Дьявол с душой

      Pov Лео       Я был в лёгком недоумении. Когда в мужском туалете меня окружила тьма, и я начал терять сознание, я определённо помнил, что происходило. Мистика, там была настоящая мистика! Сперва летающая швабра, дверь, что сама собой открылась и те шаги без человека, это было всё так необычно, я не мог это взять из своей головы и выдумать! Меня словно что-то спасло. Нет, точнее говоря, кто-то спас. Мне казалось, что я умру, прямо там, в этом вонючем туалете, в окружение Алана и его прихвостней. Моё сердце болезненно сжималось от каждого слова, что они мне говорили, от тех угроз, что Алан мне говорил. От всех тех гадостей, что они сказали про Виктора. Мне было очень больно и страшно. Больше всего на свете я сейчас боялся потерять единственного близкого мне человека. Пусть мы знакомы всего один день, но от чего-то мне кажется, что знакомы были мы всю жизнь. Словно всё это время единственным, кто держал меня на земле, не давал наложить на себя руки и просто сдаться, был Виктор. Словно я всегда был только под его защитой. Словно он всё это время присматривал за мной. Следил, чтобы не наделал глупостей, и вытаскивал меня из передряг. В одном я сегодня точно убедился. Этот альфа не от мира сего, и кем бы он ни был, Ангелом или Демоном, я всё равно останусь верен ему. Его отношение ко мне заставило поверить наивного бедного мальчишку вроде меня, что в этом жестоком мире всегда найдётся хоть один человек, что отнесётся к тебе с любовью и заботой. Для меня таким человеком стал Виктор. И даже если я ошибаюсь, и он не ангел, а демон, и пришёл он чисто за моей душой, я останусь слепым. Я прощу ему это, потому что за всю свою жизнь, я ещё не встречал столь доброго самца. Виктор повернулся ко мне спиной, оставляя одного в гостиной. А сам неспешным шагом побрёл в сторону ванной комнаты на втором этаже. Ванная сейчас была бы очень кстати. Очень тяжело лежать на спине, и сидеть, особенно когда тебя долго бьют кожаным ремнём по попе просто так, становится весьма неприятно и больно. Неприятно из-за мысли, что ты ничего не сделал, а тебя наказывают. Я послушно остался сидеть на диване, и ждать моего альфу. Почему «моего»? Потому что, это единственный близкий и родной мне человек, кто неизвестно как, но помог мне в колледже. Я был ему очень благодарен, не смотря даже на то, что все эти галлюцинации, возможно, начало моей шизофрении, но, тем не менее кто-то принёс меня в дом. А если Виктор утверждает, что нашёл меня в уборной, значит, так оно и было. Я не думаю, что Виктору есть смысл врать мне. Виктор, поднявшись наверх, зашёл в ванную комнату. Наверху послышался звук льющейся воды, похоже, Селори начал набирать мне ванную. Я был смущён от мысли, что парень собирается меня вымыть, всё же есть кое-какие места, которые оголяя их при других, я сильно смущаюсь. Однако спорить с Виктором я не решился. Если хочет помыть, пусть моет, но, то, что я буду сильно краснеть, никто не отменял. Виктор добавил в воду пены для ванной, сделал воду потеплее, чтобы я не замёрз. Потом добавил для красоты лепестков роз, и зажёг парочку ароматических свечей, видимо, для большей красоты или вряд ли, конечно, атмосферы. Подготовив мне чистое полотенце, мужчина достал из своего шкафа чистую футболку, взял ту, что была подлиннее, специально, чтобы моя попка и все ниже пояса было прикрытым. За это ему спасибо. Я уже весь в ожидание сижу, молча смотря в стену. Зад жутко болит, а мысли полностью спутаны между собой. Кажется одно, а думается совсем другое. Я замечаю высокий силуэт, и эти красивые красные волосы, Виктор спускается вниз по