Очки

Однажды, когда Сараде было шесть, Саске увидел ее, разговаривающей с каким-то мальчиком. Это бы мало значило, если бы только мальчик не увел ее подальше от группы и не протягивал держащий в руке подсолнух. Учиха не обратил бы на это внимания, в конце концов, если бы юнец не выбрал его дочь — наследницу клана Учиха. — Ты такая милая, Сарада-чан, — смущенно проговорил мальчик, его щеки налились румянцем и задрожала рука. Саске заметно нахмурился, скрывая свое присутствие в тени. Ему это совсем не нравилось. Мальчик мялся с ноги на ногу и, глубоко вздохнув, наконец выпалил: — Я-я л-люблю тебя, Сарада-чан! Еще во время рождения дочери, мысль о такой ситуации приходила в голову Саске, но он отмахнулся от нее, мол, рано еще. Он не предполагал, что ему придется иметь дело с ее парнями, такими как этот щенок, уже сейчас, а ведь его дочь еще не Чуунин! Сарада моргнула и нахмурила брови, медленно спросив: — Ты... любишь меня? Почему? — П-потому что ты умная... И очень красивая! Особенно твои глаза... Они... словно мерцающие камушки! — признался мальчик и, потупившись, замолк. И чей же этот проклятый пацан? Угрожающе размышлял Саске, но его мысль была прервана репликой его дочери. Сарада глубоко вздохнула и покачала головой, скрестив на груди руки. — Моя мама сказала, что я должна выбирать человека, похожего на моего отца. Ты ничто рядом с ним, — девочка важно подняла руку и начала отсчитывать, — Во-первых, твое тайдзюцу нуждается в доработке, во-вторых, ты не сдал недавний тест по гендзюцу, и в-третьих, прости, но ты действительно слаб в ниндзюцу и... Эй! Но мальчик тихо пискнул и убежал. Юная Учиха недоуменно моргнула и, почесав нос, пробормотала: — Все мальчики — дураки. Саске довольно ухмыльнулся. Он никогда не был так горд своей дочерью... Ну, и конечно, женой, которая учила ее.

***

Сакура пыталась восстановить дыхание. Она повернулась к мужчине, что с довольной ухмылкой на губах сидел возле. — Ты, кажешься... более страстным, чем обычно, Саске... — ее глаза подозрительно сузились. — Что-то случилось? Губы Саске расплылись в широкой улыбке, и он провел рукой по ее волосам. — Ты заслуживаешь награды. — Награды? За что? — Но Сакура так и не узнала причины, поскольку Саске снова потребовал свое. А потом опять.

***

Сарада с недоумением смотрела на протянутые красные очки в руке отца: — Но, папа, у меня идеальное зрение. Она заметила, как сузились его глаза, прежде чем Саске продолжил, приняв свое обычное холодное выражение: — Это поможет тебе защитить глаза. Он заметил, как из угла, с любопытством взглянув на него, появилась Сакура, на время оторвавшись от готовки. Он также заметил недоумение в глазах дочери, поэтому продолжил: — Наши глаза очень чувствительны. Носи их, пока не пробудится Шаринган. Сарада надела очки в яркой оправе и с волнением в глазах посмотрела на отца: — Значит, если я надену их, ты потренируешься со мной, папа? — После завтрака, — ответил он, и Сарада, широко улыбнувшись, побежала к матери. Пока что, очки будут защищать его маленькую дочь... Саске перевел взгляд на Сакуру, что гладила дочку по волосам, расхваливая ее новый подарок. Обе повернулись к нему и тепло улыбнулись. Учиха почувствовал, как улыбка подступает к уголку губ. ... от нежелательного внимания.

***

— Саске, Сарада, кажется... преследует Боруто-куна... Дерьмо.