Несказанное

Я иду по белому коридору, до тошноты светлому. Я наступаю на бетон, и мне кажется, что мои шаги слышны по всей больнице. В руках у меня книга «Начало конца». Я подарил эту книгу Наташе за два дня до того, как она закрыла глаза. Почему-то мне кажется, если книга будет рядом с Романофф, ей будет легче. Сам понимаю, что это глупо и наивно, но надежда остается. Я подхожу к серой деревянной двери, прикасаюсь к ручке. Эту дверь я изучил до мельчайших подробностей. Шероховатости, маленькие вмятины, кое-где облупившаяся краска. Сделав глубокий вдох, захожу в палату. Здесь ничего не изменилось со вчерашнего дня. Да, и вряд ли, что-то изменится завтра, послезавтра, через неделю. В палате стоит запах лекарств, который не перебивает даже аромат ромашек, стоящих у изголовья кровати. В палате слишком ярко, Наташа не любит солнца. Задергиваю шторы, подхожу к кровати и сажусь рядом с ней. Наташа уже сливается с постельным бельем. Лишь рыжие кудри, разбросанные по подушке, бросаются в глаза. Губы, раньше ярко алые, сейчас мертвенно бледные. Я до безумия хочу прикоснуться к ним своими губами, или просто увидеть ее улыбку и услышать тихим шепотом мое имя: «Клинт». Пожалуйста, открой глаза, я хочу с тобой просто поговорить. Мне не нужно большего….

Если ты улетишь сегодня, Хочу сказать, что люблю тебя. Надеюсь, ты слышишь меня, Надеюсь, ты чувствуешь меня рядом.

Я сижу перед Наташей. За окном уже ночь. Время рядом с ней летит очень быстро. Я смотрю на Наташу. Она все еще дышит. В голове проносятся миллионы мыслей. Я не успеваю за ними. Я продолжаю смотреть на девушку, которую люблю. Это правда ты? Или машина, которая поддерживает в тебе жизнь. Благодаря которой кажется, что все еще есть надежда. Надежда на то, что я когда-нибудь смогу сказать тебе в глаза, что я тебе благодарен за все. За то, что ты тот маленький лучик света, который озарял мою серую жизнь, наполнял смыслом. У тебя единственной был талант разговаривать и с моим разумом, и с моим сердцем. Простыми словами жизни….

Если ты улетишь сегодня, Хочу попросить прощения За то, что никогда не говорил этого, Когда мы были друг перед другом...

Наутро сердце Наташи остановилось. Губы навеки застыли в полуулыбке, кожа осталось бледной, как снег. И она больше не открыла глаза. И никогда их не откроет. И вот я стою перед твоей могилой и уверяю себя в том, что мы когда-нибудь встретимся. Когда придет моя очередь, идти на другую сторону. Туда, где ты меня встретишь, где я снова обниму тебя и увижу твою улыбку. А сейчас, я смотрю на твой портрет, вытесанный на этом камне, и понимаю, что ты всегда преподавала мне уроки. Уроки жизни. Это был твой последний урок….

Не воспринимать как должное То время, которое нам отведено И оказывать свою заботу. Найти путь к разуму И к сердцам близких, Пока они здесь, И чаще говорить "Я люблю тебя..."

Я часто буду приходить к тебе, Наташа. Рассказывать, как прошел мой очередной день, день без тебя. Буду приносить твои любимые ромашки. Специально ездить за ними в Россию. Ты же их так любишь. Буду читать тебе книгу «Начало конца». Ты ее закончила читать на середине. И, самое главное, я буду говорить тебе, что я люблю тебя, Наташа Романофф. И это, пожалуй, последнее, что я не успел сказать тебе. Но я надеюсь, что ты меня там услышишь. Ведь услышишь?

Если ты улетишь сегодня, Хочу сказать, что люблю тебя. Надеюсь, ты слышишь меня, Надеюсь, ты чувствуешь меня рядом. Если ты улетишь сегодня, Хочу попросить прощения За то, что никогда не говорил этого, Когда мы были друг перед другом...