Срывая маски

«Когда ничего не остается, как принять правду такой, какой она есть. Мы продолжаем получать от жизни удовольствие. Мы смирились, а потом смеялись над ушедшей неловкостью между нами.»

В очередной раз Кэролайн с омерзением отреагировала на попытку древнего и великого, Клауса Майклсона, добиться ее расположения. Неприступная и вечно кричащая направо и налево о любви к Тайлеру Локвуду она совершенно не подозревала, что чувства создателя двойной сущности ее бойфренда искренние и совершенно без какого-либо подтекста. В очередной раз возвращаясь домой вампир с омерзением отплевывался, желая разорвать Локвуда на мелкие кусочки, но жажда иметь верных подданных и вскоре по числу таковых равняющихся по размеру с армией, превышали всякие стремления убить кого-либо своего типа. Да и стремление добиться этой блондиночки перекрывали всякие желания отрывать головы ее близким людям. - Опять неудача, братик? – легкой походкой преодолела Ребекка комнату и с нескрываемым удовольствием от неудачи брата, своей аккуратно очерченной попкой, прикрыла крышку пианино. Усевшись поверх нее, она с наслаждением отмечала неумение братца, в последнее время, справляться со своими эмоциями, когда речь заходила о неповторимой, по его мнению, вампирской барби. - А ты, наверное, собралась снова попытать удачу с Деймоном Сальваторе? – не решил он отставать от сестры и также кидался едкими замечаниями. Прозвучало что-то наподобие “пфф” и недолго думая сестренка перехватила у Клауса бутыль алкоголя, делая огромный глоток. - Если тебе интересно, то мы решили больше не встречаться, он сильно дорожит своей распрекрасной Еленой, - соврала девушка, не желая открывать правду всего произошедшего. - Мне тебя искренне жаль Ребекка, - усмехнулся Клаус и принял от девушки бутылку, и с улыбкой отмечая, как замечательна растерянность на ее лице. - Довольствоваться таким вариантом, а еще переживать, - издевался мужчина. - Заткнись, Клаус! – не сдержалась Бекка и чаша терпения к язвительностям братца была переполнена. - Оу, оу, успокойся Ребекка. Я почти поверил, что тебе все равно, - наслаждался он ее гневом. - Заткнись, заткнись! – занесла руку девушка. - Ты еще такая маленькая, - с легкостью перехватил он ее, на ощупь хрупкую ручонку, и, встав, занес ее за спину девушки. - Что ты сделаешь мне, Ребекка? Убьешь? – усмехнулся гибрид. Такое ощущение, что она растеряла всю свою силу, и даже дернуться ей не хватало ни желания, ни воли, ни стремления освободиться из этой сильной хватки. Обращаясь в прошлое, она всегда терпела неудачи с мужчинами и терпит по сей день. Единственным, кто принимал ее и заботился о ней был тот, кого она называла братом и сейчас, находясь с ним в непосредственной близости, она думает, решается и прикасается к его губам. Ожидая от него отвержения или в следующий миг какого-то скандала на тему: “What are you fucking doing?” кроме, как первой отпрянуть она не решилась ни на что. Но встретившись с братом взглядом, Бекка не увидела отрицания и осуждения произошедшего. Клаус ослабил хватку повесив на лицо свою знаменитую улыбку в стиле, “я наконец-то добился того чего желал”. Резко оказавшись у стены, вампир сильно вдавил девушку спиной в каменную кладку и от этой грубости Ребекка глухо охнула. Ей понравилось. Именно сила и то, как он требовательно относится к окружающим, как заставляет их делать то, что он хочет – разжигали в ней больший интерес к запретной страсти. Клаус впился в ее губы, изменяя своему братскому чувству по отношению к своей сестре. Сейчас она была женщиной, его женщиной, которая страстно отвечала на поцелуй и словно дикая кошка покусывала его губы пытаясь разгневать зверя внутри него. Она целовалась не как маленькая девочка, какой она всегда для него была, а по-взрослому вытворяя языком всякие приятные нелепости, соприкасаясь с его и синхронно вытворяя горячие узоры во ртах обоих. Желая изучать и властвовать, он оставил влажную дорожку от ее подбородка до ее груди, неадекватно срывая с нее какое-то платье вид которого он уже не помнил, оставив свой разум где-то далеко до появления Ребекки. Покрыв своей ладонью и активно начав сжимать красивые груди сестры, Клаус свободной рукой начал опускаться ниже, по спине, вскоре сильно сжав ее ягодицу и снова возвращаясь к поцелую. Такая горячая. Она издавала сладкие стоны каждый раз, когда он переставал целовать ее и прикасался к белоснежной коже губами и проводил по ней языком, покусывал, продолжая изучать пока что только первым способом. В его власти. Она была теперь полностью в его власти. Если раньше она могла сказать ему слово против, то сейчас она только хотела поддакивать ему и просить о большем, о еще большем. Но древний, как чувствовал ее желание и, закончив играть с ее сосками, его рука опустилась на шелковые черные трусы, которые были настолько мокрые, что привели в полнейшее восхищение вампира. Это было лучшим знаком того, что ей все это нравится и она испытывает удовольствие. - Тебе нравится Ребекка? – перестал он активно поглаживать клитор, с интересом вглядываясь в лицо сестры. Отказываясь смотреть ему в глаза, она хмыкнула, подразумевая, что такой ответ устроит вампира. - Ребекка! Смотри мне в глаза! И что он в них видел? Просьбу, желание, мольбу, чтобы продолжать и размывчатый стыд от своих же желаний. Ему более не нужно было. Легко сорвав ее трусики, он активно начал массировать ее клитор, принимая ее восхитительные стоны за благодарность продолжения его действий. Сам он еле-еле пытался сдерживаться, чтобы приступить к самому главному. Но зрелище от лицезрения корчащегося лица Ребекки от сладостных и приятных эмоций еще больше увеличивали его желание не заканчивать эту игру раньше времени. И неожиданно сдвинув пальцы чуть поодаль ее бугорка, он вошел в нее тремя пальцами, ускорив темп и довольствуясь разгорячённым влагалищем. На его лице улыбка. Он управляет ей. Одной рукой опиравшись в стену он снова проникает языком в ее рот, а Бекка обнимает его и одним движением срывает с него верх и получает удивительное удовольствие от его проникновений и проведением своих ноготков по его спине. От доставленной боли он недовольно щурится и, вытащив пальцы, налегает на нее еще больше вдавливая в стену подхватывает за ягодицы и она ловко обхватывает его торс ногами. Молниеносно они оказываются на столе, который гордо выдерживает их обоих. Теперь уже она изучала его тело, целуя, проводя языком и впитывая аромат его кожи. Клаус умело помогает стягивать с себя штаны и в очередной раз застывает как камень, предлагая своей сестре сделать все самой. Здесь есть интерес, насколько она догадливая. Но он недооценивает ее, и она оказывается сверху укусив за сосок и продвигаясь к паху. Ожидание того, что может произойти в следующий момент заставили Клауса испытать мимолетное тревожащее все тело сладкую дрожь, удовольствие. Когда губки сомкнулись вокруг головки члена вампира, он инстинктивно сжал кулак и закинул голову. Эта женщина просто невероятно догадливая и делала все быстро и проявляла невероятные познания в умении орального секса. Причмокивая и заставляя своего брата чувствовать себя на этот раз беспомощным и готовым сделать для нее что угодно, она являлась ему самой лучшей женщиной на свете. Такая разгоряченная, испорченная, желающая прикасаться, чувствовать свержение всех нормальностей и принять как лучшее удовольствие близости. Нет. Скорее секс, горячий секс со своим собственным братом. Отвлекшись, она с замысловатой улыбкой посмотрела брату в глаза. Теперь она была более уверенней и подалась на волю услаждения себя и его. Коснулась кончиком языка его головки и провела им вокруг. Этого Клаус больше вынести не мог и в один миг, повернув ее к себе спиной, приставил к стене и, поцеловав в шею, уложил одну руку ниже живота, а второй взяв в руки член, начал водить им вокруг влагалища. Медлил, специально, ему нравилось, что снова он доминанта и теперь исход зависит только от него. Она была такая уже мокрая и уже слегка подрагивающий от ожидания его орган, начал медленно входить в нее. Ощущение горячей ловушки, и он поддается вперед, еще, и вскоре весь его член начинает чувствовать пульсирующее от возбуждения все ее влагалище. Ребекка охнула, как только он зашел на полную, и она теперь чувствовала его внутри себя. Теперь уложив руки на ее таз, он начал двигаться и с каждым новым движением он ускорялся и стоны, жар Бекки были явственно слышны и ощутим. В попытках найти хоть маленький выступ или пробоину в стене, вампирша содрала часть обоев, а с каждым движением Клаус ускорялся. Сжимая уже одной рукой ее грудь, он начал тяжело дышать уже более не аккуратно обращаясь с ней, вынимая член и снова, до самого конца, словно вбивал в нее очередной удар сладострастия, чувственности и ни с чем несравнимого желания продолжать свои сильные действия. Чувствуя, как ассортимент всего и вся складываются в мозаику самой запоминающейся радости она начинает помогать ему, активно двигаться ему на встречу и захлебываясь криками и просьбами об увеличении скорости движений. В одиноком доме Майклсонов разрывалась от сладостных ощущений Ребекка и не могла сдерживаться от ни с чем не сравнимого на ее памяти, размера и горячести члена своего брата. А факт их родственной связи только добавляли, только прибавляли, только увеличивали во много раз все ощущения. Древний начал постанывать, сильно сжимая плечо сестры и другой рукой все сильней ускорять ее, помогая себе. Все влагалище резко сузилось и яростный стон девушки, и звуки прерывистых стонов Клауса начали раздаваться по всей гостиной. Еще пара резких движений и он кончил, в нее, сгибаясь и останавливаясь руками на ее груди, несильно сжимая и отрывисто выбрасывая в нее свою сперму. Сбивчатое дыхание. Бекка уткнулась в стену, и общая эйфория захватила ими, еще отголоски пережитого оргазма пробегали дрожью по их телам и девушка еще несколько раз вздрогнула. Все было кончено, на первый раз. Спустя некоторое время. - В очередной раз отшила блондиночка Форбс? – весело кинул Кол, появившись в гостиной и бросив взгляд на разодранную стену. - Уоу. Похоже, в этот раз она была слишком жестока. Клаус задумчиво смотрел на свой стакан с коньяком и уже размышлял о том, что в следующий раз его сестренка испытает одну из его любимых игр. А какую? Это уже другая история.