Цветы далёких звёзд

Кабинет сенатора Палпатина. Сам сенатор сидит за столом, по левую руку от него расположилась Амидала. Возле дверей стоят охранники

Палпатин: Миледи, я нынче тревожусь о том, Как дальше политику мы поведём, Когда с нападеньем таких Федераций В конце-то концов прекратим разбираться. (охранникам) Покиньте нас.

Оба стража выходят

(Падме) Наши беззвучны послы И армии силы, простите, малы Ничтожно. Об этом была бы забота Гораздо важнее другого чего-то. Падме: Но нам не грозит, слава небу, война, К чему эта спешка, скажите, нужна? Ведь мир и покой нам поистине важен. Палпатин: А если другие компании, скажем, Опять в чём-то мерзком Набу обвинят? Вы помните: нам не помощник Сенат. Падме: Зато заодно все храмовники с нами, Без тех, кто учился сражению в Храме, Могли мы врага упустить. Палпатин (с еле уловимым презрением): То не враг, А так, одиночный какой-то пустяк, Другой же какой-то в сражении роли, Увы, не играли храмовники боле. Падме: Джедаи от плена, тюрьмы нас спасли И через огонь нас в Сенат привезли, И если б не мастер, то как бы детали Средь бури песчаной тогда мы достали? Палпатин: Да, кстати, о нём.

(Падме хмурится)

Хоть момент сей со мной Не связан никак, ни одной стороной, Но только… к чему вам советник из Храма? Джедаи, к несчастью, не смыслят ни грамма В политике. Падме: Это совсем не о нём: Мой новый помощник прекрасно знаком С теорией – в Храме она из предметов, Которым научат и маленьких деток, И с юности вместе с учителем он Политику со всех возможных сторон Исследовал. После вчерашней беседы, Где я удивилась, что мастер отведал Разборок в Сенате, сомнения нет, Что только хороший останется след, Когда я прислушаюсь к мудрым советам, Прекрасно сама убедилась я в этом. Палпатин: Джедая бы можно отправить на бой Со слабостью армии, только, друг мой, Они не солдаты. Один иль по двое Сражаются. Армия – это другое. Подумайте, сколько достойных людей Живёт на планете лесов и полей, Что с детства учились политике чистой И в ней, я так думаю, более смыслят. Джедаи, простите, народ не такой, Чтоб молча всегда соглашаться с тобой, Хоть трижды будь прав, но их мудрость слепая Всю сложность действительных бед отвергает – Всё Сила да Сила. Сидеть и молчать. Свои интересы умеют подать, Поскольку учили их с самого детства, Что просто от Кодекса некуда деться, А принципы наши, увы, не понять Тому, кто учился смиреннейше ждать От Силы-помощницы жизненной льготы, Так ждать ль от джедая хорошей работы?

Падме всё это время нетерпеливо мнётся на месте, словно желая возразить

Падме: Вы правы. В тяжёлом джедайском кругу Я долго, пожалуй, сидеть не смогу, Их принципы, знаю я, неизменимы, Но вот до того, наконец, и дошли мы, Что мастер иной. Он признался мне сам, Что зря столько верил храмовым стенам, Когда я работу ему предложила. Не знаю, что, правда, Живая есть Сила, Но мудрость его мне понятна была, Когда средь песков я в каюте ждала. И дня не прошло – он вернулся успешно. Палпатин (усмехаясь): Причём не один.

Падме удивлённо смотрит на него

Палпатин: Кто учился прилежно, Тот помнит одно из трёх правил. А мы? Падме (задумчиво): К работе должны мы быть вечно прямы, А всё остальное пусть побоку будет. Палпатин: Не так ваш советник, как знаю я, судит. Вы, верно, знакомы с уютной семьёй? Падме: Да, помню, как мастер тянулся домой… Палпатин: Вот видите. Сердце немного слабее, Чем каменное, и держать не умеет Желание к счастью. Падме (ещё более удивлён): И это беда? Палпатин: Влюблённый советник опасен всегда: Когда ему выбор свой сделать придётся, Он ради любви от всего отречётся, Ведь Храм был оставлен не просто затем, Чтоб Кодекса странных избегнуть систем, А чтобы расслабиться. Слабость опасна, Не очень-то просто придётся сейчас нам. Падме (несмело улыбаясь): А если была бы и я влюблена? Поверьте, Республика так мне важна, Что, даже влюбившись, я вам обещаю: В неё веру вечную не потеряю. Палпатин (со вздохом): Простите, миледи, не вам пока знать, Как чувства умеют нас опустошать, Особенно если мы их упускаем. Падме: Надеюсь, что мы никогда не узнаем. Палпатин: Что ж, раз вы джедая достойным сочли, Я спорить не буду. Но если вдали Опять, не дай небо, покажутся беды Для вашего счастья, для нашей планеты, Смогу вас и сам я всегда поддержать. Падме: Я трижды спасибо хочу вам сказать За то, что не дали вы впасть мне в унынье. Пока же на нас Силы злость не остынет, Мы сделаем всё для планеты своей.

Раскланиваются. Королева уходит. Палпатин хмыкает и достаёт с пояса сайбер

Палпатин: Набрали на важные роли детей. Я знаю, что девочку так взволновало, Я помню, как мне она повествовала, Что глиняный домик от бури их скрыл. То глупого лишь благородства посыл, И мальчика хочет с собой видеть рядом. Ей это семейство – от Силы награда…

(усмехается)

Но я не позволю, чтоб этот «иной» Вёл девочку нашу дорогой другой, Поэтому… после увидим мы, впрочем, Что Сила нам далее в жизни пророчит.

Конец шестнадцатого действия