- Почему он?

      Старскрим очнулся в своём отсеке. Активировал оптику и убедившись, что все части корпуса находятся на своих местах, он поднялся с платформы и медленно, слегка прихрамывая, прошествовал в душ, на пути к нему глянув в отражатель: все следы недавнего интерфейса были заботливо смыты, бронепластины — выправлены, и даже болевшее крыло вновь держалось на крепителе как надо. Сикерлет для пущей уверенности пошевелил закрылками.       Отменив душ, в котором он, как оказалось, вовсе не нуждался, командующий вернулся к платформе и боязливо присел на её край. Старскрим ничего не помнил. Разве что только дикий сеанс коннекта с лордом — но не более того. Кто же тогда его отмыл и отнёс в кварту? Ещё и два куба с энергоном оставил...       Старскрим слегка выгнулся, чтобы достать до топлива, и заметил миниатюрный датапад, лежащий рядом с канистрами, на котором корявым кибертронским почерком было написано: "Прости, командующий". Это полностью вогнало его в тупик. Системы выдавали ошибку при каждой попытке восстановить блоки памяти. Последние несколько файлов были успешно изъяты из его процессора. Да что же произошло?       Синий мех шёл по коридору, тщательно обрабатывая и прокручивая в памяти увиденное. Юникрон побери, стройный корпус, выгибающийся в безмолвных стонах и бьющийся в конвульсиях, возбуждал даже сейчас. Да, Старскрим действительно был хорош, особенно когда он столь неподатлив. Пусть Дредвинг и сомневался в правильности совершённого, он смог понять, чего конкретно требует Мегатрон от партнёров. И — как бы ему не хотелось это признавать — Дредвинг такого не мог. Он просто не привык быть чьей-то личной шлюхой. Он всегда верил во взаимные отношения, возможно даже в некую любовь, но интерфейситься чисто ради удовольствия, совершенно равнодушно относясь к своему партнёру — не его тема. По мнению лейтенанта, это было чересчур низко даже для самого мерзкого десептикона, такого как Старскрим. Даже любовь самого повелителя этого ничуть не стоит.       Навстречу лейтенанту спешно шагал Саундвэйв, направляющийся по личным делам и несущий что-то тяжёлое в контейнере. Увидев вдалеке синего меха, он немного поменял свои планы и, дождавшись, пока Дредвинг подойдёт достаточно близко, резко рванул влево и прижал его к стене.       - Саундвэйв? - неохотно отвлёкшись от просмотра истекающего смазкой Старскрима, недоумённо спросил лейтенант.       Безликому не требовалось каких-то усилий, чтобы уловить целых два фона, исходящих от джета — его собственный и старскримовский. Вместо ответа на панели связиста отобразилась запись, которую ещё несколько кликов назад просматривал Дредвинг, но с другого ракурса, и он невольно смутился. Как же можно было забыть про камеры!       - Что ты хочешь? - менее дружелюбно задал вопрос синий десептикон.       - Молчи. Ни с кем не обсуждай. - непонятно чьим голосом ответил связист и, выключив запись, пошёл дальше, как ни в чём не бывало. Лейтенант начал догадываться, что именно Саундвэйв имеет в виду под этими словами, и притворился, что этого диалога не было вообще.       Старскрим собирался пойти к повелителю чтобы спросить, не он ли часом отнёс его в свою кварту. Только вот связист не очень-то хотел этого, выжидая сикера за углом и расписывая наперёд план захвата визгливой летучки, ни о чём не подозревающей, которая должна была вот-вот попасться в ловушку. Ещё немного, и наэлектризовавшиеся тентакли обвили несчастного командующего, что не успел и даже вскрикнуть — мощные электроимпульсы выбили предохранители, и он опять провалился в оффлайн поневоле.       Сикерлет пришёл в себя в хорошо знакомом отсеке, где было неприлично большое количество терминалов самых различных форм и размеров, валяющихся на полу проводов и прочей компьютерной дряни. Отсек офицера связи, всё понятно.       Прекрасно.       Старскрим не был связан, как в прошлый раз, наоборот — лежал в естественной удобной позе, чуть разведя длинные ноги в стороны. Правильно отрегулированный наклон платформы позволял видеть всё происходящее перед собой без надобности поднимать шлем лишний раз.       