- Ку Чжунхэ, поцелуй меня

      Чжунхэ удобнее устраивается на кровати, и уже в который раз за ночь проверяет телефон на наличие новых звонков. Время давно перевалило за двенадцать, и все уже пошли спать, не считая Дживона с Ханбином, которые сидят на кухне и болтают о своем, а Джинхван еще не вернулся домой. Чжунхэ злится и обижается, но признаться в этом самому себе до сих пор не может. Он несколько раз звал Чжинхвана в кино, но тот отнекивался, ссылаясь на встречу с девушкой, вот и сегодня, отказавшись от предложения Чжунхэ, он сел в такси и уехал на свидание с японкой. - Вообще, очень тяжело, когда ты вроде бы холодный парень, а страдаешь из-за какого-то Чжинхвана, - наконец выносит вердикт Чжунхэ и смеется куда-то в темноту. Он лежит молча, думая о Чжинхване, об их будущем и обо всем остальном, таком важном и значительном, что не замечает, как проваливается в царство морфея.       Спустя час       Сквозь сон Чжунхэ отчетливо слышит, как открывается и закрывается входная дверь общежития, как в коридоре кто-то спотыкается о гантели Бобби и, матерясь вполголоса, идет в сторону спальни. Он не успевает среагировать, когда включается свет и чья-то тень мельком проникает в комнату. - Я тебя уже обыскался, – Чжинхван устало вздыхает и откидывает голову назад, утыкаясь затылком в стену. - Хён, где ты пропадал? – Чжунхэ подскакивает и идет в сторону старшего, от которого за версту пахнет алкоголем, - сколько же ты выпил? - Ку Чжунхэ, поцелуй меня. - Ты с дуба рухнул? – Чжунхэ воспринимает эту просьбу, как шутку, пока Чжинхван не проводит все еще не послушными от холода пальцами по его щеке и не заглядывает прямо в глаза, заставляя младшего шумно сглотнуть и потерять остатки разума. Чжунхэ, откровенно говоря, поддается. Он притягивает Чжинхвана к себе за талию и сминает его губы в жадном поцелуе. Киму горячо, а спиртное, выпитое им ранее, только добавляет остроты ощущений. Ему хочется быстрее раздеться, раздеть Чжунхэ и наконец-то раздвинуть перед ним давно ставшие ватными ноги.       Чжунхэ в бреду шепчет имя старшего и, не прерывая поцелуя, снимает с него куртку. Через несколько минут вся одежда летит на пол, кроссовки Чжинхвана оказываются где-то на уровне шкафа, а ребята – на кровати. Чжунхэ заботливо кладет Кима на матрас, и разводит в стороны его бедра. Он нависает сверху, проходится языком по ключице, шее, спускается к груди, от чего Чжинхвану сносит крышу, тот зарывается пальцами в волосы младшего и тянет их на себя, когда Чжунхэ доходит поцелуями до живота. - Трахни уже меня, - задыхаясь от накатившихся чувств, просит Чжинхван, а младший готов уже в голос стонать от мягкого голоса хёна. Он вытаскивает из прикроватной тумбы первый, попавшийся под руку крем, надавливает себе на ладонь, не отрывая взгляда от Чжинхвана, водит липкой рукой по всей длине члена, который через секунду оказывается в дырочке старшего. Чжунхэ чуть ли не кончает от тесноты тела старшего, но все, что он может – это покрыть лицо Чжинхвана мокрыми поцелуями, давая тому время привыкнуть, и начать медленные, тягучие движения, когда тот сам поддается навстречу. Толчки из нежных и осторожных переходят в быстрые и резкие. Чжинхван стонет, заставляя младшего то и дело прикрывать ему рот рукой, ведь дома они не одни, а другим их слышать необязательно. Он насаживается на член и едва отросшими ногтями царапает Чжунхэ спину. В комнате становится невыносимо жарко. Чжинхван, опьяненный больше от Чжунхэ, нежели от виски с содовой сдается первым. Он, громко простонав, пачкает спермой живот младшего и невольно сжимает его член в себе, что становится для Чжунхэ последней каплей. Он изливается вслед за Чжинхваном, падает на влажное от пота тело и пытается восстановить сбившееся дыхание.       Парни не замечают, как засыпают, они также не слышат Бобби с Ханбином, которые все это время стояли за дверью и поджидали момента, чтобы забрать свои забытые на полках планшеты. Бобби, зайдя в комнату, сразу начинает беззвучно смеяться, а Ханбин же оказывается на удивление спокойным. Он укрывает ребят одеялом, хватает Чживона за шкирку, выводит в коридор и выходит следом сам, выключая за собой свет. - Надо было их сфотографировать, - Чживон дует в обиде губы и плетется за Ханбином в гостиную. - Еще успеем, ты думаешь, это последний раз? Дай ребятам отдохнуть, - Ханбин садится на диван, сгребает Чживона в охапку и шепчет на ухо тихое "я соскучился", на что Бобби счастливо улыбается, показывая белоснежные зубы, и целует Ханбина куда-то в подбородок. - Только смотри, чтобы нас кто-нибудь не сфотографировал, - бубнит Ханбин и щипает Чживона за задницу.