Вне закона Бездны

Сумеречная ведьма занимала койку государственного учереждения сравнительно недолго. Через пару недель врач в торжественной обстановке объявил Лариной о том, что она больше не нуждается в срочном и продолжительном лечении в границах белых стен. Если эта новость обрадовала Джулию, то на саму выписываемую не произвела ровно никакого эффекта. Словно жаждущий плоти зомби, она передвигалась по унылой квартире, успевшей забыть ее звонкий смех — ровно, как и Ванг которая не могла бы подумать, что будет скучать по этим беззаботным временам. Сейчас все было иначе. И как могло быть по другому? У человека большое горе. Как бы трудно это не было понять Духу Хаоса, не обладающему материнским инстинктом, она не могла не разделять ее боли. Потому что она экстрасенс. Потому что живет с ней в одной квартире. Потому что священные узы дружбы завещают не бросать в беде — большой или маленькой страшной или не очень. И помогать — пытаться помочь — настолько, насколько хватит твоих сил. Твоего великодушия. Твоей привязанности. Не обделенная этими составляющими Ванг, не могла видеть Таню в таком состоянии. Неприятно и больно созерцать медленное, но верное превращение человека в тень. Безвольную, безликую. Бездушную как и сама Джулия. Она делала все, что в ее силах. В силах Бездны. Но все ее начинания оборачивались прахом разочарований. Сколько бы Джулия не лезла из кожи обливаясь потом у плиты, ее кулинарный шедевры имели для адресата один и тот же пресный вкус. Впрочем пассивное бездействие куда горче. Нужно было переходить к активным действиям. Один из обыденно-серых начался для тезки пушкинской героини с негромкого стука дверь. Девушка встретила вошедшую обреченно-угрюмым взглядом, давно ставшим привычным. Собиравшаяся с духом Ванг не нашла ничего лучше, кроме как опустить глаза. Продолжительно и упорно готовящаяся тирада таяла в горле. — Тань, — со вздохом начала она, присев рядом с подругой. Пауза, воцарившаяся между девушками, грозила привести к нулю без того не содержательную беседу. — Понимаешь, так нельзя. Я все, понимаю у тебя горе — не надо говорить, что у меня нет души, — пасовала она на возмущенный взгляд Лариной. — Но нужно жить дальше. Люди выдерживали и не такое! Ты же сильная женщина. Сумеречная ведьма. Хватит вести себя как маленький ребенок! Намотай сопли на кулак и шагай вперед гордо подняв голову, — Джулия замолчала, осознав, что ее тон превышает допустимый. Однако судя по всему, этого было в самый раз. О чем недвусмысленно свидетельствовала пара кулаков, которыми неожиданно обернулись бледные руки Тани. — Ты права. Я должна бороться. — Вот и правильно! — Ванг оживилась вместе с ней. — Соберись, Ларина! У тебя есть еще один сын — живой и здоровой. — А могла быть и дочь, — дрожь в обреченном голосе Тани, заставила Джулию серьезно раскаяться в последней реплике. Рыдания, заслонившие комнату, требовали немедленного успокоения. Но Ванг воздержалась от традиционных действий. Резко навалившаяся апатия тяжелым грузом сдавала грудь, уступая место благим стремлениям. Неожиданно для себя, Дух Хаоса встала с места, телепортируясь из зала в комнату. Взгляд, неожиданно упавший на телефон, позабытый Лариной, мигом составил в голове дальнейший план действий. Через четверть минуты тонкие пальцы Ванг набирали искомый номер. — Да, — низкий мужской баритон звучал сухо и недружелюбно. — Чего это понадобилось от меня моей бывшей женушке? — От вас ничего, — голос Джулии излучал ответный холод. — Женщина, а вы кто? — бас мужчины опустился до самой низкой ноты. — А, — многозначительно потянул он. — Ты же теперь звезда. У вас же операции по изменению голоса в моде? — Мужчина, перестаньте фамильярдничать, уж если вы поняли, что разговаривайте с незнакомым человеком? Я наслышана о вас, как о представители интеллигенции, а не базарном быдле. — Ты