Доподглядывался

Сколько Гарри не бродил по коридорам Хогвартса после встречи с Северусом, надеясь, что в гостиной Гриффиндора будет пусто по его возвращению, ему все же не удалось избежать встречи с друзьями. Рон и Гермиона, несмотря на очень позднее время, терпеливо дожидались Гарри. - Что это с тобой? Он тебя мучил? – Рон подскочил с дивана и пристально разглядывал губы Гарри. - С чего ты взял? – оторопел от такого напора Гарри. - Ты все губы искусал, - Рон пальцем указывал на предательски краснеющие губы. - Это не я их кусал, - Гарри увидел, как в глазах Гермионы постепенно появляется понимание. Сначала они распахнулись от удивления, затем в них можно было прочесть сомнение и заботу. - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, - сказала Гермиона. – Я же правильно поняла? - Я не умею читать мысли, - Гарри плюхнулся на диван. Он решил, что не станет скрывать от друзей, что скоро станет связанным магическим партнерством. Лучше уж сразу им все рассказать, чем потом оправдываться за то, что умолчал о таком важном предстоящем ему событии. Гарри автоматически поставил вокруг них полог Тишины, чтобы никто не мог подслушать их разговор. - Ты и профессор Снейп?.. - Что? Ты о чем, Гермиона? – Рон переводил недоверчивый взгляд с Гарри на Гермиону. Он надеялся, что неправильно понял слова подруги. - Рон, присядь, пожалуйста, - попросил Гарри. – И я прошу тебя, сначала выслушай, что я расскажу, а потом будешь возмущаться. Хорошо? – Гарри рассказал, как сам того не ожидая в день последней битвы связал себя и Снейпа магическими узами. И о том, что его магическую связь с другим магом первой обнаружила мадам Помфри. Про свои игры с подглядыванием он, конечно же, распространяться не стал. - Это неожиданно, но я почитаю о таких связях. Возможно, есть способ избавиться… - Гермиона уже строила планы о набеге на библиотеку. - Нет. Не нужно ничего искать. Во-первых, магическую связь нельзя разорвать… - Можно. Просто нужно задушить Снейпа, и ты будешь свободен, - сквозь зубы процедил Рон обреченно. – Я знал, что добром это не кончится. Эти твои полеты на метле по ночам. И нужно было именно Снейпу тебя найти, когда ты упал. Вот не узнала бы Помфри… - Это ничего не изменило бы. А могло еще и убить меня, если бы я попытался с кем-нибудь другим заключить магический брак, - рассудительно заметил Гарри. - Но Снейп… Гарри, это же - Снейп! – Рон не возмущался, он был искренне расстроен, сожалея о несчастной, как он думал, судьбе, постигшей его друга. - Ну и что? Рон, все будет хорошо. Мне давно нравится Северус, так что я рад такому повороту событий. Не скрою, для меня стало неожиданностью то, что он тоже проявляет симпатию ко мне. Но вы же знаете, какой он скрытный. И нет, Гермиона. Я вижу, тебе не терпится предупредить меня, что он может врать, - Гарри понял, что угадал намерения подруги. – Он не врал мне, я бы почувствовал. Эти узы, что нас связывают, они… Они не позволяют вредить друг другу. Я не знаю как, но я точно знаю, что Северус говорил мне правду. На зимних каникулах мы с ним проведем обряд магического партнерства. Вот, теперь вы все знаете. В гостиной несколько минут стояла тишина, каждый думал о своем. - Гарри, мы примем твой выбор, каким бы он ни был, - немного напряженно проговорила Гермиона, прерывая паузу в их разговоре. - Куда мы денемся. Только прошу, не заставляй меня мило ему улыбаться. Я принимаю твой выбор, но не Снейпа, - Рон оставался верен своим убеждениям.

