Не отдавай меня никому

- Эй, Ван Хельсинг! – насмешливо крикнул граф. – К тебе гости! Благодаря этой милой леди твоя никчемная жизнь продлится еще какое-то время. Я, правда, поначалу не хотел на это соглашаться, но она была так настойчива и так обворожительна, что я не устоял! – он расхохотался. Зачем он издевается? Каково брату его слушать? А слышит ли брат вообще или он без сознания? Граф прикоснулся к моему плечу: - Не буду вам мешать. Подожду наверху, - и вышел. Я подошла к брату и осторожно погладила по окровавленной голове. - Гэбриел, братишка, миленький… Брат медленно поднял голову и открыл налитые кровью глаза. Лицо его было опухшим, все в ссадинах и кровоподтеках. - Аликс? Неужели? – еле слышно проговорил он. Слова давались ему с большим трудом. – Дракула сказал, что я убил тебя. - Нет! – я покачала головой. – Я жива! Видишь, даже смогла придти к тебе! - Прости меня, сестра! – голова Гэбриела снова бессильно упала на грудь. - Ну что ты… - я обняла его, и слезы градом покатились из глаз. Какое-то время я просто стояла рядом и плакала, пальцами пытаясь вытереть кровь с лица брата, потом принялась его утешать: - Граф обещал сохранить тебе жизнь, пока временно, но… Я клянусь, я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы он тебя совсем отпустил! Язык мой – враг мой! От избытка чувств я, похоже, забыла, с кем разговариваю. В полутьме глаза брата буквально полыхнули огнем ярости. - Не смей! – зашипел он. – Слышишь, не смей перед ним унижаться! Я лучше сдохну здесь, чем приму подачку из его рук! - Замолчи! – не выдержала я и прижала ладонь к его губам. – Больше не хочу слушать подобное! Мне надоела ваша ненависть! Вы эгоисты и думаете только о себе, о том, как бы побольнее отомстить друг другу. А о моих чувствах не думает ни один из вас! – я прислонилась лбом ко лбу брата и горячо зашептала. – Пойми, я люблю его! Больше жизни люблю и все за него отдам! Но у тебя нет повода для волнений: я не твоя Анна и не покончу с собой, когда мы расстанемся, а буду жить дальше и радоваться, потому что граф не единственный, кто у меня есть! Не знаю, пробрало брата или нет, но он молчал и больше не сверкал глазами. А я вдруг почувствовала себя очень уставшей. Все-таки подобные пешие прогулки и душевные переживания на следующий день после проникающего ранения – не так уж легки. - Гэбриел, мне, пожалуй, пора, я должна отдохнуть, - я поцеловала брата в лоб. – Я завтра опять к тебе приду. Мне показалось, что брат еле заметно кивнул. Или это в глазах помутилось? Придерживаясь за стены, я поплелась к выходу. Наверху меня ждал довольный граф. - Как прошло свидание? – поинтересовался он. - Великолепно! – я прижалась к нему. Якобы из-за нежности, но на самом деле, чтобы не упасть. – Влад, я понимаю, что это уже совсем нагло, но не мог бы ты хоть немного улучшить условия Гэбриела? Соломки в угол постелить, цепи частично снять… Граф рассмеялся и поднял меня на руки. - Я подумаю над этим. А пока тебе самой, пожалуй, нужно улучшить условия. Я имею в виду теплую постель и хороший здоровый сон. На следующий день я завтракала в одиночестве – у графа нашлись какие-то неотложные дела. Он заявился ко мне сразу после трапезы: в красивом парадном камзоле, необычайно торжественный, молчаливый, и, что самое странное для него, застегнутый на все пуговицы. Проигнорировав мой удивленный взгляд, граф поздоровался и произнес: - У меня к тебе серьезный разговор, Александра. Давай присядем. Как я не люблю эти «серьезные разговоры»! Подобное начало не предвещает ничего хорошего. Так всегда говорят, когда хотят сообщить что-то неприятное, но с наименьшим для себя ущербом. Пожав плечами, я села в кресло и выжидающе уставилась на графа. - Мы уже два месяца живем в замке, никому не показываясь на глаза, - начал объяснять граф. – За это время я получил много приглашений на приемы, и на некоторых из них мне необходимо присутствовать. Поэтому вскоре я буду вынужден временно переехать в столицу, а ты – вернуться в свое поместье, или тоже в город, как захочешь. Поэтому мы должны решить, как быть дальше. Конечно, можно продолжать встречаться и так, было бы желание. Но ты ведь сама понимаешь, что долго это продлиться не сможет. Я понимала. Так же как понимала и то, куда клонит граф. Не сказать, чтобы я совсем не ожидала, нет, я знала, что рано или поздно этот разговор состоится, и была готова к нему. Но не сейчас… не сразу после того, как я… Вот и спасай после этого жизни мужчинам! - Скажи, тебе хорошо со мной? А это он к чему спрашивает? Хочет на прощание еще раз убедиться в своей неотразимости? Захотелось сказать что-нибудь колкое и обидное, но… зачем? Мне ведь действительно было неплохо… - Да, мне было хорошо с тобой, - сделав ударение на слове «было», ответила я.