрядом тока. - Джули? - воскликнула она, распахнула глаза она, присаживаясь на кровати. Наушники сами собой разлетелись в разные стороны. - Ларина, ты серьезно убить меня хочешь? - А что такое? - А то. Не я ли внятно и вразумительно толковала, что по причине высокой чувствительности не могу спать при любых включенных приборах. В том числе и это, - покосилась она на черный смартфон в руке девушки. - Прости, - повела плечом Таня. Она знала об этой особенности новоиспеченной подруги, но сейчас, почему-то, выбросила ее из головы. Ларина опустила глаза, продолжая затянувшуюся паузу. - Не спится. Татьяна еле заметно кивнула. Затем все же осмелилась поднять взгляд, тотчас встреченный насмешливым взором с приличной долей вызова. - Любишь музыку? - покосилась она на наушники. - Еще бы! Я профессиональная певица между прочим, - не без гордости ответила Ларина, вызвав загадочную улыбку на красивом лице собеседницы. - У нас удивительно много общих сфер деятельности. - Ты тоже поешь? Джулия незаметно повела плечом, важно вскинув голову. Интерес в глазах Тани разгорался с каждой минутой. - А ты... Можешь это продемонстрировать? - неожиданно смело спросила она. В огромных очах промелькнуло изумление. - Ну если ты настаиваешь… Не могу отказать. Ванг повернула голову, точно желая убедиться в отсутствии посторонних при сем знаменательном событии. Тряхнула головой, раскидывая на плечи длинные волосы, переливающиеся под лунными поцелуями. У Тани замерло сердце в предвкушении светлого чуда. Словно бы она сидела в первом ряду кинотеатра перед большим экраном, на котором вот-вот начнется премьера нового фильма. Таня не смогла уловить момент, когда звенящая тишина начала растворяться, терять свою первозданную мудрость, уступая плавным тягучим звукам томного, мягкого голоса, подобного сладкой медовой патоке. «Гори, гори, моя звезда Гори, гори приветная! Ты у меня одна заветная, Других не будет никогда.» Роскошный, поистине божественный голос. Казалось, он растворял в себе вечность, тут же поглощая ее в себе. Его хотелось слушать без конца и без края - как и смотреть на огонь или воду. Таня сама не заметила, когда под воздействием чар, начала ловить, подхватывать волшебные звуки, словно запрыгивая на карусель на полной ее скорости. «Цветок любви — звезда волшебная, Сияй, сияй в душе моей, Ты будешь вечно неизменная, Даря мне свет до склона дней!» Две реки достигли своего устья. Слившись в волшебном экстазе нот, сумасшедшие волны вздымались и опускались вниз – резко, бешено в то же время размеренно и плавно, точно в безудержном танце, подчиняясь какой-то понятной лишь им гармонии. Гармонии природы. Гармонии вихря. Гармонии тех самых черно-белых семи нот, противостоять которым не в силах даже Хаос. Впитывая красивые женские голоса, ночь не забывала подмигивать новыми крошками звезд. Такие холодные и прекрасные, они будто бы специально хотели пристроиться рядом, в надежде аудиенции удивительного дуэта, наполняя комнату неожиданным светом. Но они не могли потревожить, помешать слиянию двух голосов, которых теперь не существовало по отдельности. Была только она. Музыка. Великое, неповторимое и невыразимое чудо, которое сильнее всех слов. Сильнее всех чувств. Эмоций. Иногда она может сказать гораздо больше простых, обрывочных фраз. Многое. И даже все. Время остановилось для двух красавиц. Они словно бы перенеслись в другую реальность, где не было ничего. Кроме них двоих. Старинного романса. И плавной, нежной, животворящей мелодии, которая не нуждалась в инструментальном сопровождении. "Твоих лучей небесной силою Вся жизнь моя озарена. Умру ли я — ты над могилою Гори, гори, моя звезда!" Ощущая себя словно под сиянием той самой звезды, Таня положила ладонь на плечо Ванг. К ее удивлению, она не смахнула ее. Но еще удивление завладело ей, когда она почувствовала ровный ритм пульсации, разрядом тока уколовший ее руку. Но это был отнюдь не из-за нечеловеческой природы Духа Хаоса. Ларина испытала дикий восторг, осознав неожиданное открытие: Ванг имеет человеческую природу. Да! А как иначе? Как иначе объяснить мерный, немного взволнованный отток, крови текущей под ее ладонью? Теплое дыхание звуков разрушающее тишину? Конечно! Разве может нечеловек так спеть песню? Теоретически может. Но действительно хорошее исполнение невозможно без души. Без тех самых искренних, страстных чувств, четко различимых в нотах сногсшибательного голоса. Быть может, это игра. Актерские потуги. Желание позабавить простую смертную и показать безграничность своих талантов. Все может быть. Таня не знала точно. Но знала одно - она поступила правильно, впустив ее на свою квартиру.