Sun Of Freaks

Мы - самые крошечные дети в своем классе, всегда были, и вид должен быть смешным, но никто никогда не смеется. Вместо этого они шепчут нам на ухо едва уловимые, но выводящие из себя и напрягающие слова – "Эй, эй, Росс! Ури снова был в «тебе»? Вы расскажете?" Вопрос ненужный. Но я его не могу игнорировать. Никто не знает, почему мы делаем это, кроме, возможно, Спенсера и Джона, и никто особенно не заботится о них. Путь нашей борьбы с Ури уродлива; неловкое взламывание кулаков и толпа уже рядом. Хотя, друг друга мы колотим либо за школой, либо в туалете, либо, если, нет сил терпеть, возле входных дверей колледжа. Мой кулак врезается в нос Ури, выведенный из равновесия, но достаточно сильный, Ури кидает проклятия и отходит назад, падет, ударяется головой об пол. Он переворачивается. Ури, пытающийся возвратиться на ноги, получить власть над собой, получает мой харчек с кровью, и слюна летит в его глаз; Ури выкрикивает и хлопает меня рукой в лицо. Оглушение. - Пошел к черту, - я выдаю насмешку, когда раздается звонок и другие студенты расходятся. Мы остаемся там, толкая друг в друга со слепой, нескоординированной яростью. -Иди ты,- говорит Ури и ударяет меня рукой в живот. Звонок звонил, и двор пуст кроме нас, но мы остаемся там, грязь и трава, кровь и победитель. Победителем являюсь я. Из каждых драк обязательно есть свой триумфатор. *** Возле кабинете Уэя, ожидало совсем не много людей своего руководителя. Я был там несколько раз, даже больше, чем несколько раз, больше, чем несколько раз в прошлый учебный год. Да, там даже есть подписанный плакат от некоторой театральной группы вне Бродвея, висящей на одной из стен, темный, в черно-белых тонах, и есть живопись с красным, будто обрызганным через весь холст кровью. Я действительно обеспокоен кровью, которая все еще сочится из уголка моего рта. Я вдыхаю воздух, который является на вкус немного металлическим. Я отказываюсь смотреть на Брендона, сидя на стуле рядом с ним. Я надеюсь, что ему удалось выбить передний зуб. Возможно, это сделало бы Брендона молчаливым на некоторое время. -Почему, ты, черт возьми, улыбаешься? – спрашивает Брендон немного испуганно. Я поднимаю бровь даже при том, что она причиняет боль. -Думаю о моменте, когда ты замолчал прямо после того, как я получил от тебя удар по яйцам. Это было замечательно. Я видел, как ты скрючился от боли и схватился за лицо. -Просто ахриненно, - последовал ответ Брендона, и я уверен, что это было типичное высокомерное заявление, точно такое же, как в любое другое время Брендон открывает рот. На мгновение я чувствую себя глупым и виновным. Это проходит достаточно быстро. -Сколько раз, - начал мистер Уэй, звуча достаточно грозно, - я говорил вам, что вы обязаны принести мне доклад? -В течение прошлого месяца? - Брендон спрашивает, и это - то, почему я НЕНАВИЖУ его, потому что он никогда не может держать рот на замке, всегда должен притворяться, что у него есть что-то, на что он может ответить, а когда действительно не готов, он - просто немой маленький ребенок, которому так или иначе удалось остаться на второй год, а в самом конце, когда упустил все, падает на колени. -Ты гордишься свои докладом, Брендон? – спрашивает Уэй. Брендон поднимает подбородок, ухмыляясь: -Я думаю, что большинство людей было бы довольно за любой метод, которым я заставляю Росса падать с его высокой чертовой лошади… -О, а сколько других людей хотят сделать так, что бы ты облажался, - говорю я ему и толкаю в затылок так, что тот ударяется своим лбом об стол. -Мальчики, - он говорит устало, - я думаю, что вы все согласились бы на то, чем раньше мы можем покончить с драками, тем лучше. Я ожидаю, что Вы оба знаете, что на этом уровне постоянного насилия и перелома школьных правил, я, как вы знаете, временно отстраню Вас обоих, а также отправлю запрос для ваших родителей и то, чтобы просить, чтобы они прибыли в школу, чтобы попытаться иметь дело с этими обстоятельствами. Брендон наклоняется вперед на своем стуле, его глаза становятся огромными. -Сэр … -начинает он. -Я знаю, - г-н Уэй говорит с усмешкой, - я не хотел обращаться к тем методам просто все же. Мои глаза направляются в сторону Брендона. Тот видит это и делает угрюмый вид, как бы всем видом говорит, что во всем виновен только я один. -Остановите его, - вопит Брендон. -Я решил, что мое время всегда уходит на то, чтобы усмирять вас, а не работать нормально. Вы будете посещать внеклассные занятия двое суток в