***

В то же время в комнате на вершине Северной башни шел еще один важный разговор. - Пришел сказать, что больше в моей компании не нуждаешься? - с порога поинтересовалась Сибилла у друга. - От твоей компании я никогда не откажусь. Очень надеюсь, что мы останемся друзьями. А вот в постельных играх с тобой я, действительно, участвовать больше не буду, даже если и захочу, да ты и сама об этом знаешь. - Не захочешь, - немного печальная улыбка сопровождала утверждение. - Почему ты раньше мне не сказала, что у нас с Гарри магическая связь? Ты же знала об этом? – Северус привычно устроился в кресле возле камина. - Знала, - занимая соседнее кресло, ответила Сибилла. – Северус, если бы я вмешалась, то все могло бы закончиться совсем не так удачно. В том и состоит главная трудность ноши прорицательницы и ворожеи – нужно очень многое скрывать для того, чтобы не навредить. - Скажи мне – у нас все с Гарри будет хорошо? Пожалуйста. - Ты никогда не просил меня заглянуть в твое будущее… Но я впервые вижу твою неуверенность в себе. Это даже забавно. Оказывается, ты тоже не каменный. Не волнуйся, Северус. Все у вас с Гарри будет, как в сказке. Знаешь? Жили они долго и счастливо.

***

- Северус… Северус, успокойся. Нас сейчас застукают твои студенты, - шептал, хихикая, Гарри прямо в губы своему будущему магическому партнеру, будучи прижатым спиной к стене в крошечном закутке за доспехами. - Ты тоже мой студент. Так что будем считать, что меня уже застукали. Можно дальше не прятаться, - Северус прервал жадный поцелуй, чтобы выслушать Гарри и дать ему достойный ответ. После их вечера с серьезным разговором Северус как с цепи сорвался. Ему нравилось ловить Гарри в коридоре, затягивать в ближайший тупичок или пустой класс и доводить поцелуями до состояния «подгибающихся ног». Он знал, что после пары-тройки таких эскапад Гарри приходил в состояние, когда он с трудом дожидался вечера, чтобы прибежать в покои Северуса и требовать: - Делай, что хочешь, только быстрее! Вот такой подход к вопросу личных отношений Северусу нравился. Вседозволенность, говорят, развращает. Поэтому он вел себя исключительно развратно, запираясь с Гарри в собственной спальне. Он снимал с него одежду, когда медленно, доводя этим до исступления от сдерживаемого желания, когда, напротив, срывал ее не глядя, разбрасывая вокруг. Для Северуса это было даром небес – иметь возможность ввести в мир чувственных наслаждений своего будущего супруга и магического партнера. Он становился перед ним на колени, уделяя внимание главной «проблеме», приведшей Гарри в его покои. Немаленькой такой «проблеме», прямой, с нежной кожей, так прекрасно отзывающейся на прикосновения. - Северус-с-с, или ты его сам возьмешь, или я тебя заставлю, - шипел Гарри от нетерпения, когда Северус еле ощутимыми прикосновениями языка дразнил головку его члена. И Гарри, конечно же, получал то, о чем просил. Северус вбирал его член в рот так глубоко, как только мог. Он посасывал его и щекотал языком. Он позволял ему вбиваться в свой рот и скользить в нем. Он глотал солоноватую сперму и облизывался так довольно, словно получил возможность испробовать божественную амброзию. Гарри хотелось большего, но Северус заявлял, что на их брачном ложе будет достаточно и одного затасканного развратника. На его слова Гарри возмущенно твердил, что он не девственница, что нигде не написано, что партнерский союз требует каких-либо условий относительно сексуального опыта. Но Северус оставался непоколебим в своем упрямстве, доводя Гарри до разрядки лаской рук и губ и удовлетворяясь тем же в его исполнении. И только однажды Северус очень серьезно заметил, что секс с проникновением может спровоцировать неправильное закрепление их партнерских уз. Ведь их магическая связь тоже возникла без проведения ритуала. Он все еще не хотел признаваться, что немного схитрил, уверив Гарри о том, что их узы наверняка помолвочные. А Люциус предупредил Северуса о возможном сюрпризе от магии. Так что для упрямства Северуса были очень серьезные основания. Как бы там ни было, но все вечера, оставшиеся до каникул, Гарри и Северус проводили вместе, хотя пока и не афишировали своих отношений.