В усталости есть и свои плюсы

Время неумолимо шло вперёд. Послевоенный период был в самом разгаре: новая власть в лице опытных вояк, недостаток целого жилья, энергона и топлива. У всех была работа, все были под присмотром закона, который не позволял образовываться стычкам на почве несправедливой победы или на основе межфракционной вражды. На десяток шахтёров-десептиконов была дюжина автоботов и так почти во всех сферах деятельности, чтобы фактически проигравшие лиловозначные не чувствовали себя вновь тупой рабочей силой. Естественно некоторые особо одарённые представители алой фракции подобному к себе отношению порой противились, однако их быстро усмиряли сознаковцы свыше. И всё же вся эта восстановительная чехарда не была без раненных: кого зажало между глыбами в шахте, кто натолкнулся на ульи инсектиконов или, что ещё хуже, скраплетов, а кого ранили в редких, а от того массовых... ах, шлак... почему бы просто не смириться или порадоваться тому, что Мир наступил спустя тысячи ворн перестрелок? Почему никто не собирается примириться со своим сородичем под боком в тесных отсеках, пуская бессмысленно энергию на актив во время перезарядочного цикла из-за недоверия к своему соседу? Алый спорткар понёсся по шоссе от медцентра к учреждению управления Аякона. Нокаут должен был лично доложить дела в породнившемся здании расширенной медицинской помощи. Особенно большой медкорпус алолинзовому стал нравится после той, греющей Искру, ночи. С того интригующего совместного оффлайна их с главврачом отношения словно вышли на новый уровень, правда, такой… шаткий. Вне рабочего времени медики не знали, как друг к другу относиться – ни то продолжать чисто дружеские отношения, ни то становиться ближе. Вопросы так и витали в воздухе. Бывший десептикон с радостью бы променял это поездку на ту сложную операцию, что делал сейчас Рэтчет. Просто из-за свободного времени в незанятом процессоре вертятся такие мысли, такие переживания вдруг возникают, что хоть обнуляйся целиком и полностью. Да, конечно же колёсник раньше влюблялся, жил даже в партнёрстве с одним небезызвестным стантиконом, но это всё казалось такими давними событиями, что появившееся вновь странные чувства казались до глюка пугающими и странными… В поле зрения замаячило здание временного Совета, объединявший в себя три фракции, чтобы знать мнение каждой о чем-либо и принимать соответствующие решения. Эх, бедные нейтралы – они-то натерпелись больше кого бы то ни было, ведь вред был с обоих враждующих сторон… Трансформировавшись у самого входа, изящный медкон поднялся по кривым ступеням и вошёл в просторную залу с центральным лифтом и пятью веерообразными тёмными коридорами, освещённые поначалу лишь неонами лифта и в конце, где располагались ложе-кабинеты «правителей» и их приближенных. Было немноголюдно – несколько охранников да снующие по коридорам и верхним этажам стайки цветастого молодняка, исполняющие роли секретарей, «быстрых дипломатов» и глашатых. Так же было видно, что на это железобетонное строение выделяли мало энергии – сумрачность помещений и неспешащий лифт это доказывали. Впрочем, не удивительно, ведь все энерготрассы в основном прокладывались к космопортам, медпунктам Столицы и близлежащим к ней городкам поменьше. После обращения к одному из нейтральных кураторов, который стоял у стойки, что полукругом огибала цилиндр элеватора, Нокаута направили к главному представителю Нейтралов в целом. Он как раз занимался вопросами общей медицины. Однако высокопоставленной личности на месте не оказалось вообще. Оказывается, тот улетел срочно успокаивать тройку Предаконов, которые подверглись неожиданной атаке пиратов. Хах, вот наивные… Так что направили Полирольку к Айронхайду. М… черный боевикон ему всегда не нравился – слишком жёсткий для своей фракции и от него всегда можно было ожидать подлого приёма, который срабатывал на все сто процентов. Это бесило многих в своё время, однако, когда этого матёрого бойца умудрилась зажать, на тот момент, целая триада Старскрима – боевикону восстанавливали добрую половину его корпуса. Как печально отмечал участвовавший в этой операции Рэтчет: «Восстановить-то мы ему всё смогли, кроме нейроствола – он с тех пор в любой момент может встать на месте, не в силах ни двинуться, ни сказать что-нибудь вслух. Поэтому мы ему запретили трансформироваться и его, после совещания с Оптимусом, отправили на Вайтмун вместе с Крушителями, чтобы они следили