Перед Новым Годом

Предновогодняя суета оказалась значительно хуже, чем ожидал Станислав. Вознамерившись отметить Новый Год с шиком, раз уж повезло оказаться на станции, к тому же далеко не на самой захудалой, Тед и Полина развели кипучую деятельность по превращению будничной обстановки корабля в праздничную. Желание ребят поразить Дэна «атмосферой праздника» дополнительно усугубляло ситуацию. Первым ретировался Михалыч. Исчезнув в глубине машинного отделения и заблокировав вход как электронным замком, так и чем-то тяжелым для надежности, техник игнорировал Полинины уговоры вернуться, раздававшиеся по комму и через дверь. Следующим сдался Вениамин, позорно сбежавший в город «за медикаментами, а еще в местной больнице просили помочь». Оставлять помещение медотсека на растерзание разбушевавшейся Полине было жалко, но пришлось. Сам Станислав стойко выдержал: представление «повесь на Котьку праздничный ошейник», украшение санузла с подбором «тематической новогодней прессы» для циклобокса, украшение коридора и предложение Маши перевести ночную подсветку корабля в статус гирлянды, препирательства о елочных игрушках и наглядную демонстрацию недовольства Теда в лицах, поимку кошки, укравшей дождик, и последующую утилизацию этого дождика… Но после жаркого спора о цвете мишуры в пультогостиной и затеи украсить каюты в соответствии с характером обитателя даже стойкий капитан самоустранился, сочтя, что штурм елки не входит, в конце концов, в его профессиональные обязанности. Теперь же капитан разбушевавшихся мозгоедов сидел у себя в каюте, но это его не спасало. Тед и Полина, поручив Дену украшение всех незапертых кают, осаждали Станислава через дверь. … «Капитан, ну хоть шарик над дверью? Благородного цвета!»… «А нам нужна вата на бороду Деду Морозу»… «Станислав Федотович, пустите меня украсить вашу каюту, все будет прилично!»… «А пиво в праздничной упаковке идет по акции, можно больше купить»… «А капитанское кресло можно украсить?»… После десятого или одиннадцатого раза космодесантник (а они, как известно, никогда не бывают бывшими) понял, что время тактического отступления из осаждаемого укрытия пришло. — Маша, найди запись храпа и поставь на воспроизведение в моей каюте. И погромче. А также сообщи, когда в общем коридоре никого не будет. — Сбегаешь, милый? — укоризненно спросил искин. — Отступаю, — поправил ее Станислав и подкупающе предложил. — Можешь покомандовать украшением елки вместо меня. — Это так романтично! — раздалось в ответ, а затем в каюте зазвучал размеренный капитанский храп. Не трудно было представить, чем подобное разрешение закончится, но сейчас спокойствие капитану было дороже. А елка… На елку можно, в крайнем случае, не смотреть. Подкуп Маши был произведен не зря, и при первой возможности Станислав выбрался из каюты и прокрался в грузовой отсек. Соблазн сбежать по примеру Вениамина в город был велик, но оставлять корабль без присмотра во власти новогодней лихорадки не хотелось. А то, чего доброго, эти олухи еще и Михалыча украсят. Если, конечно, достанут. Пройдя мимо ближайших к выходу грузов и чудом не споткнувшись о разбросанные Полиной коробки с игрушками и всякой ерундой («Какая разница, как я их сложила, мы же не в полете!»), Станислав спрятался за контейнерами с несрочными доставками. На его удачу, на контейнеры можно было сесть и даже вполне удобно прислониться спиной. Хотелось спать. Капитану вспомнилась утренняя угроза Вениамина, разозлившегося на Полину за перевернутую аптечку, подсыпать всем в чай снотворное, а также то, что доктор вместе со всеми чай-то не пил. Перебирая в уме события дня, Станислав сам не заметил, как задремал. Сквозь сон до него донесся шорох открываемой двери, и глаза пришлось открыть. Контейнеры надежно прятали капитана от вошедших, но закрывали обзор и ему. Раздались голоса Полины и Теда, последний, видимо, проиграл в очередной перепалке, потому как бурчал, что теперь, мол, от