You make me wanna die

Он слегка приподнял брови, но не ответил. Внутри меня все поднималось и крутилось, словно я была в невесомости. Всплеск адреналина? Возможно. Я была слишком ошарашена, счастлива и зла одновременно. Он пришел? Боже мой, он всё-таки пришёл! Да как он вообще посмел сюда заявиться?! И злость побеждала. Я попыталась захлопнуть дверь, но в последний момент Хибари, конечно же, сунул ногу между дверью и стеной, не дав мне закрыть дверь. Как предсказуемо. Сердито нахмурив брови, я уставилась на выглядывающий из-за двери носок ботинка и выдохнула. Это бесполезно. Не пустишь его в дверь – залезет в окно. И злиться на него бесполезно. Поэтому я щедрым жестом раскрыла дверь, развернулась и пошла на кухню. Мне нужно выпить чая. Я услышала, как позади меня щелкнул дверной замок. Разувшись, Кёя последовал за мной. - Ненавижу тебя, - буркнула я, не оборачиваясь. Мне хотелось воткнуть иголку ему в задницу. Укусить, оцарапать, сделать хоть что-то, что причинит ему боль. Потому что я от него настрадалась достаточно. Сосредоточившись на заваривании чая, я упорно не замечала развалившегося на стуле Хибари, который наблюдал за мной. Ложка заварки, обдать кипятком, не поддаться искушению плеснуть кипятком ему в рожу, закрыть крышку заварника, поставить чайник на место. Вот, не так уж и сложно, правда? Боже, голос в моей голове звучал в точности, как у моего психотерапевта. Надо бы позвонить его помощнице, записаться на парочку приемов, а то нервы совсем расшатались. - Ну и о чем ты хочешь поговорить? – спросила я, налив себе чай и сев за стол. – Ты ведь говорить пришёл? Я пока что ни звука от тебя не услышала. - Ты сбежала. Я поперхнулась, едва не опрокинув чашку себе на колени. Он даже удосужился добавить капельку обвинения в свой ровный тон. - Я не сбегала, - сквозь зубы процедила я. – У меня были дела. Ладно, не такие уж и срочные дела. Приютить Сасаки на одну ночь. Предаться с ней меланхолии. Усугубить свою меланхолию после её ухода. Наверное, в Италии время бы прошло более приятно. Хибари в ответ презрительно хмыкнул, словно прекрасно знал, чем я здесь занималась. Я подозрительно сузила глаза и уставилась на него. Очень многословно для человека, который ввалился к кому-то на кухню с целью… э… какой целью-то? - Что тебе нужно? – делая ударение на каждое слово, спросила я. - Я пришёл забрать тебя. Я открыла рот и тут же его закрыла. Дар речи меня покинул. Ушло несколько бесконечно долгих секунд на то, чтобы собраться с мыслями. - Забрать меня? – заикаясь, переспросила я. - Да, забрать то, что принадлежит мне. И, видимо, в подтверждение тому, что он серьёзно, он достал из кармана наручники и положил их на стол. Наручники, мать вашу! Меня перекосило. Прицепит меня к батарее? - Зачтешь права Миранды? – усмехнулась я. – Или просто ударишь чем-то тяжелым по голове и утащишь в своё логово? Он молчал. Да сколько можно? Я устало потерла лоб, не сводя взгляда с наручников, и мысленно умоляла: ну скажи хоть что-то! Тишина. Я, конечно, сама не из тех людей, что трещат без умолку, но не настолько же. А наручники зачем? Показать своё превосходство? Я молча потянулась к Кеё, достала из его кармана коробочку, что выглядывала оттуда, и поставила её на стол. Хибари едва заметно напрягся. Не то чтобы я собиралась начать драку – я не умела драться совершенно, но продемонстрировать, что я тоже что-то да умею, мне хотелось. Тем более золотое кольцо на правой руке, что подарили мне родители, было вполне пригодным для того, чтобы выпустить пламя. Кёя напрягся еще больше, когда я схватила его коробочку со стола и открыла её. - Ну конечно, - фыркнула я, разглядывая сидящего на столе ежа. Идеальное воплощение Хибари. Колючий, фыркающий и вредный, но с довольно милой мордашкой. Колючий снаружи, милый внутри. Кёя ведь в какой-то мере милый в своих кривых попытках доказать мне что-то. Животное, внимательно осмотрев нас, не понимало, к кому ему идти – к законному владельцу или странной незнакомке, осмелившейся прервать его сон. В итоге он сначала подошёл к Кеё, лизнул ему руку, а потом направился ко мне и начал обнюхивать рукав кофты. - Кёя, давай уже поговорим, - сказала я, рассеяно почесывая ежу живот. – Твоё молчание убивает. - Не о чем говорить, - отрезал Хибари. – Ты моя – вот и весь разговор. Я перевела взгляд с Кёи на всё еще горячий чай и обратно. Обжигающе горячий, я бы сказала. Глубоко вздохнув, я встала из-за стола. Это бесполезно. - Ты знаешь, где выход, - устало сказала я. Это уже слишком. Я