Рикардо садится за стол, берет в руки перо и начинает послание, начало которого он тщательно продумал. Как бы то ни было, писать письма мертвецам довольно-таки странно.
С добрым утром, наместник Святого Петра. Вы, я вижу, опять безнадежно упрямы. Мне вливать философию Зла и Добра Все равно что сворачивать в терцию гаммы.
Рикардо никогда не любил церемониться, и поэтому было слышно почти что не прерываемый шорох пера по бумаге. Он продолжал.
Если выписать мне вид на жительство в Ад, К Вам же черти сбегутся с болезненным лаем И в слезах и соплях будут Вас умолять: “Заберите его, мы с ним жить не желаем!”
На его лице сверкнула злорадная, но явно не здоровая улыбка. Тот успешно получил власть. Это все что было ему надо, но вдруг у него были другие мотивы?
Гляньте свежим взглядом: Ад мой с Вами рядом. Хоть дождем, хоть градом Гнев Господень падет на всех! Те, кто жив остался, Пьют яд Ренессанса Впору испугаться, Слыша Дьявола смех.
На мгновение ему показалось, будто он услышал голос, который твердил " А ты уверен, что я мертв? Я позади тебя". Холодный пот пробежал по его лицу, тот моментально оглянулся. Позади него стоял Он. Джотто. Сам призрак первого Вонголы. " Пиши, я приму письмо. Я пока посмотрю, что же стало с Вонголой без меня". Рикардо судорожно вздохнул, надеясь, что показалось, но холодный ветер захлопываемой двери говорил об обратном.
Вы писали недавно в каком-то письме, Что давно переполнена чаша терпенья, Что сожжете меня Вы по этой весне, Куклу будете жечь за меня неименьем!
А ведь этого никогда не случится. Ведь сожженного единожды второй раз не сжечь. Письма приходи очень редко. С интервалом в год. "Дописал? Что ж ты так медленно пишешь?" А может быть и случится. Ведь этот Джотто стоит позади него с выжидающим взглядом.
В звоне карнавала Жизнь накроет валом, Щеки красит алым, Стыд и совесть горят в огне! Страстью темной съело Вам душу и тело. Коль воскресните, смело Приходите ко мне!
Пришел. Дописался, черт возьми. Этакое идет против всех законов природы, а хотя... Может ему мерещится? " Ты что, в свой разум не веришь? И это называется Второй Вонгола? Как жалко." В голосе Джотто звучала насмешка, явно не скрываемая насмешка.
Кто изведал это, Тот клянет рассветы, Разрывает ветер На волокна сердце мое. Плоть горит и тает. Кто любил, тот знает: Ни одна святая, Увы, не стоит ее!
-Держи свое письмо. - Рикардо уже порядком притомился. А что было написано в том письме? Пожалуй, узнать можно. Но только не сейчас. И кто же эта " Она" ? Это Рикардо сохранил в тайне.