лестнице. Я ему радостно улыбаюсь и встаю на край дивана, на колени. Мужчина подходит ко мне и очень осторожно берёт на руки. Так, словно я малое дитя, а он мой любимый и заботливый родитель. Вижу, как он улыбается, и осторожно подползаю ближе, тянусь ручками к нему, всем своим видом прошусь на ручки. Со стороны я, наверное, и правда, как дитя. Виктор шутливо улыбается, и осторожно берёт меня на руки, прижимает к себе, так нежно и ласково. Как же я люблю его сильные мужские руки. - Виктор, прости, если я спрошу у тебя много лишнего, но скажи мне... — Я делаю небольшую паузу и смотрю в его глаза. Он настораживается, и это не скрыть. Я не боюсь его взгляда, я готов к любому ответу, но, тем не менее, задаю свой вопрос. Вопрос, который как мне кажется, я просто не могу не задать. — Почему ты помогаешь мне? Знаешь, люди, которых я знаю, не могут просто так кому-то помочь. Всегда нужно что-то взамен. Ты ещё ничего у меня не взял, ты только отдаёшь всю свою доброту и заботу мне. Случайный прохожий, а предлагаешь мне остаться у тебя дома, совершенно ничего обо мне не зная. Спасаешь от одногруппников, лечишь раны, заботишься обо мне так, словно я знаю тебя очень долгое время, а ты меня ещё дольше. В чём секрет? На этом я замолкаю. Смотреть ему в глаза я боюсь. Не могу пересилить себя, мне страшно. Сейчас он посмотрит на меня, наорёт и выгонит ко всем чертям! Боже, как же я боюсь его ответа. Мне так страшно, словно после моего вопроса всему счастью настанет конец. Виктор прикрывает глаза и слегка поворачивает голову в сторону, но тем не менее не оставляет меня, и не спеша делает шаги к лестнице. - Я ждал этого вопроса. — Спокойно отвечает он мне. — Несмотря на то, что мы знакомы почти ничего, я помогаю тебе не потому, что хочу поставить галочку на добрых поступках, и не потому, что мне хочется привлечь твоё внимание. А потому что, я чувствую, что твоя душа слишком долго страдала. Что твоё сердце перестало биться от радости. Там в переулке, когда я увидел твои глаза, наполненные болью, страхом, отчаянием... мне стало тебя жаль. Достаточно было всего один раз взглянуть в твои глаза, и сразу прочитать в них всю сложность твоего положения. Сам подумай, омега весь в слезах поздно ночью, без денег, друзей или семьи, без дома и места ночлега. У меня сердце сжалось от боли, я не мог оставить тебя на улице. Можешь думать, что хочешь, но после того, как я взглянул в твои глаза и почувствовал всё то, что ты испытываешь каждый день, мне захотелось помочь. Помочь тебе начать жизнь с чистого листа. Захотелось увидеть счастье в твоих глазах, увидеть улыбку, услышать звонкий смех. Я не могу понять что именно, но что-то связало нас. Я буду твоим ангелом, если ты захочешь. — Отвечает мне почти на одном дыхание Виктор. Мне от его слов, становится так хорошо, но и больно одновременно. Я хочу расплакаться и, бросившись к нему на шею, плакать и просить его быть рядом всегда. А больно мне от мысли, что он никогда не примет меня. Не примет, как свою избранную омегу. Боюсь правды, его слов касаемо нас. Я не хочу его терять. Хочу крепко обнять и вдыхать его запах. Боже, я чувствую его. Чувствую в нём своего альфу. Возможно ли такое со второго дня знакомства? Мне абсолютно плевать, главное — это то, что я хочу быть с ним. Виктор ощущает мою слабость, и, судя по всему, замечает боль и тоску в моих глазах, видит это отчаяние, и хочет заставить меня улыбнуться. Осторожно прикасается своей щекой к моей, и не спеша начинает тереться ею об мою. Мне становится очень приятно. Я чувствую себя чуть лучше, но на этом парень не останавливается. Он