Вне закона Бездны

«Маленький Северный Рай, Каменные цветы, Падают все мосты на небо, и на небо падаем мы. Молчит, не дает ответ, Слезы льет город мой, Ему уже 300 лет, А он еще молодой."Е. Ваенга Таня проснулась от собственного крика. Сердце в груди билось до боли сильно. Стрелки на часов показывали всего полшестого. Да и за окном было не очень темно. Реальность медленно возвращалась на свои места. Неужели это был просто сон? Или не просто. Нет. Успокоившееся, было, сердце, возвратило былую дробь. Господи, что с Джулией? Скрежет дверного звонка мигом развеял все подозрения, выпуская из груди облегченный вздох. — Джулия, — почти бросилась к ней на шею Таня, досконально изучив обеспокоенным взглядом. — С тобой все в порядке? А с ребенком? Ванг смерила ее удивленным взором. — Со мной — да. А с тобой? — нахмурилась она. — Ты ведешь себя как-то странно. — Джу, мне приснился кошмар. Мне кажется, тебе угрожает опасность. — Да вы что, сговорились?! — возвела «очи горе» Дух Хаоса, начиная медленно заводиться. Танино лицо побелело еще сильнее. — Что значит… Джу скажи, мне, где ты была? С кем ты встречалась? — Я говорила с тобой на эту тему, — устало вздохнула она, снимая обувь. — И более к ней возвращаться не намерена. — Ну Джу, — взмолилась она, буквально повиснув на Ванг. — Ну скажи, ради Бога! Тебе, что жалко? Ради меня, — голос Лариной задрожал, прервавшись. Глаза отражали искреннюю преданность и мольбу — словно у собачки, выпрашивающей кость у любимого хозяина. Ванг вздохнула, чувствуя, как камень на сердце набирает тяжесть. Ей было жалко Таню. Она понимала — у нее есть причины для беспокойства. Но поведать о них было наравне убийству. Иначе жизнь Танюши превратиться в Ад. А ее — тем более. Оставалось только перевести все в шутку. — Слушай, Ларина, у меня такое ощущение, что это не я беременная, а ты. Гормоны играют, как у подростка. Наконец Таня отлепилась. До Ванг донеся вдох, преисполненный печалью. — Да расслабься, Танюш, — сказала она, прижимая к себе девушку и чувствуя, как у нее начинает просыпаться материнский инстинкт. — Не парься. Ну, что ты опять, — улыбнулась она, утирая едва проступившие слезы. — Не волнуйся за меня. Все будет хорошо. А пока лучше приготовь мне что-нибудь покушать. Вкусно и побольше. Ты сама говорила — мне надо питаться за двоих. — У Дочери Люцифера проснулся адский голод? — изогнула бровь Таня.  — В точку. А я — пока в душ. Кокетливо улыбнувшись, Ванг удалилась, оставив Таню наедине с кучей вопросов. Нет, она найдет на них ответ! Воспользовавшись благоприятной ситуацией, Таня осторожно и дерзновенно проникла в ридикюль Духа Хаоса, во имя последующего извлечения средства связи. Судорожно забравшись в контакты, она затаив дыхание перешла к последним вызовам и… Онемела! Потеряла бы дар речи, если бы нужно было что-то говорить. На дисплее ярко горел номер верной подруги. «Ну Бантеева… Чего ты там задумала, а? А ведь и мне не сказала» — шквал вопросов морскими волнами накатывал один на другой, стремительно образуя шторм. Таня была вне себя от гнева. И лютого нетерпения позвонить бесстыжей победительнице 9-того сезона для выяснения всех подробностей. Вернув телефон на законное место, Ларина направилась в комнату, где плотно закрыв дверь, набрала до боли знакомую комбинацию кнопок. — О, Танюш, привет, — как не в чем не бывало вещала подруга. — Как дела? Пока не родила? — засмеялась она. — Кстати, поздравляю тебя с будущем прибавлением. Я все знаю. — Значит все, да? — злобно усмехнулась Таня. — Может, и поделишься со мной на кой…ляд ты сегодня встречалась с Джулией? Глубокомысленное молчание послужило ответом. — А откуда ты знаешь? — подозрительно спросила подруга. — Ванг что ли растрепала? — Не волнуйся, Бездна умеет хранить секреты. А ты не томи: что за важные дела у вас там с моим Духом Хаоса, о которых не положено знать простым смертным — даже мне. О чем вы там говорили? — О тебе. — Обо мне? — Таня буквально захлебнулась собственным изумлением. — И что же такое в моей скромной персоне пробудило в вас столь ярый интерес? — Да расслабься, ничего серьезного. Успокойся. — Как это — успокоиться? — вспылила Ларина. — То есть ты специально назначаешь ей тайную встречу, чтобы перемыть мне кости, а я должна просто успокоиться. Зашибись! — Уймись, истеричка, — отрезала Бантеева. — И