Западня

- Что тебе на день рождения подарить? Как-никак, четвертак – дата! – спросил я у девушки, сидящей напротив. - Цветочек аленкай! – хмыкнула коротко стриженая блондинка с задорно вздернутым вверх носиком. Нэлька - особенный человек в моей жизни. Мой личный кусочек солнца. Находясь рядом с ней, можно подзаряжаться, как от батареек энерджайзер. Она вечно в движении, каждый её день расписан практически поминутно. Если она не на своей любимой работе, то проводит время со своим обожаемым сыном. Данька, к слову сказать, очень похож на мать – такой же светлый и позитивный. А еще он не по годам развит. Общаясь с этим пятилетним ребенком, можно периодически запутаться, кто же на самом деле из вас двоих взрослый дядя, а кто еще только недавно выглянул из-под кухонного стола. С Нэлей мы дружим с первого класса. Как сейчас помню, первое сентября. С азбукой и букетом цветов захожу в класс и останавливаюсь, начиная мучиться выбором, одолевающим каждого первоклашку: «С кем сесть за парту?». Пробегаю глазами по классу, а взгляд сам собой останавливается на буквально светящейся добротой девочке с двумя очаровательными хвостиками и удивительно зелеными глазами. - Я буду сидеть с тобой, – даже не спрашивая разрешения и согласия девчонки, заключаю я, плюхаясь на свободный стул. Девочка лишь улыбнулась и деловито протянула мне руку: - Нэлли! – представилась она. - Ярослав Смирнов, – не менее серьезным тоном ответил я. С того самого мгновения и переплелись наши судьбы. Мы следовали по жизни бок о бок. Девочка с двумя смешными хвостиками взрослела и расцветала, как прекрасный цветок. Она стала шикарной красоткой, сердце которой пытался покорить не один десяток разномастных поклонников. Те, кто по своей природной глупости смели её не то, чтобы обидеть, а просто расстроить – имели дело со мной. Нэлли была первым человеком, которому я рассказал о своей двуполярной ориентации. У меня не было никаких сомнений в том, что она меня вдруг не поймет или не примет. Такого просто не могло быть. И она приняла. И поняла. Я, как особо неугомонный активист, вечно таскал её за собой по различным посещаемым мной секциям – в бассейн, на ипподром, в секцию карате, еще куда-то, даже все и не припомню. Где-то долго не задерживался я, где-то она, однако одно влечение связывает нас обоих до сих пор – любовь к скорости. Чтобы обогнать её на треке, мне нужно усердно попотеть, и не факт, что на финиш я, все же, приду первым. Не один раз мне приходилось глотать пыль из под её колёс. В общем, нам было весело вместе, и не припомню ни одного раза, чтобы мы поругались по-настоящему. Отношения у нас с ней всегда были идеалистически-дружескими. После школы она отправилась покорять вершины журфака. Как и всё остальное, получилось у неё это с лёгкостью. Даже родившийся на третьем курсе Данька не стал для неё помехой или преградой к достижению цели. Поэтому теперь, открывая с утра местные газеты на первой полосе, обязательно увидите репортаж замечательного автора Нэлли Клим. Я же пошел работать. Денег на моё обучение у родителей не было и винить их за это я не мог. Работали родители в заштатном НИИ инженерами. Зарплаты маленькие. Лишних денег в семье никогда не было. Но с полной уверенностью могу сказать, что моё детство было счастливым. Пусть в нем не было дорогих игрушек, зато были любящие, заботливые родители. Именно потому, что я настолько люблю своих «предков», я и готов был вывернуться наизнанку, но вылезти из той финансовой ямы, в которой мы тогда находились. Когда мне было шестнадцать, умерла моя бабушка по маминой линии. С этой поистине удивительной женщиной у меня были особенно теплые отношения. В свои восемьдесят лет она ругалась матом, как портовый грузчик, играла в карты на деньги, отыгрывая у своих подружек половину их пенсий, и курила как паровоз. Мундштук из рук она выпускала, наверное, разве что во сне. Все остальное время он непременно был при ней. Говорят, что характер и основные черты человека передаются потомкам через поколение. С уверенностью могу сказать, что основная часть перепавших мне при рождении генов принадлежала Феодосии Ивановне. Но никто не вечен, и закат наступает даже у таких непробиваемых бронетранспортеров, как она. Вспоминать её самыми теплыми словами я буду до конца жизни, и не только потому, что всей душой любил её, но и потому, что всем, что я сейчас имею, отчасти я обязан ей. В её завещании было три пункта: кошка, мундштук и комната в коммуналке. За кошкой Феодосия завещала следить маме, мундштук, как напоминание о себе – папе, а вот свою единственную жилплощадь - своему единственному внуку, то есть мне. Как только мне исполнилось восемнадцать, я втайне от родителей продал коммуналку. К тому времени я уже несколько лет тщательно изучал структуру и подноготную биржевых торгов. С деньгами, вырученными от продажи недвижимости, на свой страх и риск, я отправился именно туда. Наверное, тогда все же мне благоволила фортуна, потому что даже я сам не могу объяснить словами, как у меня получилось тогда так удачно прокрутить имеющиеся деньги. Я просто чувствовал, как мне нужно принять то или иное решение. Но факт остается фактом – у меня это получилось. На бирже я провел три года. Даже меня, вечно полного энтузиазма и энергии, она изматывала до крайности. Что не говори, а это стресс. Каждодневная, ежеминутная нервотрепка. Поэтому когда несколько моих хороших знакомых обратились ко мне с идеей открыть развлекательный клуб, я с воодушевлением её принял. Вынул из оборота все имеющиеся у меня средства, и снова рискнул, внеся свою долю в наше общее дело. Весь бизнес и обязанности мы поделили на четверых. Нервов, правда, меньше не стало, но теперь моя работа начала приносить мне моральное удовольствие. А, как говорится, лучшая работа – это высокооплачиваемое хобби. Тогда-то я и понял две вещи. Во-первых, что сфера развлечений – это моя стихия, а, во-вторых, что и здесь можно заработать вполне неплохой капитал. На бирже я иногда играю и по сей день. Все же, от некоторых привычек не так-то легко избавиться, особенно если они приносят неплохие деньги. - А реально достижимые желания есть? – вернулся я из своих размышлений в реальность. - Да ничего мне не нужно. Ты мне уже лет пятнадцать даришь себя, что может быть ценнее? – Эта девушка действовала на меня, как стоп сигнал. Рядом с Нэлли я становился спокойнее, что ли. – Ну, если тебе так необходимо мне что-то вручить, то можешь на свой вкус. - Тогда не жалуйся, если я подарю тебе абонемент в гей клуб или блок Кента. Если что, я предупреждал! - Ты, как всегда, в своём репертуаре, – она встала с кресла, в котором сидела, подошла ко мне и села на колени, обнимая за шею и целуя в щеку. – Ты чудо, Яр. Люблю тебя! - И я тебя люблю, моя принцесса! – я чмокнул её в ответ. - О, точно! Гениально! Подарю тебе стриптизёра! – изрёк я с самой серьезной миной, на которую только был способен. - Хотя нет! Лучше два стриптизёра. Вдруг один мне приглянется. - Дурак! – выкрикнула она, шутливо ударив меня по плечу. Всё же, она прелесть! А подарок ей, кстати, я уже приобрел. Стоит в моём гараже, дожидаясь своего звездного часа. Думаю, он ей очень даже понравится.