Научись любить меня

Хантер выгоняет всех до одного из репетиционного зала и устраивается в красном кожаном кресле, сжимая телефон в руке. На его лице расплывается незначительная улыбка, а сам Капитан думает о том, как бы сейчас на его месте повел себя Себастиан. Ведь и невооруженным взглядом всем Соловьям давно заметны их ежедневные переглядки, "случайные" касания и затянувшиеся из-за зеленоглазого репетиции. Это уже как какая-то потребность. Зависимость. Но каждый продолжает строить из себя того, кто, якобы, не сломается первым. Но кому это, черт возьми нужно? Кто-то должен сдаться. И пойти на поводу своих эмоций хоть один раз. Но ни Кларингтон, ни Смайт не могут проиграть этот раунд. Поэтому и нужно с этим заканчивать. Один:один. "Есть варианты? Быть может, предложения? Говори - я выслушаю. SS" Бастиан выходит на небольшой балкончик и находит на полу в незаметном тайничке пачку сигарет, припрятанных Ником ранее. Да, шатен не курит, но все когда-то случается впервые. Обычно курит Кларингтон. Черт, просто нужно выкинуть, вычеркнуть из мыслей и головы это имя. Парень закуривает и щурится от едкого дыма после затяжки. Это мерзко. Так отвратительно. Все, что связано с ним теперь кажется таким. Смайт еще раз затягивается и смотрит вниз. Туда, где еще вчера приезжал очередной парень "на одну ночь". Туда, где недавно стоял сам Хантер с чемоданами и хитро улыбался Себу. Туда, где было забыто его прошлое, ведь там была лишь клюшка для лакросса и он сам.И никого больше. Его мир и так слишком тесен и там не уживется больше никто. "Это уже сумасшествие", - думает про себя Баст и улыбается солнцу. - Я не думаю, что здесь нужны слова, - доносится голос из-за спины, но Бастиан даже не оборачивается, насмешливо улыбаясь сигарете в своих тонких пальцах. О, этот голос стал чем-то особенным в его жизни. Тем, что он будет помнить в такие моменты, в которых темнота поглощает с головой. Это словно спасительный свет. Смайт затягивается в последний раз и тушит сигарету, рывком приближаясь к Хантеру. Никто теперь не выйдет победителем. И они оба это знают. Смайт секунду смотрит в голубые глаза, а затем тянется вперед и выдыхает табачный дым прямиком в приоткрытые губы Кларингтона. Выдыхает вместе со всей болью, со всей своей желчью, неискренностью, при этом, как бы выразился Стерлинг, "по-смайтовски улыбаясь". Первым отстраняется Капитан, откашливаясь и продолжая смотреть шатену в глаза. - Действительно не нужны. Что тебе вообще нужно? - спрашивает зеленоглазый и остается стоять на месте, хотя уж очень сомневается, что получит ответ на свой вопрос. Это же Кларингтон. Своенравный и далекий. Но попытаться хоть раз стоит. Вдруг сейчас он получит хоть какой-то "приз". Да и Смайт не был бы Смайтом, если бы не стал задавать настолько неподходящие вопросы. Но малое ведет к большему. - Ты, - вот так просто отвечает Кларингтон ни на секунду не отводя глаза. Он произнес это так легко, будто то был какой-то обыденный факт и Себастиану следовало бы его знать. Парень вновь заглядывает в глубину изумрудных глаз и видит там лишь непонимание. Потому и решает действовать сам, - Смайт? Ты вообще слышал, что я сказал? - Я прекрасно слышал, какую ерунду ты сейчас сказал, - кривится Бастиан, потому что думает, что это очередная наживка. Это не может быть правдой. Парень задевает Кларингтона плечом, когда собирается уходить, но его никуда и не отпускают. - Ты остаешься. Со мной, - ровным голосом произносит Хантер и целует. Неожиданно, властно, как давно хотел. А Смайт не сопротивляется - отвечает, приникая ближе и отдает всю ревность, злость, накопившиеся ранее. Поцелуй выходит эмоциональный, но это, похоже, устраивает обоих. И теперь оба Соловья могут спокойно спать по ночам, зная, что в их странных жизнях есть хоть одна постоянность.