сбавь обороты. Не надо орать. На меня, или тем более на Джулию. Она столько для тебя сделала. Она тебя так любит… — Лю-юбит? — Ну в смысле, — как подругу — постаралась реабилитироваться Наталья. — В любом случае — очень сильно. Она носит твоего ребенка. А ты, вместо того, чтобы даром тратить время, лучше бы попыталась хоть как-то отблагодарить ее за все это. А сейчас — извини, у меня мало времени. Связь оборвалась, оставляя Таню в глубоком раздумии. Впрочем былой страх исчез. Не сказать, что вопросов в ее голове поубавилось, однако их неожиданно их вытеснила одна-единственная мысль, торжественным набатом отбивающая сердце. «Она меня любит» — радостно пело оно, отгоняя все тревоги и горечи. И неважно — как подругу или…кого еще. Главное — сильно и искренне. Настолько, насколько это может Бездна. Сейчас Таня не сомневалась в этом. Не оставляя без внимания последние слова подруги, Ларина всерьез задумалась о том, как выразить Джулии благодарность за все то, что та для нее сделала. Хоть в какой-то мере, хоть на сотую долю… Главное —заставить ее улыбнуться. Дать понять, что она, Таня Ларина — понимает и ценит ее заботу. Но как устроить достойный сюрприз тому, кто знает все наперед? Таня размышляла долго. И наконец придумала. Утро Джулии началось с писка смс-ки на мобильный телефон. Нехотя открывая глаза, Дух Хаоса потянулась к смартфону. «Хочешь еще раз доказать свои экстрасенсорные способности? — с энтузиазмом кричали буквы на дисплее. — Тогда найди меня на просторах сердца России в течении часа.» «Ну, блин Ларина, — мученически вздохнула Ванг, поднимаясь с постели. — Ты меня точно когда-нибудь убьешь.» Впрочем определить местоположение сумеречной ведьмы оказалось делом несложным. Выйдя на заснеженную улицу неутихающей столицы, Ванг просто пошла на свои ощущения, выбрав единственно верное направление из тысячи. Ларина уже ждала ее в здании вокзала. Увидев подругу, та радостно кинулась к ней. — Поздравляю! Вы справились с испытанием, тем самым подтвердив заслуженное звание лучшего экстрасенса России, — торжественно сообщила она, едва отойдя от жарких объятий. — И ради этого нужно было выдергивать меня в такую рань? — Ну не только ради этого? — загадочно улыбнулась Ларина. «Внимание! — бодро сообщил диспетчер. — Скоростной поезд Москва-Санкт-Петербург прибывает на первый путь .» — О! Нам пора! — сказала она, схватив Джулию за руку и потянув за собой, без права на возражения. — Ну ты и даешь, Ларина, — только и смогла промолвить она, когда девушки уже разместились в уютном вагоне. — До чего додумалась? Просто не могу представить, чего от тебя еще можно ждать. — А не надо представлять! Просто наслаждайся моментом! Наконец состав прибыл на станцию. Санкт-Петербург встретил дам совсем не по-джентельменски — ударом северного ветра, впрочем весьма характерного для этих краев. — Куда это мы приехали? — подозрительно спросила Ванг. — В лучшее место на земле, — прошептала Таня, не выпуская руки Джулии. Впрочем лирическое пауза длилась недолго. Уже через каких-то пять минут, Таня взахлеб доказывала подруге приведенный ниже тезис, подробно посвящая ее в историю любимого города. С не меньшим энтузиазмом слушая Таньку, Ванг не могла налюбоваться ей; ее искренностью; ее эмоциональностью; ее безудержному, почти детскому восторгу, который рикошетом передавался и ей. Она чувствовала, как сосуд ее души — пустой до этого времени, наполняется свежими, бурными, яркими эмоциями, радужно переливаясь игрой солнечных бликов. Джулия могла поклясться, что не испытывала ничего подобного за все 150 реинкорнаций. Это пугало. Поражало. Но вместе с тем приносило такое немыслимое и невыразимое наслаждение, которое стоило всех прошлых жизней. На которые она готова была променять этот миг. Эту вечность. Внезапно словно вырастя из-под земли, их путь преградил ларек со цветами. А может, он специально поджидал их здесь? Впрочем, куда удивительнее был факт остановки Тани около этого нехитрого места, с последующей сделкой купли-продажи. Джулия не на шутку изумилась (в который раз за сегодня), когда Ларина преподнесла ей букет цветов. — Лилии, — прошептала Дух Хаоса, принимая подношение. — Но…как… Ты узнала? — Что? — нахмурилась Таня. — Ой, Ларина, не притворяйся — цокнула Ванг. — Как будто ты не знаешь? — О чем? — Что это мои любимые