поворачивает мою голову к себе и заботливо вглядывается в мои глаза, нежно приникает губами к моей тёплой и красной щёчке, и дарит мне один очень тёплый поцелуй. От его ласк мне становится заметно лучше, я уже не грущу. Я улыбаюсь слегка краснея. Хочу ещё один поцелуй, и нежно отвечаю взаимностью на его подарок. Самостоятельно, по своему желанию касаюсь губами его губ. Одариваю его ответным поцелуем и игриво кусаю за мочку ушка. На губах Виктора появляется улыбка. Уголки его губ не спеша расползаются в довольной улыбке, я замечаю этот коварный взгляд, и настороженно смотрю на парня, улыбка не сходит с моих губ. Сейчас мы подобно животным, общаемся только жестами и своеобразными ухаживаниями. Альфа, поднявшись на второй этаж, идёт в ванную, я обвиваю его шею руками и кладу голову на сильное плечо. В том, что Виктору приятно от всего этого, нет сомнения. Я это чувствую. *** Виктор поднимается по лестнице не спеша, делая маленькие и осторожные шаги наверх, дабы не упасть и не покалечить себя и омежку. Проходит по узкому коридору, в котором то и дело помещаются только они, ноги Лео чуть ли не касаются стен, но это в прошлом. Большая красная дверь, которую альфа приоткрыл ногой, вывела парней в большое помещение. Здесь было так просто и свободно. Тут стояла большая и широкая ванная на двоих, комната была окрашена в красно-золотые тона, что было достаточно броско, но глаза не резало. Большое зеркало над раковиной, унитаз и небольшая дверь светло-синего оттенка. Она вела в ещё одно помещение. Там стояло большое джакузи с прозрачными стенками по бокам, из-за которых можно было лицезреть довольно-таки симпатичную картину. Джакузи было немного повыше ванной в объёме, но, тем не менее покупка была стоящая — так думал Виктор. Пронеся омегу к ванной, альфа осторожно поставил парня на пол. Чуть наклонившись корпусом к омеге, альфа стал снимать с него футболку. Затем, отложив её осторожно на крышку стиральной машины, помог парню снять джинсы и носки. Когда дело дошло до трусиков омеги, то Лео отвернулся смущённо. Альфа, улыбнувшись, посмотрел на него, осторожно приобняв парня за плечи, Виктор повернул парнишку к себе личиком. - Ты боишься меня, малыш?— спрашивает он ласково. - Н-нет, я стесняюсь. — Отвечает скромно омега. Альфа ласково целует парня в губки, и шепчет ему на ушко. - Не бойся, я не причиню тебе вреда. Или ты боишься, что я увижу твоего дружка голым? — Лукаво улыбаясь, спрашивает демон. Такие слова повергают омегу в стыд, и он, краснея, закрывает личико руками, альфа же не позволяет ему этого сделать. Он нежно прижимает к себе парня, одной рукой плавно гладит его распущенные волосы, другой рукой поглаживает животик, и очень осторожно скользит рукой вниз по телу. Рука Виктора, ложится на бугорок трусов парнишки, отчего Лео прикусывает нижнюю губу и смущённо отводит взгляд в сторону. Альфе этого мало, он осторожно встаёт перед омегой на колени, и сжимает рукой член Лео. Отчего малыш прислоняется руками к стиральной машине и, прикрыв глаза, сдавленно стонет. Виктор, ожидая подобной реакции, коварно улыбается. - Я только коснулся твоего малыша, а ты уже стонешь? Могу поспорить, никто, даже ты сам, раньше не ласкал своего дружка. Омега краснеет и смущённо мотает головой. - Это надо исправить, малыш... — сладко шепчет альфа. Демон осторожно прикасается губами к бугорку на ткани трусов. Начинает покусывать губами малыша омеги, осторожно цепляет зубами ткань трусиков, и стаскивает их вниз. Взору демона, открывается уже возбуждённый дружок омеги. Коварная улыбка на устах Виктора всем своим видом показывает, что ему нравится