измотана. «Ты моя» - что это вообще такое? Не то, чтобы я была против, просто моё мнение ему вообще не интересно? И что дальше? Сон, когда ОН хочет, обед и ужин, когда ОН хочет, секс, когда ОН хочет. А как насчет того, чего хочу Я? В случае Кёи это будет полное подавление, это будет не союз. От этой мысли я готова была разреветься. Пусть убирается. Мне нужно срочно залезть под одеяло с головой и отдаться страданиям. И это должно произойти без свидетелей. Хибари, догнав, в-который-черт-возьми-уже-раз схватил меня за локоть и развернул к себе. Но время для разговоров прошло – я дала ему шанс выговориться. Поэтому я начала вырываться, и в итоге мы свалились на пол. Я оказалась под Кёей и мгновенно начала вырываться, в то время как он старался пригвоздить меня к полу. Хибари пытался меня поцеловать, и я яростно начала мотать головой, мешая ему. Ну уж нет, силой ты меня не получишь. Спустя мгновения Хибари замер, сдаваясь. - Хорошо, давай поговорим. - Ооо, неужели? – прохрипела я, пытаясь отдышаться. Получалось с трудом. Я сглотнула слюну, пытаясь хоть как-то промочить сухое горло. Слюна оцарапала горло, словно я осколки стекла проглотила. - Знаешь, у семьи Бовино есть одно интересное оружие. Его называют «Базука будущего», - я не совсем поняла, при чём тут семья Бовино и наши отношения, но ладно. Раз уж у Кёи развязался язык – почему бы не послушать? Тем более что парень он не многословный. – И, когда мы были в старшей школе, Ламбо было пять лет. - Кто такой Ламбо? – перебила я и получила в ответ испепеляющий взгляд. - Сейчас это не важно, - прошипел он. Я свела брови вместе. Тогда зачем мне о нём рассказывать, если это не важно?! – Очень бесячий пятилетка, у которого была Базука. И которой он размахивал направо и налево. Суть Базуки – менять тебя с тобой же из десятилетнего будущего местами на пять минут. И однажды Ламбо попал в меня. Я очутился в какой-то квартире. И знаешь, кто со мной был? – Хибари сделал паузу, а я лишь пожала плечами. Откуда мне знать? – Рядом со мной была девушка, и мирно посапывала у меня на коленях. Я тогда даже пошевелиться не мог – настолько был в шоке. Одеревенел на все пять минут. Вернувшись в своё время, я не придал этому значения. На два года у меня это вылетело из головы. А потом в школе я увидел тебя. Ты казалась мне смутно знакомой, но я не мог вспомнить, что нас связывало. А потом вспомнил. Это ты была ТАМ, спала у меня на коленях. Как я был зол. На себя, в основном, за мою слабость. Ведь тогда я считал, что мне никто не нужен. И тут какая-то соплячка, жалкое травоядное, осмелилась занять место рядом со мной. – Я снова попыталась вырваться, оскорбленная столь лестными эпитетами, но Кёя не позволил. – И я решил тебя отпугнуть от себя, заставить не приближаться. Как мы оба помним, я прекрасно выполнил поставленную задачу. И вот, окончив школу, я пошёл домой к Саваде, запугал Ламбо до полусмерти и заставил выстрелить в себя из Базуки, – тут Кёя засмеялся, словно я рассказала жутко смешной анекдот. – Я был в ярости. Я попал на собственную свадьбу! Ты так счастливо улыбалась. Я потом даже подумывал найти тебя и убить, чтобы не связывать тебя с собой. Не серьезно, конечно, ты же не при чем – это был мой косяк. Так я думал. Но, к сожалению, Кавалоне думает, что мы друзья. А потому частенько приезжал к нам в гости, звал нас. И иногда рассказывал истории о своей обожаемой двоюродной сестре. Какая она умница, куча восторженных соплей. Со временем я со скуки даже увлекся этими рассказами – эмоциональная, упрямая, добрая, ты мне заочно стала симпатична, хотя сентиментальных чувств я ни к кому никогда не испытывал. Всё разбилось вдребезги, когда он, наконец, показал твою фотографию. Конечно, я тебя узнал – трудно не узнать того, от кого бегаешь почти шесть лет! И тут появляется адски сложный выбор – помочь Кавалоне в одном деле от лица Вонголлы, или повеселиться на свадьбе Урагана. Конечно же, я с удовольствием набью пару морд, чем вынесу эти гулянки. Но кто же знал, что все эти шесть лет судьба меня преследовала, чтобы, наконец, догнать и загнать в угол? - И за одно утро ты всё изгадил, - ответила я, завороженная его рассказом. Хибари замолчал, я тоже. Мне понадобилось минут пять, чтобы всё переварить. - Значит, - медленно заговорила я, - у меня нет выхода? Всё предрешено? Хибари кивнул, и я застонала. - Ты идиот, - почти заскулила я. - Извини? - Шесть лет, Хибари! – завопила я, положила ладони ему на щеки и внимательно заглянула в глаза. – Ты отнял у НАС шесть лет!