11-11

День выдался дерьмовым. Слишком большие волны, пронизывающий ветер, холод и мелкий дождь почему-то должны были совпасть друг с другом именно сегодня. Не иначе как ради тупого маримо природа расстаралась. Неужели нельзя было родиться в нормальном месяце? Санджи не мог припомнить, чтобы в ноябре было иначе. Ну, кроме двух лет в аду, но в аду всегда жарко — так положено. Он поморщился, затушил сигарету и тут же зажег новую. Мерзкий месяц с мерзкой погодой в честь мерзкого Зоро. Праздновать решили внутри, Луффи наотрез отказался переносить вечеринку на завтра, несмотря на то, что Нами обещала хорошую погоду. — Ты чо, праздник должен быть в день рождения, иначе не интересно! — Точно! — хором подтвердили Усопп и Чоппер. Точно. Не интересно. Санджи затянулся, стараясь не смотреть на разлегшегося на диване Зоро. Тот сжимал в руке бутылку рома, — которую уже по счету? – и, закрыв глаза, блаженно улыбался. Уже час как спал, несмотря на шум и песни вокруг. Отличный именинник, душа праздника, даже не заметил, что все разошлись. Тьфу, блин. Санджи подошел к дивану, постоял немного, глядя на Зоро. Его волосы слегка растрепались, — Луффи дергал за уши в начале вечера — одна из сережек зацепилась за другую, на поясе темнело пятно. — Ну ты и придурок, — пробормотал Санджи, поправляя сережки. Зоро даже не пошевелился. Санджи скользнул взглядом от уха к шее. Если лизнуть кожу рядом с венкой, можно почувствовать, как стучит пульс, ровно и сильно. Если провести пальцем вдоль шрама на груди — можно ощутить, как сердцебиение ускоряется. Санджи нравилось это чувствовать. Нравилось знать, что он действует на Зоро — так. Нравилось прикасаться к нему, изучать его, трахаться с ним. Санджи надеялся на секс и сегодня, но Зоро и бухло, мать его, были почти таким же настоящим пейрингом, как Зоро и мечи. Санджи в этом списке был где-то на уровне омлетов на завтрак. Ну, может, немного повыше. Херово. — Вечно ты все портишь, мудак, — Санджи пнул лодыжку Зоро, тот дернулся и приоткрыл глаз. — Какого хрена? — Такого. Проваливай давай, не фиг здесь спать. — Я не сплю. — Ну конечно. Зоро ухмыльнулся и посмотрел на Санджи снизу вверх. Взгляд у него был абсолютно трезвым и совершенно сумасшедшим. Темным, жарким, заводящим. Точно так же Зоро выглядел, когда они переспали в первый раз. Тогда Санджи казалось, что он расплавится под ладонями Зоро к чертовой матери и слетит с катушек, если не вставит Зоро сейчас же. Или если Зоро не вставит ему — без разницы. Сейчас Санджи точно знал, что крыша давно помахала ручкой. А еще — что Зоро все это задумывал с самого начала. Санджи мог поспорить на что угодно — бутылка в руке Зоро была полной. — Блядь, — только и смог выдохнуть Санджи перед тем, как Зоро обхватил его за задницу, облапал и притянул к себе. — Да, — согласился Зоро, расстегивая ширинку Санджи. — Да. — повторил он вбирая в рот полувставший член. Кровь резко отлила от головы, по телу прошла дрожь, Санджи выгнулся и подался бедрами вперед. Зоро не двигался, легко посасывал головку, время от времени проходясь языком по уздечке. Он тоже, мать его, изучил Санджи. Слишком хорошо. — Ненавижу тебя, ублюдок. Зоро утвердительно промычал, звук отдался вибрацией в члене, и Санджи повело. Он запустил пальцы в волосы Зоро, растрепывая короткие пряди еще сильнее, притянул Зоро к себе, заставляя насадиться на член до упора. От вида Зоро, упирающегося носом в его лобок, Санджи был готов кончить на месте. Зоро дернулся, мотнул головой и начал раскачиваться вперед-назад. Он шумно дышал через нос и сглатывал, сжимаясь вокруг Санджи. В мозгах у Санджи взрывались искры, в крови, казалось, не осталось кислорода. Каждый вдох давался с трудом, сердце колотилось где-то в горле, колени подкашивались, пальцы в волосах Зоро заметно дрожали. Весь мир отключился на хрен, оставив Санджи наедине с горячим ртом Зоро, припухшими влажными губами и раскрасневшимися щеками. Санджи смотрел на Зоро, будто завороженный, и не мог отвести взгляд. Зоро отвечал ему тем же, и это, мать его, было самым глупым и самым заводящим ощущением в жизни Санджи. Он кончил, будто мальчишка, за несколько минут и никак не мог прийти в себя. Воздуха не хватало, по вискам катился пот, пульс никак не успокаивался. Ну и хуй с ним — потому что Зоро притянул его к себе и целовал, оставляя на губах терпкий привкус, а Санджи отвечал и отвечал, пока не понял, что снова начинает возбуждаться. А еще — что Зоро улыбается, а Санджи не вид ит, потому что зачем-то закрыл глаза. Он отстранился и взглянул на Зоро. Ну да, конечно. Дурацкая ухмылка на месте. И взгляд какой-то странный, непонятный. — С днем рождения, урод, — хрипло выдохнул Санджи первое, что пришло в голову. — Спасибо, уебан. — Обращайся. — Обращаюсь, — Зоро рассмеялся, и Санджи поцеловал его, слизнул смех с языка. Провел пальцем вдоль линии шрама и прикусил кожу на шее, оставляя едва заметный след. Зоро тихо застонал, сердце под ладонью заколотилось быстрее. «Дурацкая у него все-таки ухмылка», — подумал Санджи, развязывая пояс Зоро. Но на мечи и бухло он так не смотрит.