Любовь с оттенком садо-мазо

- Да такого просто не может быть! – орал Кагами на всю спортивную площадку и тряс Аомине, который уже плакал от смеха. – Признайся! Ты продал душу дьяволу?! Поэтому я не могу у тебя выиграть?! Признавайся, сука, или я за себя не отвечаю! Дайки от его слов ещё больше зашёлся безудержным смехом и принялся вытирать слёзы, размазывая влагу по щекам. Тайга понял, что сейчас мало чего от него добьётся и отпустил соперника. Тот сел на корточки, уткнулся носом в колени и обхватил их руками не переставая ржать, как конь. Кагами отошёл и опустился на скамейку, с недоверием кидая взгляды на трясущийся комок. Прошла неделя с момента той памятной ночи, когда Аомине изнасиловал Тайгу. Тот несколько дней приходил в себя, глотая лекарство и смазывая больной зад, а в перерывах между лечением, приёмом пищи и сном думал над возникшей проблемой. Но какие бы выводы он ни делал, что бы ни пытался придумать, всё сводилось к тому, что во всём виноваты они оба, и расхлёбывать эту «кашу» придётся им двоим. Кагами виноват в том, что поддался «на слабо» и не хотел выполнять обещанное, а Аомине в том, что разозлился и не мог себя контролировать. Всё это, конечно, было неприятно и больно вспоминать, но тот момент, когда Дайки поздно ночью дрочил им двоим, Тайга был не в силах забыть. Но ещё он с ужасом понял, что ему понравилось быть с Аомине, трогать его, чувствовать вкус его губ, стонать от его ласк, пусть и грубых, да и просто засыпать в его объятиях. Он проклинал свой «стокгольмский» синдром и с нетерпением ждал реванша. Этот матч нужен был ему не столько для того, чтобы поставить на место Дайки, сколько доказать самому себе, что он ещё на что-то способен, и утихомирить уязвлённое самолюбие. Аомине, как и хотел Тайга, снова сыграл с ним на спор в спортивном комплексе недалеко от дома, и Кагами опять проиграл. Он не мог в это поверить и, образно говоря, бился головой о стену. Приехав из Америки, Тайга был разочарован игрой здешних команд, но встреча с Дайки заставила его посмотреть на себя и окружающих под другим углом. Он уже не казался себе таким крутым, наоборот, самооценка спустилась ниже плинтуса, как и самоуважение. Кагами сидел на скамейке с поникшей головой и плотно сжатыми кулаками. От напряжения его губы превратились в тонкую нитку, а невидящий взгляд упирался в пол. Дайки подошёл к нему и сел рядом. - Ты не хочешь со мной встречаться? – спросил он. – Поэтому так реагируешь? - Нет, Дайки, ты здесь не при чём. Дело во мне, - Тайга повернулся к нему. – Понимаешь, я как будто потерял себя. Мне кажется, что я не умею играть, поэтому и проигрываю. Я тренируюсь, стараюсь, но всё без толку… Дайки подумал несколько секунд и ответил: - Твоя проблема в том, что ты зацикливаешься на других людях, на их стиле игры в баскетбол. Слишком зацикливаешься. Это твоя идея фикс. И эти мысли мешают тебе раскрыться по-настоящему. «Кто-то лучше меня, или я лучше его,» - вот что ты думаешь. Забудь про всех. Всё, что от тебя требуется, это построить игру не на чужих условиях, а на своих. Ты должен выработать свой личный стиль игры, которому будут завидовать противники на площадке и которым будут восхищаться болельщики. Соперник навязывает тебе свою игру, а ты переломи его, заставь плясать только под твою «дудку». Сейчас ты не ловишь настоящий кайф от борьбы, так как ещё не нашёл себя, а только оглядываешься на других. Вот от этого все твои переживания. Ты сильный игрок, Тайга, но пока ты не будешь в полной мере свободен, ты никогда у меня не выиграешь. - Ты считаешь, что я могу у тебя