капитана поддержки не дождешься, и некому подругу унять. Ребята забрали какие-то коробки, и дверь прошуршала еще раз. Станислав снова погрузился в дрему, когда ему почудилось, что дверь открылась вновь, но больше звуков не последовало. Через полминуты пред ним бесшумно возник Дэн, посмотрел на засыпающего капитана и сообщил: — Я во всем разобрался. — Разобрался? — сонно уточнил капитан. — Да, — кивнул навигатор. — Я провел анализ имеющихся данных о поведении и сделал вывод. И затем нашел вас. Правильно? — Правильно, — согласился Станислав машинально, не особо понимая о чем говорит Дэн. Похоже, о его побеге из каюты, раз тот его нашел. Капитану невыносимо хотелось, чтобы его оставили в покое и дали, наконец, уснуть. Но кто видел, чтобы их навигатор удовлетворился одним простым ответом? — Я долго думал? — Хм, — Станислав помолчал. Он догадывался, что киборг раскусит его обман сразу, как только услышит храп, но надеялся на силу капитанского авторитета. — Я и не рассчитывал, что тебя удастся обмануть. Неудивительно, что ты сразу понял. Дэн покачал головой: — Я потратил слишком много времени, чтобы понять, — тут капитан мог бы возразить, что не достаточно много, поскольку толком поспать ему так никто и не дал. — Процессор должен анализировать информацию успешнее мозга, но получается, что люди понимают быстрее. — Люди… Тед с Полиной тоже сообразили? — это Станислава совсем не радовало. Если они и сюда доберутся, то ему действительно останется только сбежать в город. — Тед с Полиной… Не уверен, — Дэн заметил реакцию капитана и заинтересовался. — Это страшно? А почему? — Да достанут же вопросами! Если эти двое сюда явятся сейчас… — Не явятся, — возразил киборг. — Они заняты елкой, спорят с Машей, настаивающей на использовании подходящего имущества Теда для "внесения пикантной нотки в праздничный интерьер корабля". — Вот и славно. — Капитан, — неожиданно бодро начал Дэн после небольшой паузы, — я понял причину анализируемого поведения, оценил свое отношение к ней, возможное развитие событий, и заинтересован в положительном исходе. Можно действовать по своему усмотрению? «Видимо, и ему надоел этот предпраздничный дурдом», — подумал Станислав про себя, а вслух сказал: — Действуй. Только спать не мешай. Если Дэн собирался, например, отпереть машинное отделение, чтобы отвлечь Теда с Полиной, тогда со сном точно придется попрощаться. — Вы планируете спать здесь? Это анатомически неудобно. — Зато акустически тихо. Хочешь сказать, что Тед и Полина не бегают к моей каюте со своими вопросами, несмотря на раздающийся храп? — и, дождавшись кивка от навигатора, добавил. — Вот то-то и оно. Дэн улыбнулся, подошел, сел на пол рядом со Станиславом и положил голову ему на колени. Капитан опустил руку ему на макушку, запуская пальцы в волосы, и только потом уже удивился: — Хм? — Это не должно мешать вам спать, — пояснил Дэн. Это не было похоже на борьбу с локальным дурдомом. И вообще на борьбу хоть с чем-либо. Не то чтобы Станислава не устраивал этот вариант, очень даже наоборот, но теперь уже ему требовались объяснения, и он поинтересовался: — А если бы не было этого уточнения, что бы ты предпринял? — Я бы попробовал вас поцеловать, — сообщил навигатор. — У меня не слишком много данных об этом процессе, но вероятность успешного выполнения подобной задачи оценивается в 85%. — Так, — протянул Станислав. Стало понятно, что весь предыдущий разговор они вели, подразумевая совсем не одно и то же. — А в чем конкретно ты разобрался? — Я что-то не так понял? — навигатор хотел поднять голову, но рука капитана помешала ему это сделать, а в следующий момент у Дэна запищал комм. Поддавшись любопытству, Станислав тоже глянул на экран, который навигатор поднес близко к лицу. «Дэнька, мы больше так не будем… Только отклей мишуру!» — гласило сообщение от Полины. — Что ж ты там приклеил-то? — задумчиво спросил капитан. — Полина попросила меня украсить ее каюту. Сказала, что