неделю. -Сер, я буду работать после школы! – молит Ури. -Я знаю об этом,- говорит г-н Уэй, - Вы должны будете подстроиться под те два изменения. Я буду ожидать, что Вы будете являться в администрацию от четырех до шести тридцати каждый вторник и пятницу. Старт завтра. Тем путем Вы можете все еще захватить что-то, чтобы съесть. Я складываю руки. -Прекрасно, говорю я холодно и встаю со своего места, - Я могу пойти теперь? Я опаздываю на Историю. -Конечно, Райан, - он кивает головой к двери и мы выходим Когда я выходил из кабинета, то задержался и ударил Брендона дверью по лицу. Я услышал стон мистера Уэя и ощутил удовлетворение. -Ну, я надеюсь, что ты сдохнешь до завтра,- я прикусываю губу и вызывающе смотрю на него. Брендон поворачивается, не смотря на меня, уходит вниз в коридор. И я вижу, что Ури поднимает правую руку вверх и показывает средний палец. Я закатываю глаза и слышу вопль: -О, игнорируй меня, реальный зритель! Брендон продолжает идти. *** Класс – если это даже заслуживает имени, когда это - действительно просто свалка с одной комнатой с сальной мини-кухней и приложенной ванной. Это не походит на фетиши Брендона, можно предоставить как его комната блестит от чистоты, хотя, и запах только поразил его, когда он вошел. После нескольких минут он замечает больше. Что может быть хуже для чистоплюя? Он делает паузу у входа, чтобы позволить школьной сумке соскользнуть с его плеч, прежде чем он войдет. Возможно, одно только время поможет нам разобраться в своих мыслях, его мать сказала, что нас не выкинут из колледжа, я просто думаю, что нам нужно немного самостоятельности на данный момент. Большую часть времени Брендон слишком был молчалив, чтобы думать вообще. Он включает музыку и подпевает. Брендон предполагает, что музыка вмешивается в текущий выбор человеком комедии или рекламного ролика, или чтозавселенскаяхуета еще идет с яркими, взволнованными голосами, которые Брендон может просто разобрать через стену. Со вздохом он включает музыку. Тот встает и, немного двигаясь в темпе под полюбившуюся мне песню Pete and The Pirates – Blood Gets Thin. Но от его корявых движений меня тянет блевать. Но знаете… Чертов Джерард Уэй! И глупый чертов я. Брендон не был бы в этом беспорядке, если бы Уэй не решил, что Брендон стоял на пути к моему шкафчику. Это я вызвал его на драку. Тот лишь спросил, почему я выгляжу как идиот. Это был дружелюбный жест, но я начал подстрекать его. Я пошел к холодильнику. Крайне пуст. Есть слабеющий стебель лука-порея, который женщина рынка дала Уэю бесплатно, и коробка апельсинового сока. Ну точно начало восхитительной еды! Брендон глядит на часы. Уже половина четвертого, время не оставляет его спокойным, ибо ему нужно бежать в супермаркет за угол и купить что-то съедобное. И я клянусь, что у меня нет оружия от ненависти к нему. Брендон пинает закрытый холодильник и прислоняется к кухонному шкафу на мгновение, закрывая глаза. Дерьмо. У него есть десять минут, чтобы закончить, и затем он должен быть в магазине и объяснить своему менеджеру, почему два из его шести изменений в неделю не возможны для того, чтобы тот успевал до закрытия. Возможно, он может уговорить продавца. *** Джон протянулся в траве около главного входа школьного здания, его телефон был на его животе. Вероятно, что девочка, с которой он болтал на той вечеринке на прошлой неделе, позвонит ей. Он открывает один глаз, когда я падаю в обморок около него. -Таким образом, что это было на сей раз? - Джон спрашивает. -Спенсер здесь? – озираюсь я. Я прищурился от яркого света. -Он был на моем пути, - отвечает он запоздало, - ты ударил Брендона снова? -Нет, - хмурюсь я. Один уголок рта Джона поднимается, и он закрывает глаза снова. -Я уверен, что да. -Я, возможно, упомянул, что его мать очевидно пропустила занятие на манерах. -Возможно, упомянул, - Джон повторяется. -Безотносительно, -говорю я с презрением, -Теперь у меня есть задержка на два раза в неделю до конца сессии. Как будто я не получал достаточно его компании в школе! -Если ты не чувствовал потребность ударить кулаком его каждый раз, когда видел его, - Джон растягивает слова, и я в гневе бьюсь головой о землю. -Это не моя ошибка, он – придурок, - говорю я, - где Спенсер? -Возможно, - говорит он. Когда Спенсер был замечен нами мы позвали его к себе и тот шлепается рядом с нами и закатывает глаза от теплых лучей солнца. Я смотрю на него и чувствую тепло. Я спокойно закрываю глаза и перестаю о чем-либо думать.