Сквозь распахнутые двери

В этот раз Йесон пришел еще позднее. По его недовольному уставшему лицу было видно, что еще один день поисков работы прошел впустую. Он раздраженно проглотил ужин и начал расслабляться только тогда, когда Сонмин налил ему чай и усадил за первую партию в шахматы. - Чувствую, что проиграю сегодня, - пробормотал Сонмин, хмурясь, недовольно осматривая ситуацию на доске. – Устал тоже, голова не соображает… Йесон был очень неразговорчивым сегодня. Он только тихо попивал чай, и действительно, медленно, но верно выигрывал. - Шах и мат! – и первая за вечер улыбка озарила лицо черноволосого. - Да-а, красиво ты меня, - протянул Мин. – Ну… какое желание? Если ненадолго, успеем еще раз сыграть. Йесон откинулся назад, упираясь руками за собой, и прищурился, обдумывая желание в голове. - Есть одно, - наконец, заговорил он. – Сонмин-шши, расскажи, что случилось с твоей семьёй? Юноша замер, удивленно смотря на соседа. Это было странным желанием… А Йесон в это время мечтал о массаже, но задание есть задание, и игра – неплохой способ узнать побольше. - Ну, - неуверенно начал Мин, - здесь, в общем-то, нечего рассказывать. Когда мне было шестнадцать, моя семья погибла. Отец и мать… они ехали на машине и что-то случилось. Их машина съехала с дороги на высокой скорости, перевернулась и загорелась. Несчастный случай… Бабушек с дедушками у меня не осталось – я был поздним ребенком в семье. Есть только троюродный брат в Пусане, но мы с ним не поддерживаем связь. Вот и всё, я один. Парень как-то горько улыбнулся, опуская взгляд. Хоть он и вспомнил всё это, его глаза оставались сухими. Он уже давно всё осознал и переварил, и сейчас эти воспоминания рождали в нём только ностальгию и лёгкую грусть. - Ты сильный человек, Сонмин, - тихо сказал Йесон, вглядываясь в его лицо. – Очень сильный. Мин поднял, наконец, голову, с неким оживлением глядя на соседа: - Я предлагаю не поддаваться настроению и сыграть еще партию. Я, между прочим, хочу взять реванш! Йесон улыбнулся, немедленно соглашаясь. Сонмин просто зубами вцепился в эту партию. Он разнёс Йесона в пух и прах за жалкие двадцать минут. Черноволосый только за голову хватался, как он мог так быстро проиграть? Мин довольно посмотрел на соседа и, не сдержавшись, улыбнулся от уха до уха. - Разговоры – это, конечно, хорошо, - бросил он со смешком, - но от твоего массажа о-очень сложно отказаться! Йесон только вздохнул, разводя руками: - Слово победителя… Как и в прошлый раз, парни по очереди приняли душ, смывая с себя усталость дня, и вот уже Йесон снова седлает бёдра младшего и разогревает его кожу быстрыми движениями. Сонмин блаженно сопел в подушку, изредка шевеля плечами, а когда старший начал разминать мышцы, уже застонал в голос… Йесон хотел проклясть его на месте за эти звуки. Ему, как человеку, давно отвыкшему от ласк и близости, эти стоны казались почти интимными! Да, Сонмин парень и не вызывает никаких пошлых мыслей. Но если на секунду прикрыть глаза, то мозг быстро сложит тепло тела, ощущение гладкости кожи под руками и эти звуки… и обязательно найдёт повод для смущения… Хорошо, что Сонмин его сейчас не видел, Йесон мог поспорить, что его щёки сейчас горят. Мин же откровенно получал удовольствие, его мышцы расслаблялись под этими маленькими ладонями. Они были вовсе не нежными, как у женщин, но это было именно то, что нужно. И, конечно, было это ни с чем не сравнимое ощущение, что ты не один… И пускай его сосед проживёт с ним неизвестно сколько, ведь в любой момент он может уйти; и пускай массаж – это всего лишь плата за проигрыш, всё равно, это чувство, что он не одинок, грело душу молодого человека. Йесон тщательно проминал его спину, не пропуская ни сантиметра. Во многих местах забитые мышцы болели, заставляя Мина с шипением выгибаться от неприятных ощущений. А черноволосый снова успокаивал его, чтобы он потерпел еще хоть немного, и Мин снова расслаблялся, позволяя этим рукам дарить ему такое забытое тепло. *** Проснулся Мин от шевеления рядом с собой. Он неохотно открыл глаза и упёрся взглядом в затылок соседа. Это что-то новенькое. Вопреки обыкновению, Сонмин лежал на боку, подложив локоть под голову. Спереди к нему изо всех сил прижимался Йесон, точнее… Это не он прижимался, это вторая рука Мина прижимала его к себе. Дожили… Йесон изредка дёргал ногой, будто он убегал от кого-то во