хочет чего-нибудь зоологического, новогоднего и захватывающего одновременно. Я изобразил на стене из мишуры разноцветную змею, открывающую пасть прямо над изголовьем, и надпись «С новым гАдом!». А чтобы покрепче держалось, приклеил клеем из запасов Михалыча. Откуда я мог знать, что Полине не понравится? — Дэн пожал плечами. — Зато теперь, кажется, я освобожден от дальнейших работ по "украшению" корабля. «Знал, паршивец», — с усмешкой подумал Станислав. Талант Дэна немыслимо извращать техническое задание, не выходя при этом за рамки инструкции, неустанно поражал его. — Я разобрался в вашем поведении, — сообщил навигатор, возвращаясь к обсуждаемому вопросу. — Оценил и проанализировал различные изменения в интонациях, в гормональном фоне, в мимике, в скорости речевого сигнала и жестов, и классифицировал это как заинтересованность сексуального либо романтического характера. — Твою ж мать! — искренне поразился Станислав. — Ты бы еще в процентных диаграммах показал. — ...и я решил, что я вам нравлюсь, — стушевался Дэн. — Молодец, правильно решил. — А потом провел аналогичный анализ своих реакций по тем же признакам, — капитан кашлянул, и навигатор закончил. — И понял, что вы мне тоже. И что мне хотелось бы, чтобы это имело какой-то результат. В смысле, кажется, это называется отношениями. И как только я разобрался — сразу пришел к вам. — Так вот о чем был разговор, — усмехнулся капитан. — Я подумал, честно говоря, что ты про мой побег из каюты. — Это не представляло для меня загадки, — возразил Дэн. — В тот момент я украшал каюту Вениамина Игнатьевича, дверь была открыта, и я прекрасно слышал, что вы ушли… То есть, ваши ответы относились не к моим выводам? Так я долго думал? Вы сразу поняли, что я… что вы мне тоже нравитесь? Вам пришлось ждать? — Слишком быстро и слишком много думал, — пробурчал Станислав, лениво массируя голову киборга. — Ничего я не понял. Я даже не особо рассчитывал на ответ. И, Денис, можно я хоть немного посплю? Дэн задумался. Если верить тому, что он прочитал и посмотрел про любовь, чтобы разобраться в происходящем, то при разговоре о чувствах у капитана должно было пропасть желание спать. И, вероятно, возникнуть ряд других желаний. Он ошибся при анализе? Нет, капитан подтвердил вывод. И рука вот его... Может, дело в том, что Станислав - бывший космодесантник, и у них какие-то другие реакции? С другой стороны, капитан же вечно ворчит, что у них на «Космическом Мозгоеде» все не как у людей. Видимо, и отношения тоже. — Станислав Федотович, — Дэн вспомнил очередной интересующий его вопрос, вновь выдернув капитана из дремы. — Тед с Полиной утверждают, что на Новый Год надо дарить подарки. А я вам подарок не купил. — Не купил и не купил, и так нормально. — А, может быть, я себя вам подарю? Я читал, что у людей, у которых отношения, бывает подобная практика. Правда, Полина говорит, что хороший подарок желательно упаковать в красивую коробочку и завязать ленточкой, а коробки моего размера у нас нет, но если… — Никаких если, — оборвал его Станислав. Объяснять сейчас киборгу, почему это плохая идея, ему не хотелось. — Считай, что ты поздравил меня вот сейчас, еще до Нового Года. — А так можно? — Можно. И дай хоть полчаса поспать? В качестве бонуса к подарку… — Я тогда тоже посплю, — решил Дэн, пересаживаясь поудобнее, и снова укладывая голову на колени капитану. Но поспать Станиславу не удалось, так как комм Дэна требовательно запищал. — Дэнечка, — голос у Полины был встревоженный. На заднем фоне раздавался шум, ругань Теда, мяуканье кошки, и язвительные замечания Маши. — Дэнечка, ты нам срочно нужен. Тед локтем задел елку, и она рухнула на него и на Котьку… А я поднять елку не могууу… А тут еще все попадало… Если капитан увидит... — Увидит, — мрачно пообещал капитан, вставая. — И теперь уже точно прекратит это безобразие. Корабельные часы показывали половину первого. Предновогодние сутки обещали быть веселыми.