выиграть? – удивлённо вопрошал Кагами. - Нет! – Дайки улыбнулся. – Это я так, чтобы подбодрить тебя. - Ну конечно, - закатил глаза Тайга. – Тебя же может обыграть только один человек, и это ты сам. Как я мог забыть? Аомине придвинулся поближе и обнял Кагами за плечи. Он решил сменить тему и прошептал на ухо: - Пойдем ко мне. - Не терпится получить свой выигрыш? – так же тихо пробормотал Тайга. - Почему нет? – Дайки лизнул языком его ухо и прикусил мочку. – Нам будет хорошо вместе. Мы как две половинки одного целого. - Не уверен, - возразил Тайга. – Мы же оба парни! - И что из того? – спросил Аомине. – Не в этом дело. Мы чувствуем друг друга. Мы разные, но в то же время между нами много общего. Мы идеальная пара, Тайга. Смирись уже с этим и прекрати бегать от меня. Я всё равно тебя не отпущу и никому не отдам. Ты только мой! - Я не смогу смириться! – Тайга скинул его руки и встал. – Это какое-то сумасшествие! Я не знаю, что мне и думать. Ты изнасиловал меня, но я почему-то не чувствую к тебе ненависти. Почему, Дайки? Я мучаюсь уже целую неделю, но не могу найти ответа! Со мной точно что-то не так! Может попросить отца выписать психоаналитика из Америки? Аомине посмотрел в его растерянные глаза, поднялся и вновь притянул к себе, сцепив руки за спиной парня в «замок». - Есть такая теория, что садист и мазохист всегда будут вместе. Их тянет друг к другу, как магнитом. Один чувствует другого даже на расстоянии. Садист любит мучить, а мазохист мучиться, и они счастливы в своей жестокой, с точки зрения остальных людей, любви. Никто из них двоих не врёт и не бежит от партнёра, а прежде всего от себя самого. Такие и мы с тобой, Тайга. Мне нравится издеваться над тобой, подтрунивать, подчинять себе, а ты испытываешь удовольствие от моих действий, хоть и не хочешь этого признавать. Пока не хочешь признавать… - Я тебе не игрушка! – возмутился парень. – И мне не нравится, когда ты издеваешься надо мной! - Я и не считаю тебя игрушкой, ты моя собственность, а это совсем другое, Бакагами, - начал растолковывать Аомине. – Да, мне нравится твой непокорный нрав, твоя резкость, агрессивность, своеволие, нравится, как ты сопротивляешься, даёшь сдачи, и никогда не сдаёшься. И поэтому я хочу тебя приручить, хочу, чтобы ты принадлежал мне и был покорным только моим приказам. Но и переделывать тебя у меня нет желания, ты мне нравишься таким, какой есть. Я хочу заключить тебя в свою тюрьму, а ключ выбросить подальше. - Я никогда не буду в твоём плену! – рассердился Кагами. - А я уже давно в твоём, Тайга… - прошептал Дайки, не сводя с него пьяного от вожделения взгляда. – И поверь, мне там очень хорошо… До Кагами, хоть и медленно, но всё-таки начал доходить смысл сказанных Аомине слов. Он замер и ошарашенно уставился на него. - Это что сейчас было? – проговорил Тайга чуть ли не по слогам каждое слово. – Признание в любви?.. Аомине хитро улыбнулся. - Расценивай как хочешь, я всё сказал. Тайга аж задохнулся от негодования. - Ты опять издеваешься надо мной! Ненавижу тебя! И не смей ко мне прикасаться, дебилоид! Кагами начал выворачиваться из тисков Аомине, но тот только крепче обхватил его руками, пресекая всяческие попытки освободиться. Он принялся целовать и облизывать языком шею Тайги, оставляя после своих «нежностей» живописные засосы. Кагами зажмурился и не бросал попыток вырваться на свободу. Дыхание сбилось, кровь бросилась в лицо, и мелкие молоточки застучали в висках. Дайки забрался руками под майку возлюбленного и ласкал спину, легонько царапая кожу ногтями. Он наконец-то добрался до рта Тайги и завладел