сне, и видимо этим разбудил младшего. Сонмин уже понял, что сон у его соседа очень чуткий, поэтому аккуратно убрал руку и осторожно слез на пол, стараясь не разбудить его. Пока он собирался, Йесон всё-таки проснулся. Сонмин с каким-то умилением наблюдал, как черноволосый сонно плетется к кухне, покачиваясь и потирая глаза. - Сделать тебе кофе? - спросил Мин. - А?... А, нет… я сам. - Я сегодня не тороплюсь – занятия начинаются позже. - Тогда давай, - кивнул Йесон с улыбкой и ушёл умываться. Пока его не было, Сонмин занялся кофе… и попутно понял, КАК спросить Йесона… Когда сосед вышел, горячий напиток уже ждал его на столе, а Мин уже потягивал свой, задумчиво глядя на Йесона. Черноволосый уселся напротив, с наслаждением втягивая аромат. - Я хотел у тебя спросить, - тихо начал вдруг Мин, - но тебе не обязательно отвечать… Йесон про себя немного напрягся – голос у младшего был серьёзным. - У тебя на спине шрам… и это выглядит, как ранение от холодного оружия. Йесон осторожно поднял глаза на Мина. - Твоя одежда, - продолжил тот, - вся чёрная и безликая, ни размеров, ни марки, но недешёвая. Йесон смотрел на него в упор, не моргая. Его сердце, кажется, забилось раза в два быстрее, но виду он не показывал, а Мин заговорил снова: - У тебя нет личных вещей, кроме одежды и средств гигиены. Ни украшений, ни фотографий, ни даже плеера с любимой музыкой. Мин буравил его взглядом. В его глазах не было страха или опасения, он просто предельно серьёзно смотрел на Йесона. - Мне бы очень хотелось знать, кто ты, и c какой целью тебе понадобился я… Хотя ты скорее всего мне не ответишь, я просто хочу сказать, что я не слепой. Йесон тяжело выдохнул, опуская голову. Глупо было надеяться, что он не догадается, он слишком умный, хоть на первый взгляд и не скажешь. - Ты прав, - хрипло сказал Йесон, - я действительно здесь не случайно… И, как ты правильно догадываешься, не могу сказать тебе, кто я… Сонмин сдержанно кивнул, не отводя глаз от парня. - Прости, что мне пришлось так… вмешиваться в твою жизнь, но я должен защитить тебя. - От чего? – вот теперь Мин был слегка удивлён. - Думаю, я должен рассказать тебе, хотя по приказу не имею права… Но не сейчас, позже… Это касается твоей семьи… Сонмин сглотнул. Семьи? В голове сразу всё перепуталось, и он растерянно посмотрел на соседа. - Тебе надо на работу, - тихо напомнил Йесон. – Я бы сказал тебе быть осторожным, но ты и так все всегда замечаешь и всегда наготове. Ты… удивительный человек, раскусил меня за какие-то три дня. Йесон осторожно улыбнулся. Сонмин закусил губу, что-то тщательно обдумывая, и посмотрел, наконец, прямо на парня. - Ну хорошо… Я так понимаю, выбора у тебя нет, и ты в любом случае останешься пока со мной… Даже если я тебя выгоню, ты всё равно будешь за мной следить, так? Йесон кивнул, виновато улыбаясь чуть шире. - Тогда скажи хотя бы своё настоящее имя, - продолжил Сонмин, - чтобы я знал, с кем имею дело. - Чонун, - сказал Йесон на это. – Меня зовут Ким Чонун. Мин кивнул, протягивая руку. - Приятно познакомиться, Ким Чонун. *** - Нашёл его? - Проще простого, такого, как он, вообще сложно не найти. В маленькой старой квартире на окраине города собрались четверо молодых людей. Толстяк крутил в руке телефон, будто ожидал звонка, а Хичоль сидел перед ним в кресле, с презрительной усмешкой поглядывая на стоящего в дверях Генри. Четвёртый – китаец – сидел на подоконнике с плеером в ушах и беззаботно покачивал ногой в такт музыке. - Планы меняются, - снова заговорил толстый. – Убрать мы его всегда успеем… Но сначала мне надо с ним поговорить. Если он что-то знает, я выбью из него эту информацию прежде, чем уберу его. Хичоль сощурил глаза, переводя взгляд на главаря. - Это уже немного сложнее. Полиция его уже нашла… К тому же ближайшие пару дней он работает. Вечером, когда все соседи дома после работы, увезти его будет сложнее – нас могут заметить. Толстяк дёрнул щекой, бросая телефон на стол перед собой. - Тогда дождитесь, когда у него будет выходной и езжайте к нему с Ханкёном вместе. Только не поднимайте шума – усыпите его и привезите сюда, и смотрите, сильно не калечьте, мне он в сознании нужен. - Я с этим маньяком не поеду, - подал голос китаец. – Знаю я его. Этот псих обязательно сорвётся и пришьёт кого-нибудь по дороге. Не хочу потом кровь оттирать! Хичоль опасно улыбнулся, переводя взгляд на