за Кибертроном сверху, так сказать». Что ж, вот Хайд спустился с небес на металл и его практически сразу же отправили на высокий пост. Не удивительно – уж лучше опытный инвалид, чем жёлтая амбициозная заноза. Стоило только алолинзовому пройти в автоботскую часть комплекса, как на оптику сразу бросилась пустота окружающего пространства и его тишина. Будто в кабинете ветерана проводилась всепланетарная контрольная и ни единый шорох не должен был беспокоить находящихся внутри. Всё же чуткие аудио уловили сильно приглушённый шум голосов из отсека. Видимо, плохо работает шумопоглотитель… а, нет, дело в другом – крепкие листы дверей из-за неких неполадок смыкались не полностью и несколько сантиметров занятых только воздухом позволяли подглядеть за происходящим внутри… конечно медик понимал, что это нетактично, но… любопытство, куда же тебя деть? Заглушив вентиляцию, медкон подошёл к краю дверного проёма и заглянул в светлую щель. И… и это сложная операция?.. Сквозь мутный обзор из-за шумопоглощающего поля можно было чётко различить две фигуры: чёрную и рыже-белую – до боли в Искре знакомую… Сжав одну ладонь в другой, колёсник продолжил смотреть. Главврач сидел на подлокотнике привинченного к полу крепкого стула и что-то говорил своему товарищу – разобрать слова не удавалось совсем – который в свою очередь стоял практически напротив и внимательно слушал бывшего сослуживца. Вдруг боевикон склонил голову на бок, перехватил пальцами чужой подбородок, заставляя его обладателя поднять шлем для контакта взглядов. Мехи напряжённо замолчали, однако Айронхайд сделал первый шаг, приблизившись к Рэтчету вплотную и наклоняясь для… Нокаут отшатнулся так и не увидев главного, впрочем, и так понятного… такого болезненного и жестокого… Искра вжалась сама в себя от огорчения и разочарования. Он ведь думал, что… шлак… Оставив датопады с отчётами, которые он должен был вкратце зачитать для начальства, главному секретарю у стойки, спорткар ретировался обратно в медцентр. Теперь в процессоре была лишь звенящая тишина. Странно… он ведь взрослый мех, переживший эту шаркову войну и ведёт себя как студент сотневорновой давности, что только-только понял, что такое влюблённость. Значит, та ошибка с отсеками была лишь глупой случайностью… старый медик от усталости просо перепутал координаты отсеков и всё тут… По возвращению в медцентр заместителю главврача сразу же нашлась работа в виде новых пациентов, наткнувшихся на этих дурацких скраплетов. Нужно будет Сирен’йад посоветовать привлечь Предаконов к уничтожению ульев этих паразитов путём сожжения. ^w^ Вечером, после юникроновской дюжины обглоданных на корню конечностей меха разных конфигураций и их восстановления путём протезирования, Нокаут прибывал в общем энергарии. Усталый, как… нет, не хочется сравнивать себя со всяким зверьём… Попивая не спеша слабозаряженный, ни то растягивая удовольствие, ни то ленясь, колёсник думал о том, как теперь вести себя с Рэтчетом. Он ведь, по сути, узнал достаточно компрометирующую информацию про своего начальника и временного предводителя автоботской стороны и её можно использовать… нет, шлак, что за идиотизм?! Правда, он полный идиот – подумаешь не повезло влюбиться с того ни с сего в недавнего военврача и что теперь, мстить за это? Сам автобот об этом, наверное, даже не знает и с этим незнанием его будут бить в спину долбаным компроматом. Алолинзовый стравил горячий воздух из вентиляционных систем. Нет, он не будет делать ничего подобного. От этого могут пострадать целых три репутации и одна из них как раз-таки его собственная, причём самая важная! На воротник монолитной алой брони положили широкую длань. Достаточно привычно – Рэтчет практически всегда так делал, если они сталкивались в «столовой» в одно и тоже время. Приятно… Скосив оптику на бирюзоволинзового меха, медкон лишь приветственно кивнул и продолжил пить свою порцию дальше. - Нокаут? – обеспокоенно позвал старший бот своего подчинённого, присаживаясь рядом на высокий табурет. - Как прошла операция?.. – поинтересовался меньший мех, на этот раз посмотрев усталым взглядом на Рэтчета полностью, сев к нему в пол оборота. - Не плохо, - честно соврал тот, ибо данные об этой операции в базу данных занесены были и даже видеозапись была. Подредактированная. Сменили лишь часы её проведения именно на тот момент, когда главврач был у этого ржавого болта. – Единственное что - я чуть не повредил пациенту речевой