обороты ты сбавь! — повысил голос мужчина. — Или ты сейчас говоришь, кто ты и что тебе нужно или я кладу трубку. — Мне нет причин представляться. Просто пригласи к телефону сына для душевного разговора с матерью. В трубке послышался напряженный смех. — Когда это вы успели усыновить моего ребенка? Дамочка, может вам подсказать телефон психиатрической больницы? — Спасибо, я не нуждаюсь в вашей заботе. Но я могу дать трубку вашей жене, которая объяснит, кто я такая и подробно изложит причину, по которой не хочет с вами разговаривать. В любом случае — вам нечего опасаться — радиоволны не способны причинить вреда вашему сыну. Вот посудите сами, если я звоню с телефона вашей супруги, стало быть, я нахожусь с ней в достаточной близости. — Так, уважаемая, — вздохнул изрядно утомленной беседой мужчина. — Либо вы в срочном порядке, толково и доходчиво объясняете мне причину разговора с моим сыном, либо я прерываю нашу беседу на самом интересном месте. Ванг испустила ответный вздох. — Послушайте. Я понимаю причину вашей подозрительности. Как-никак мы не пили с ваши на брудершафт. Ну будьте ж человеком. Тане сейчас очень плохо. — И что же на этот раз? — с издевкой спросил мужчина. — Обострение шизофрении? Так вы не волнуетесь — она у нее имеет хронический характер. Вы главное говорите, что тоже видите призраков. — Перестаньте паясничать! — повысила тон Ванг. — Ваша жена перенесла страшную аварию, получила серьезную травму! Она потеряла ребенка, которого носила под сердцем. И единственным утешением для нее сейчас будет осознание того, что у нее есть еще один сын. А еще благороднее было бы с вашей стороны организовать им встречу. В трубке послышался злорадный смех. Ванг готова была лопнуть от злости. Что за бездушный тип! Да она Дух Хаоса — у нее нет души. Но глядя на таких как, он она была готова признать обратное. — А не слишком ли вы многого хотите, дамочка? Может вам еще и жить его оставить? Если секунду назад я сомневался, то ваше высказывание полностью подтвердило мою правоту. Ну вы посудите сами. Если эта кукушка умудрилась потерять нагуленного недоноска, то как я могу доверить ей своего? Наоборот, я теперь не вижу никаких причин для их общения. Нагуляет, родит еще! — Не родит, — голос Джулии упал почти до шепота. — О, интересненько! — веселье собеседника набирало силу пропорционально масштабам трагедии. — А чего так? В каком это смысле? — В прямом, — Ванг зажмурилась в яростных попытках сдержать секретную информацию. У этого изверга она все равно не вызовет и толики сострадания, но зато имеет реальную опасность просочиться в уши несчастной страдалицы. В любом случае — она вряд ли приведет к ее к нужной цели, которая удалялась пропорционально ее стараниям. Что ж… Придется прибегать к крайним мерам. — Позови сына к телефону, — голос Ванг стал металлическим, в то время как лед в глазах трансформировался до состояния стекла. Метод сработал неожиданно быстро. Джулия едва успела добежать до комнаты Лариной, когда детский голос весенним ручьем полился из трубки. Таня застыла соляным столбом, прежде чем ее мозг согласился констатировать радостную весть. — Сынок, — дрожащий голос напоминал хрусталь. Казалось еще немного — и звонко резонируя, он отправиться Бездну. Которая внимательно наблюдала за процессом. — Господи, сынок как…как ты там? — с трепетом, не без доли слез в голосе вопрошала Таня, чувствуя, как былая боль растворяется облаком пыли. — Как у тебя дела. Молчание в трубке резко омрачило глобальную радость. — Хорошо, — голос мальчика звучал напряженно. — Было. Пока ты не позвонила. Таня застыла, словно пораженная ударом грома. Среди ясного неба. Точно кто-то окатил ее ушатом воды. Ледяной, как и такой родной любимый голос, сейчас враждебной струей льющейся из трубки. — Сынок, — непослушными губами бормотала она, не в силах поверить. — Что