весь этот смущённый вид омеги. Его взгляд, милая и смущённая улыбка, румянец на щеках, Виктору, безусловно, всё это нравится. И он не скрывает своего довольного взгляда. - Не бойся, я не кусаюсь, — отвечает альфа, осторожно касаясь язычком головки стоящего члена. Малыш весь содрогается в лёгком, от удовольствия, шоке. - Не лежи его... — Шепчет омега, но его слов никто не слышит. Альфа продолжает наступление. Взяв рукой член за основание, парень начинает обводить кончиком языка всю головку члена, задевая иногда уздечку. Омега просто сходит с ума, это его первый минет в жизни. Постанывая, парень начинает прерывисто дышать. Альфа же, вовсю забавляется с членом. Сперва вылизывает головку так, словно это леденец в руке ребёнка, затем столь же осторожно, начинает рукой мять мошонку, а язычком водить вдоль, по всей длине члена Лео. Эванс чувствует, как жар охватывает его, как земля уходит из-под ног. И если бы в качестве опоры не стояла стиральная машина, парень бы просто упал. Едва стоя на своих подкашивающихся ногах, омега кладёт руку на голову альфы, и начинает перебирать его волосы, иногда слегка сжимать. - Ах, Виктор... — Первый раз с губ омеги слетает имя демона во время минета. Малышу становится мало одного лишь полизывания, и он начинает нервно подёргиваться и ёрзать. Альфа кладёт одну руку на более-менее здоровую ягодицу парня, и слегка сжимая, отпускает и шлёпает парнишку. Тот взвизгивает и стонет громче. - Какой же ты у меня пошлый, оказывается... — Полушёпотом говорит альфа. Омега сильнее сжимает волосы альфы, это служит сигналом для демона. И он приступает к основному захвату омеги в «плен». Альфа вбирает в ротик полностью головку, а затем уже и весь член целиком. Стараясь не прикусить кожицу на горячем органе, Виктор начинает, сперва не спеша, а затем учащённее двигать головой вверх и вниз, посасывая член омеги. Лео, от столь приятных действий, сходит с ума. Он, не сдерживая себя, срывается на полу крик, и, не сдержавшись, прогибается в пояснице и кончает прямо в ротик альфы. Альфа, совершенно спокойно принимает его семя, и все глотает. Весь красный, словно рак, омега тяжело дышит и чувствует, что ещё одна минута на ногах, и он просто рухнет на пол. Альфа слизывает все капельки спермы с члена омеги, а затем, очень осторожно вставая с затёкших колен, и приобнимая омегу, берёт его на руки так, словно Лео не весит ничего. - Ну? И как ты себя чувствуешь, малыш? — спрашивает альфа, заботливо целуя омегу в щёку. - Это было... просто... восхитительно! — отвечает омега, усталым голосом. Альфа, понимая какого ему сейчас, осторожно кладёт малыша в ванную, а затем, встав перед ним на колени, начинает гладить одной рукой плечо омежки. Эванс осторожно приподнимается, и кладёт руки на бортик ванной, сам он чуть приближается к личику альфы, и начинает тереться своим носиком об его. - Виктор? - Да? — Отвечает вопросом на вопрос, альфа омеге. - Тебе не стоило этого делать, — ответил смущённо омега. - Нет, стоило. Тебе стоило отдохнуть. — Улыбается с лёгкостью альфа. - Но. Мы ведь не любовники, чтобы ты мне минет делал. Просто так. — Отвечает растерянно омега. Альфа молчит где-то минуту, может, чуть больше. А затем, поднимая взгляд на омегу, отвечает ему, слегка смягчая коварную улыбку на нежную и заботливую. - Малыш, именно об этом я хотел бы с тобой поговорить. Лео, я знаю, мы знакомы всего ничего... И я также понимаю, что взаимностью ты вряд ли ответишь... но я все же рискну. — Виктор делает небольшую паузу, а после, ловя на себе удивлённый взгляд омеги, отвечает, голосом полным уверенности. — Ты будешь моим омегой?