До командующего еле ощутимо коснулись длинные холодные пальцы, сжавшие его наплечник и заставившие незаметно вздрогнуть от неожиданности. Затем Саундвэйв, не давая сикерлету сделать попытку возмутиться насчёт негуманного обращения с самим собой, заткнул ему рот своеобразным кляпом. Связист обошёл жертву и выпустил тентакли, зашарившие по чужому стройному корпусу. Шлак бы побрал этого кассетикона, умеет же возбуждать...       Эластичные трубки забирались под стыки и слегка искрились с концов, доставляя Старскриму достаточно приятные ощущения и сильно расслабляя его. Но сама ситуация ему ничуть не нравилась. Хотя...       Зная Саундвэйва, зная, как он бывает нежен, командующий не был категорически против его действий и вполне позволял себя ласкать. Тем более связист редко кому доставляет боль в процессе своих ухаживаний, поэтому можно было и потерпеть, даже получить от всего этого удовольствие. Или всё-таки не стоит?       Сикерлет охотно отвечал на все действия кассетикона, совсем не сопротивляясь и только желая большего, жадно ловя вент-системой горячий воздух и пытаясь притянуть нового партнёра к себе.       "Шаг 1. Быть ненасытным и нетерпеливым", - пронеслось в процессоре Саундвэйва, во время своих ласок внимательно изучающего поведение Старскрима и обрабатывающего каждое его отточенное действие: вот он притягивает связиста к себе за свободную тентакль, осторожно укладывает на свою разгорячённую броню, прогибается, отталкивается от платформы всем телом. Вроде бы весьма незамысловатые движения, а как быстро возбуждают и приводят в действие передающую систему.       Ещё одна тентакль спускается ниже, оглаживает пластины, защищающие порт. Кассетикон и понятия не имел, что ТАК сильно станет желать командующего. Трубка, которой будто не нужна была команда на совершение каких-либо движений, с ловкостью забралась под деликатные участки брони и нащупала уже влажные разъёмы, заставляя Старскрима стонать сквозь плотно стискивающий его челюсти кляп. Тентакль проникла глубоко, до самого предела, в то время как ещё две поддели грудную броню сикерлета в поисках множества сверхчувствительных сенсоров внутри. Связист, казалось, впервые за много ворнов не мог сдерживать свои желания и адекватно реагировать на внешние раздражители вроде рваных полей командующего, усиливающихся с каждым кликом. Но как тут сдерживаться, когда перед тобой в столь манящей позе лежит такое... такое... чудо?       Длинный и тонкий коннектор за считанные наноклики сменил тентакль, состыковываясь сразу же — сикеры, всё-таки, были самыми подходящими партнёрами для любой трансформы. Саундвэйву казалось, что сбоили абсолютно все системы, и виной этому — стройный корпус под ним. Кассетикон действовал нежно, предпочитая растянуть удовольствие и запечатлеть стонущего и беспардонно текущего сикерлета в куда больших экземплярах, нежели недавно это сделал Дредвинг. Генерируя напряжение и устанавливая подходящий, не очень быстрый темп, связист старался продержаться как можно дольше — ему было слишком хорошо чтобы прекращать. Для большего удобства он закинул ноги вовсю наслаждающегося процессом Старскрима себе на бедренные сегменты, что сделал весьма не зря, так как пошлое хлюпанье, возникшее снизу именно после этого самого действия, только подливало масло в огонь и возбуждало пуще прежнего, заставляя Саундвэйва рефлекторно ускоряться и повышать силу тока. Вид одурманенно-довольного сикерлета с подтёками антифриза на подбородке придавал пикантности и какой-то режущей интимности обстановке. Напряжение повысилось до максимума, всевозможные серии мощнейших разрядов в интерфейс-системах тоже были запущены — этого мало.       Электрогенераторы коннектора связиста раскрутились на максимум, но нужно было ещё сильнее.       Быстрее.       Мощнее.       "Шаг 2. Быть Старскримом", - такова была последняя мысль кассетикона перед тем, как облить собственным флюидом всё вокруг и окунуться в блаженную перезагрузку вслед за переутомившимся командующим.