случилось? — А то ты сама не догадываешься? — тон мальчика стоял на грани издевательства. — Странно, ты же теперь звезда! Должна быть в курсе всех событий! — Боже мой… Ты что завидуешь, — недоумение Тани сменил удивленный смех. — Чему? — оппонировал собеседник. Тому, что ты встречалась с мужиком и он тебя послал? И ты наконец-то соизволила вспомнить о сыне? — Сынок, ты ошибаешься… Я не забывала о тебе! Кто тебе вообще сказал об этом? — Глупо задавать подобные вопросы в наш век господства высоких технологий и СМИ. А вообще, правильно, что он тебя бросил — мальчик не спешил сбавлять обороты, напоминая о своей генетической связи с ненавистным мужем Лариной. — В отместку. Ты меня он тебя. Закон бумеранга. — Да какой бумеранг, ты что, — недавно ликовавшая по поводу звонка родной кровиночки Таня сейчас просто не находила слов. Она не узнавала своего сына. На лицо результат работы бывшего муженька. — Не слушай своего отца. Я тебя люблю! — кричала она в трубку, раскаляющуюся от огня пролитых на нее слез. — Я не бросала тебя! Так сложились обстоятельства. — Мама, я уже взрослый, — голос мальчика звучал подозрительно серьезно. — На меня не действуют подобные отговорки. Любое обстоятельство зависит от вас. А ты просто не хотела, чтобы я жил с тобой. Ведь я бы встал на пути твоих грандиозных планов по завоеванию сердец всех мужчин России! А ты не расстраивайся, мамочка. Потеряла одного, найдешь другого. Разве это проблема при твоей несравненной красоте и известности. А мне можешь больше не звонить. И тем более — не вздумай приезжать. Можешь смело вычеркивать меня из памяти, а папин телефон из записной книжки. Чао. Короткие гудки, точным ударом в мозг подвели черту конструктивному диалогу. Словно в мелодию дождя вслушиваясь в монотонные звуки гудков, Таня не могла сдвинуться с места. Как и поверить в то, что услышала. От своего сына. Лишенный всякого энтузиазма взгляд Ванг стер в прах все возможные надежды. Она ушла, оставив Таню наедине с тем, кого она ненавидела всеми фибрами. С самой собой. Терпеть больше не было сил. Наплевав на то, что будет дальше девушка, схватила телефон, набрав знакомую комбинацию кнопок в предвкушении очередной разборки. Абонент не заставил себя долго ждать. — Женщина, может вы не поняли, но, кажется, вас убедительно просили не звонить на этот номер. Для особо одаренных объясняю: абонент для вас недоступен. — Может, хватит? — взорвалась Ларина. Зачем ты настраиваешь против меня нашего ребенка? — Я? — голос так и сочился ядом. — Да о чем ты говоришь? Он взрослый мальчик и сам все понимает. — Ах да — трагически процокал он. — Откуда ж тебе знать! Ведь он рос вне поле твоего зрения. — Да ты…ты… — отчетливо понимая всю степень его неправоты Таня, все же не могла отыскать достойного ответа. — Как ты смеешь! Если ты не хочешь усомниться в своих заслугах, хотя бы вспомни: кто родил его для тебя? Кто вынашивал под сердцем девять месяцев, чтобы не спать по ночам одевать и кормить, пока ты развлекался на своей суперсложной работе! И чтобы ты потом хвастался своим дружкам, какой у тебя умный и хороший сын, не упоминая кто именно воспитал его таким! — Спасибо, я скромный, — нахально отвечал урод. — Я знаю и сам. — Какой же ты поддонок, — сквозь зубы прошипела сумеречная ведьма. — Такие как ты, не имеют права носить гордое звание отцов! — А такие как ты, шалавы, — звания матерей. Кстати правильно, что ты потеряла ребенка. Твоему малышу крупно повезло. Ровно, как и тем другим, кому не суждено поселиться в твоем чреве. — В смысле? — насупилась Таня. — Да в прямом! Мне твоя подружка все рассказала. Что ты типа по какому-то трагическому стечению обстоятельств не можешь иметь детей. А ты не знала? Реальность растворилась перед глазами. Насмешливый голос ушел в небытие. Таня не могла думать о проценте вероятности правдивости этой информации. Ее