его губами. Целовал собственнически, властно, подчиняя себе и не давая возможности возразить. Тайга обмяк не в состоянии больше сопротивляться и стал отвечать на его поцелуй. Они проникли своими языками в рты друг друга, сталкиваясь зубами, а всё вокруг вдруг перестало существовать. Кагами, не разрывая поцелуя, обвил шею Аомине руками, а Дайки подхватил его под ягодицы, оглаживая привлекательный зад. Тайга вскочил на него сверху, обвивая ногами вокруг талии, и громко застонал. Аомине мял его попу, тискал и один раз шлёпнул по круглой половинке, чем вызвал возмущённый возглас Кагами. Аомине прервал поцелуй и шепнул в самые губы возлюбленного: - Кажется ты ещё не до конца понимаешь своё положение. Надо тебя наказать. Сейчас… Он отпустил Тайгу и грубо скинул с себя на пол. Кагами больно приземлился на «пятую точку» и скривился от боли. Аомине быстро перевернул его на живот, ставя в коленно-локтевую позу, и одним рывком спустил его штаны вместе с нижним бельём вниз до колен. - Может… лучше у тебя дома… - промычал Кагами. Его глаза подёрнулись поволокой страсти, а ногти скребли дощатый пол. - Нет, я хочу тебя здесь, - ответил Дайки и принялся смачно лупить его ладонями по голой заднице. Тайга вздрагивал от каждого удара. Он стиснул зубы и стойко переносил побои. Вскоре его попа приобрела красный цвет и горела огнём. Кагами ощущал себя последней шлюхой, которую раздели прилюдно и собираются поиметь. Но он знал, что трахнет его сейчас только Дайки, да к тому же кроме них на площадке никого не было. Аомине прекратил его бить, погладил алые половинки и раздвинул их в стороны, с интересом рассматривая маленькую дырочку. Он наклонился и прошёлся влажным языком по анусу, вызывая у Тайги стон блаженства. Дайки улыбнулся, смочил два пальца в слюне и, помассировав вход, без труда вошёл внутрь. На этот раз Кагами был расслаблен, поэтому пальцы двигались свободно. Аомине разрабатывал тугую дырку двигаясь вдоль влажных стенок вперёд-назад и по кругу. Проникая с каждым движением всё дальше, он нащупал бугорок простаты и легонько погладил его. Тайга громко вскрикнул и выгнул спину. - Тебе нравится? – насмешливо спросил Дайки, натирая чувствительную точку. - Да… нравится… - всхлипывал Кагами. - Бесстыжая сучка, - ласково обругал его Аомине и шлёпнул другой рукой по красной ягодице. Тайга дёрнулся и сам насадился на его пальцы. Он протяжно застонал и ещё раз толкнулся назад. - Я вижу, что ты чего-то хочешь? – допытывался Дайки с улыбкой инквизитора, который пытает свою жертву и получает от этого огромное удовольствие. - Хочу… - прошелестел Тайга. - Что ты хочешь? – Аомине сильнее надавил на железу. Кагами закричал, а на глаза выступили слёзы. Переводя дух, он ответил запинаясь и дрожа всем телом: - Хочу тебя… - Меня? – наигранно удивился Дайки. – Что же ты хочешь, чтобы я сделал? Тайга собрался с силами и рассерженно прошипел, мало что соображая: - Я хочу, чтобы ты меня трахнул! Хочу чувствовать твой елдак у себя в жопе! Отъеби меня уже своим хуем, блядский ты выродок! Дайки очумело посмотрел на него и, вынув пальцы из ануса, молча расстегнул ширинку. Извлёк свой каменный член, истекающий смазкой, и приставил его к разработанному отверстию. Головка прошла легко и сразу. Аомине толкнулся ещё несколько раз и уже скоро вошёл в Тайгу на всю длину упираясь лобком в зад любовника. Кагами чувствовал, как его всего распирает изнутри, и блаженно прикусил нижнюю губу. Он ощущал небольшую боль, но в совокупности с удовольствием это даже придавало некоторую пикантность и возбуждало ещё больше. Тайга подался