блок. Нужно освежить память по процессорам и их строению, - рыже-белый немного улыбнулся. - Что с окуляром? – заметил вдруг широкую тёмную царапину на зрительной сфере Нокаут, которая продолжилась ещё вдоль «слёзной дорожки» на серой лицевой медика. - Турболиса одного из посетителей накинулась и цапнула… ничего серьёзного. Сможешь ведь мне этот пустяк подправить?.. - Конечно, - пожал наплечниками младший мех, допивая энергон. – Сейчас? - Можно, - кивнул друг белковых, изымая из ниши стандарт. – Иди пока в 84-й, я допью и приду. Кивнув бывший десептикон направился в назначенную палату готовить ложемент и приборы для столь тонкой работы, как поправка оптики. Небольшая операция шла довольно быстро, правда, бессловесно. Было ясно, что оба меха хотели что-то обсудить, но будто не решались… Вот засветился последний повреждённый диод красивой бирюзовой оптики. Аж статика по спинной броне прошлась. Так волнительно неведомо из-за чего. Мысленно отдёрнув себя от всяких глупостей, Нокаут положил инструменты в дезинфектор и машинально достал очистительную салфетку, став тщательно протирать ею свои ладони. Поблагодарив коллегу, Рэтчет сел на платформе и выжидательно стал рассматривать своего заместителя, который сразу же это странное, несвойственное старшему боту, поведение отметил, оборачиваясь к недавнему пациенту. Гонщик не сразу понял, что его целуют… вымотанный процессор стал тормозить вдвойне, отдавая контроль подпрограммам, которым алый медик незамедлительно подчинился, поддаваясь старшему навстречу, размыкая губы и денты. Жар сбывшегося удовольствия прокатился по всем системам, оживляя их… к сожалению, пробуждая и память. Зажмурившись, младший колёсник резко отстранился от своего пленителя, протестующе мотая шлемом. - Да как ты так можешь?! – вскочил с места распалённый перебежчик, чуть ли не тараня своей спиной стену палаты. - Что… - растерялся главврач и поспешно сделал свои выводы о таком поведении Нокаута. – Прости, я думал… - Ничего не думал! – шикнул на старшего медкон. – Это противно! Сначала плетёшь глоссу с этим чёрным шлаком, а потом со мной! Мерзко, мерзко! – в холостую рыкнув мотором, алолинзовый выбежал из злосчастного отсека и пролетел по пустым коридорам к лифту, оставляя вконец озадаченного рыже-белого одного. ^W^ Посреди перезарядочного цикла на личный комм пришло сообщение. Встревоженный кон тут же пробудился, подумав, что это срочный пациент и младшим медикам нужно помощь более опытных специалистов – такое уже бывало – но очень скоро Нокаут успокоился. Два видеодокумента пришло от Рэтчета. Прогнав воздух в успокоении, колёсник бухнулся на колёса за спиной, откидывая голову назад и нацепливая поверх линз визор, чтобы просмотреть полученные видеозаписи. Ага… та операция с реальным временем и… отрезок из памяти?.. Нахмурившись и вновь провентилировав, гонщик всё же включил эту запись. //- Думаю, тебе необходима иглотерапия, чтобы твоё напряжение на нейроствол уходило во внешнюю среду, а не во внутреннюю, заставляя тебя становиться статуей самому себе, - следил за ходящим туда-сюда чёрным механоидом Рэтчет. – Я могу лично к тебе приезжать и работать с тобой, если никому больше не доверяешь. - Я доверяю почти всем на этой планете, даже Блэкауту и его компании, а ты знаешь, какие они… поэтому можешь посылать ко мне того, кто в этой области разбирается не хуже тебя и можем на этом закончить, в принципе… - Айронхайд остановился и посмотрел прямо в оптику напротив. Повисло молчание. Медик искренне не понимал, почему на него вдруг так внимательно уставился сознаковец, который неожиданно стал к нему подходить всё ближе и ближе, пока вовсе не схватил за лицевую. - Лиса? – спросил, словно констатировал, Айронхайд, после отстранившись от друга. - Да, - выдохнул ответ главврач, после усмехнувшись. – Не пугай меня так больше… - Как скажешь, - в тон медику отозвался оружейник, уже находясь в другом конце отсека. – Энергон?.. – поднял кубик с живительной жидкостью алозначный. - Нет, спасибо.\\ ^˚^ Тонкая полоска света от коридора осветила узкий участок пола в тёмном отсеке. Шорох двери не мог разбудить обладателя этого отсека… Закрыв двери, небольшая тень проскользнула к широкой платформе, на которой лежал рыже-белый кибертронец и мирно посапывал вентиляцией… как тогда… Взобравшись на платформу, Нокаут притёрся к большему корпусу, который зашевелился и тут же крепко схапал алую машинку в объятия, вызывая у обоих тихий смех.