мозг будто исключил эту функцию. Как и функцию органов чувств. Все было как в тумане. Таять в котором было не страшно. Ведь это был единственный выход. Из спасительной, сладкой неги молодую женщину вырвала хлесткая пощечина. Очнувшись, Таня увидела перед собой перекошенное лицо Ванг и пачку таблеток, которой та почему-то в жаркой экспансии размахивала перед ее носом… — Что это? — изумленно спросила Таня, пытаясь взять из ее рук белую ленту. — А вот я у тебя хотела спросить! — Джулия была не на шутку взволнована. — Скажи, честно: ты сошла с ума? Зачем ты хотела их выпить. — Я? — сделала большие глаза Таня. — Ларина, ты меня убиваешь! Ну не я же! — мученически вздохнула Дух Хаоса. Неожиданно усталость в больших глазах сменилась недоумением. — Ты что, правда не помнишь? Таня покачала головой. — Подруга, ты серьезно? — она опустилась на ближайший стул, внимательнее взглянув на Таню. — Ты как себя чувствуешь? Голова не болит? — Нет. — Таня с изумление смотрела на подругу. Внезапно память убийственной вести, шаровой молнией пронзила мозг. Глаза девушки стали стеклянными. — Я никогда не смогу иметь детей, — словно про себя, мертвенно-бледными губами произнесла она, в бессилии опустилась на пол. Затем сжавшись беспомощным комочком начала раскачиваться взад-вперед, к крайнему изумлению и недоумению подруги. — Таня… — тихо произнесла она. Девушка отреагировала на удивление быстро. В Джулию словно нож врезался взгляд — такой же стальной и острый. Дрожащие руки потянулись к таблеткам, уже благополучно покоящимся на столике. — Джу… Дай… — Ванг достаточно ловко успела перехватить опасный предмет. — Зачем ты пришла?! Я не хочу жить. Зачем мне жить? — апатичный, размеренный тон стремительно революционировал до истерики. — Таня, успокойся, — старательно пыталась утешить ее девушка, но взгляд подруги был твердо сфокусирован на потенциальном орудии самоуничтожения. — Я помогу тебе… — Чем ты можешь мне помочь! — истошно орала Ларина. — Чем? Только этим! — резким движением она выхватила таблетки из рук девушки, с блеском одержав победу в поединке с Духом Хаоса, благодаря ее потерянной бдительности. Ванг не могла это терпеть. — Таня! — неестественно громко закричала Джулия, схватив запястья подруги и чувствительно ее тряхнув. Кажется, шоковая терапия подействовала. По крайне мере, взгляд, лишенной рассудка, приобрел осмысленные ноты. — У тебя будет ребенок, — как заклинание говорила она, наблюдая, как Таня, словно марионетка кивает на ее гипнотический взгляд. — Ты меня слышишь? Я обещаю. Клянусь Бездной. А теперь пойдем… Также легко и беспрепятственно она отвела ее в комнату и уложила спать. Казалось, сон длился вечно. Нет, Таня была даже рада. По-крайней мере, он позволял избежать боли, уже ставшей привычной. Изредка мелькал силуэт той самой девочки, то привлекая к себе то, напротив, отталкивая. Тане казалось, будто это и есть она. Да, такой бы она хотела стать. Хоть когда-нибудь. Легкой, веселой, беззаботной. Какой была совсем недавно. Но об этом нельзя было и мечтать. А теперь самой главной мечтой ведьмы было не выходить из сна. Спасительной анестезии, удерживающей ее на краю. От падению в Бездну. Которая больше не пугала. Ларина не смогла — не успела понять своего пробуждения. Словно по щелчку, она вернулась в реальность. В знакомую квартиру. К уже ставшей почти родной Джулии. Не заметить перемену, случившуюся с Духом Хаоса, было невозможно. Да не будь она ведьмой! — Джу, — отчаянно моргая глазами от нереальности вновь обретенного мира, пробормотала она. Нет, она еще спит! Таня зажмурилась, сильнее ущипнув себя за руку. Затем резко распахнула глаза. Нет. Перед ней все также стояла бесстрастная блондинка с ярким блеском в космосе выразительных глаз. — Не может быть. Ты ждешь ребенка?.. — Нет, — холодная красавица была как всегда немногословна. — Ты…