цветы. — Да? — лицо Тани отражало искреннее удивление. — А я, честно, не знала. Просто я подумала… Они так похожи на тебя. Такие утонченные. Хладнокровные и безразличные на первый взгляд. И бесконечно прекрасные. — И ты забыла сказать — ядовитые, — подняла бровь Джулия. — Не говори так, — потянула Таня. — Это же неправда? Ванг неоднозначно подняла уголок губ. — Ладно, пойдем моя Лилия, — вздохнула Таня взяв ее за руку. — Экскурсия еще не закончена? — изогнула бровь она. — Нет. Я еще не показала тебе самого главного. Между тем день потихоньку клонился к логическому завершению. Тягучие сумерки медленно, но верно обступали со всех сторон, взывая возмущенные вспышки огней. Белые хлопья лениво кружились над землей в плавном, медленном танце, элегантно приземляясь на белом, пушистом покрове. Девушки шли, взявшись за руки, согревая друг друга пульсацией вен. Сплетая сердца. Сумасшедшие и спокойные, они бились в такт, в унисон, сливаясь и растворяясь друг в друге. И им больше не страшны были холода — зимы, этого жестокого мира, который казался пылинкой. Ничто не могло нарушить торжественности этого мига. Ни ветер, бьющий в лицо. Ни сырой, морозный воздух. Ни позднее время суток, которое не могло отправить их домой. Нет. И не хотело. Своенравные сумерки не собирались пропускать ночь, желая в полной мере, до дна насладиться этим моментом. Безумия. Сказки. Мечты. Всего, чего так мало в этом мире. Джулия не заметила, как спутница привела ее к назначенному месту. У Духа Хаоса занялся дух. Действительно. Место было волшебным. Она поняла, почувствовала это сразу — с первым шорохом — плеском воды — волны, резонирующей друг с другом. Отливая цветом первых фонарей, Нева почти сливалась с закатным небом. Казалось, еще чуть-чуть, еще не много — и они растают, растворятся друг в друге — как влюбленные в миг короткой встречи. Как этот день в подступающей ночи. Как золотой луч света, в серебре грядущей грозы. Как и все в мире. Что противоположно и неразделимо. Что на свете посмело бы нарушить этот светлый миг? Вы правильно догадались. Робкий голос Лариной прозвучал как всегда не вовремя. — Джулия, — тихо сказала она. — Как тебе мой сюрприз? — Он удался, — с энтузиазмом отозвалась Ванг, все-таки отрываясь от созерцания первозданных красот. — Ты сумела доставить мне удовольствие. — Это еще не все, — загадочно усмехнулась Таня залезая в сумочку. Глаза Духа Хаоса достигли еще более колоссальных размеров. — Ларина, ты решила окончательно добить меня своими сюрпризами? — Только от счастья, — победно заявила та, вкладывая в теплую ладонь Джулии, холодную вещицу. — Что это? — впрочем хорошее зрение и освещение помогло ей в полной мере разглядеть подарок… Да, это действительно стило того, чтобы умереть. И возродиться вновь. В ее руках лежал золотой медальон, в незамысловатой форме сердечка. В самой его сердцевине красовался синий, граненный камешек, отливая свет фонаря волшебным, безудержным блеском. — Спасибо, — изумленно произнесла она. Немой вопрос снова застыл в огромных глазах. Ответа на этот раз не пришлось ждать долго. — Это александрит. Под цвет твоих глаз… Сердце провалилось где-то в груди. Его стук был заглушен негромким плеском волн, нападающих друг на друга. Свободных. Сильных. Одуряюще прекрасных. Синих, как и это небо. Как и эти глаза. Они вновь капризно отстранились, устремив взор вдоль северной реки. — Ты снова угадала, — наконец прорезал тишину ее слегка хриплый голос. — Во всем. Теперь я могу с уверенностью сказать, что твой подарок… Был равноценен моему, если ты его считаешь его таковым. Мало кто знал, что мне нравятся лилии. Их цвет — символ чистоты. Холода. Красоты. Севера. Который я не променяю ни на какие южные блага. Ровно, как его холодное море. Такое же синее и глубокое. Суровое и задумчивое. Знаешь, за этот день… За этот праздник. Я благодарна тебе вдвойне. Ведь этот город — город на Неве буквально унес меня на Родину. А эта река — я чувствую всем телом – чувствую, как она гудит под моими ногами, ворча и перешептываясь. Какая стихия сравняется по силе со стихией воды? Огонь? Земля? Воздух? Или смерть? Нет. Воды — великая мощь. Ее глубина равна глубине мысли. Моей мысли. Что в мире может быть прекраснее воды? Ванг замолчала словно, ожидая ответа от тех самых волн, беснующихся внизу. Таня ответила за них. — Ты…