Ханни. - Наш Пекинский Жареный Рис меня боится? Как мило… - Кончайте трепаться! – рыкнул главарь. - Ханкён, я тебя с ним посылаю, потому что ты наиболее адекватный. Если Хичоль накосячит, можешь его прикончить. Хичоль надулся, обиженно отворачиваясь от окна. - Правда? – встрепенулся китаец, по его лицу расплылась хитрая улыбка. – Тогда я согласен! Хичоль фыркнул, складывая ногу на ногу, а мелкий в дверях тоже заулыбался. - Нам надо как можно быстрее узнать, где Кибом спрятал ту запись. Мне уже звонили сверху, они обеспокоены, ползут слухи, что спецслужбы вновь подняли дело нашей группировки… - А мы-то здесь причём? – ляпнул Хи. – Сами что ли разобраться не могут? Нам тогда и двадцати не было, мы были обычными пешками. - Тем не менее, по нашей вине появилась та запись, так что мы и должны расхлёбывать, иначе от нашей команды быстро избавятся, - вздохнул толстяк. Ребята молча переглянулись, не зная, что на это ответить. Главарь прав – они всего лишь небольшая группа, таких еще множество. Для корейской мафии – это единственный способ существования – нет цельной группировки, есть вот такие маленькие отряды, которые действуют под руководством своего начальника, которого ни разу в жизни не видели, и ничего не знают о других отрядах. Толстяк вздохнул, снова хватаясь за телефон. - Пока не разберёмся – работы не будет. Ребята снова переглянулись и вздохнули. *** Шивон стоял в наушниках и был предельно сосредоточен, пытаясь попасть в центр мишени. Раннее утро, шеф еще не приехал, поэтому он решил пострелять. Когда очередная обойма закончилась, он услышал тихий шорох рядом с собой. Шивон повернул голову и наткнулся на изучающий пристальный взгляд из-под длинной красной чёлки. Чжоу Ми стоял, прислонившись к стене спиной и перекрестив ноги. - Доброе утро, - прощебетал он, улыбаясь. Шивон нахмурился. - Доброе утро. Какими судьбами здесь? Китаец хмыкнул, отрываясь от стены и подходя к кабинке с пластиковыми стенками, в которой находился Шивон. - Странный вопрос к снайперу… Действительно, что мне делать в тире для тренировок? Шивон фыркнул, перезаряжая пистолет. - Снайпер – это довольно скучно, - сказал он. – Кроме как стрелять, такие люди обычно ничего не умеют… Он выстрелил несколько раз в новую мишень и удовлетворённо присмотрелся к результатам. - А таким больше ничего и не надо уметь, - сказал Мими, вытаскивая пистолет и поворачивая голову к Шивону. Рука китайца вытянулась в сторону мишени, а сам он улыбнулся, в упор глядя на офицера. Раздалось восемь выстрелов, во время которых взгляд Мими продолжал хитро изучать лицо коллеги. Шивон быстро посмотрел на мишень. В первые секунды он хотел улыбнуться – в центре «груди» картонного человека не было ни одного нового отверстия… Но потом его взгляд поднялся выше, и он оторопел… Прямо в центре головы было выбито… сердечко! Абсолютно ровное сердечко из восьми отверстий! Неожиданно раздался еще один выстрел, и новое отверстие появилось прямо в центре этого сердца. Шивон огромными глазами смотрел на мишень и не понимал, как можно так стрелять, да еще и не глядя! - Уверен, что дерусь я тоже лучше тебя, - самодовольно проговорил Мими, ухмыляясь. Он снял наушники и сделал шаг к бортику, вглядываясь в результат своей стрельбы. - Ч-что? – Шивон оторвался от разглядывания мишени, с удивлением замечая, что рыжий слишком близко к нему. Взгляд Шивона невольно скользнул по длинной шее китайца и споткнулся о ямку между ключицами. - Не переоценивай себя, - выдавил офицер, поднимая взгляд на лицо рыжего. – Дерусь я лучше, чем стреляю… Китаец посмотрел, наконец, на него и улыбнулся. - Надо будет как-нибудь проверить, - тихо сказал он. – Так и быть, я тебе поддамся. - Не стоит, я завалю тебя меньше, чем за пять минут. – Шивон сделал шаг вперёд, заставляя Чжоу Ми отступить назад и упереться спиной в стенку кабинки. Глаза китайца расширились, а рот приоткрылся. Он сглотнул, облизывая губы, но потом выпрямился, поднимая подбородок и растягивая губы в ухмылке. - Но Шивон-шши, - протянул он сладко, - неужели тебе не жаль будет бить моё красивое тело? Оно предназначено для других вещей… Брови Шивона полезли наверх, и он резко отступил назад. Мими коротко выдохнул и быстро покинул тир, не оборачиваясь на застывшего офицера. А тот стоял в полном ступоре и откровенно не понимал, с какой стати у него горят щёки и так быстро бьётся сердце…