назад, давая понять Дайки, чтобы тот начал двигаться. Аомине понял его намёк, положил ладони на бёдра и принялся сначала размеренно, а потом всё быстрее вдалбливаться в партнёра. Он брал его грубо, бесцеремонно, с нахрапом, нисколько не жалея, со смачным хлюпаньем и бесстыжими звуками двух соприкасающихся тел. Его пальцы впивались в кожу оставляя на ней синяки, а ногти - царапины. А Тайга бился под ним в экстазе и пошлыми криками подстёгивал Дайки ещё более жёстко и резко втрахиваться в него. Аомине наклонился и куснул Кагами за шею. Тот лишь расставил ноги ещё шире и стал насаживаться на член любовника. Дайки скользнул рукой вниз, сжал его ствол и начал дрочить в такт собственным рваным движениям. - Ну? Кому ты принадлежишь, проблядь? – спросил Аомине жарко шепча в самое ухо. - Тебе… - еле слышно ответил Кагами содрогаясь от толчков и удовольствия. - Любишь меня? - Лю… блю… - едва различил Дайки сквозь стоны и всхлипы. - Не слышу! – Аомине схватил его свободной рукой за волосы и оттянул голову немного назад. – Говори! - Люблю… - повторил Тайга. - Не слышу! – Дайки так крепко вцепился в волосы возлюбленного, что, казалось, ещё немного, и он снимет с парня скальп. - Я люблю тебя! Люблю! – выкрикнул Тайга и от переполняющих его чувств и эмоций начал кончать прямо на пол, пачкая руку Аомине. Дайки чувствуя, как сжались стенки ануса, отпустил его член, из которого всё ещё выплескивалась семенная жидкость. Он поднёс испачканную руку ко рту Кагами и коротко приказал: - Оближи! Тайга послушно высунул язык и принялся тщательно слизывать собственную сперму с пальцев любовника. У Аомине от такой развратной картины сорвало все предохранители в голове, и он бешено забился внутри Кагами. Тот подвывал и дрожал всем телом, но при этом изловчился и взял в рот несколько пальцев Дайки. Он сосал их и ласкал языком, представляя вместо них ствол Аомине. Дайки, предвкушая скорый оргазм, впился зубами в шею партнёра и излился внутрь Кагами. *** Они молча сидели на полу, Аомине снизу, а Кагами верхом и спиной к нему. Дайки ещё был в Тайге и пока не хотел покидать столь тёплое и желанное тело, наслаждаясь близостью и запахом любимого. Он закрыл глаза и уткнулся носом в его шею. Кагами медленно приходил в себя и, положив голову возлюбленному на плечо, постепенно восстанавливал дыхание. При этом парень злился от того, что Дайки практически вырвал у него признание в любви, а сам чётко не сказал: любит или нет. - Ты любишь меня? – стальным голосом спросил Кагами. Аомине растянул губы в довольной улыбке. - Я тебе уже ответил. Больше не скажу ничего. - Мудак! – подвёл итог Тайга. Дайки засмеялся и снова укусил его за шею, утверждая свои права как хозяина и собственника данных владений. Кагами сморщился, но ничего не сказал. В этот момент дверь скрипнула, и в проёме показалась пожилая уборщица со шваброй и ведром в руках. - Не, ну ты глянь! Опять средь бела дня ебутся! – пробурчала она и добавила уже громче. – Молодые люди, для случки имеются другие, более подходящие для этого дела места! А пока прошу покинуть помещение! Тайга и Дайки вздрогнули и оторвались друг от друга. С паникой в глазах они посмотрели в сторону клининг-менеджера, быстро вскочили и начали натягивать штаны. Приведя себя в порядок, парни прошмыгнули мимо уборщицы. Пробубнив на ходу извинения, они побежали по коридору к выходу, держась за руки. - Вот потрахаются, а мне потом убирать, - ворчала поломойка, орудуя шваброй. – Брачный период у этих баскетболистов что ли? Уже третью пару за неделю ловлю за подобным занятием. Мёдом им тут намазано?..