Barry/Harrison Stuff

Барри боготворил доктора Уэллса, сколько он помнил себя, когда вышел из комы и увидел эти сияющие голубые глаза, смотрящие в его сторону… Давайте просто скажем, что его телу было что сказать по этому поводу. Доктор Уэллс был всегда настолько сильным и печальным, и, само собой, чертовски красивым. Привлекательность была неоспорима, и Барри просто не мог с собой ничего поделать. Это началось достаточно просто. Барри решил остаться в СТАР Лабс. В частности, чтобы проводить больше времени с доктором Уэллсом, впитывая каждое слово этого человека, потому что они были на вес золота. Предлагая помочь везде, где он мог бы, чтобы иметь оправдание, почему он вечно крутится рядом с ним. Он просто смотрел на него. Спасибо Вселенной за его скорость, иначе он был бы пойман. Потом было касание. Прикосновение пальцев здесь, рука в руку там, пока этого не перестало быть достаточно. Барри не мог ничего с собой поделать. Он был готов на что угодно, лишь бы быть еще ближе к мужчине. Он знал, что это выходило из-под контроля, когда в один прекрасный день «случайно» споткнулся и упал на колени доктору. Тогда он распылялся и приносил извинения и сразу вскочил, почти в тот же момент, когда и должен был, но две секунды обычного человека — не две секунды для спидстера. Это было удивительно и жалко в то же время, но он не мог заставить себя осторожничать. Доктор Уэллс просто посмотрел на него и приподнял бровь. Барри принял судьбу обреченного. И вот теперь Барри, тремя неделями позже, наклонялся над Харрисоном Уэллсом, чтобы взглянуть на его монитор, вместо того чтобы воспользоваться более легкодоступным — с той же информацией. Он услышал довольно напряженный вдох, а затем свое имя: — Барри. Барри отстранился немного. — Да, доктор? Внезапно Харрисон схватил Барри за ворот рубашки и потянул к себе. — Ты не проницательный. Уэллс практически прорычал это, а затем утянул Барри в насыщенный поцелуй.