***
POV Аннелия
По пути мы приехали в кафе, чтобы согреться и выпить чего - нибудь горячего заодно. Теперь мы сидим с тобой напротив друг друга, ожидая горячего какао. Ты отводишь спокойный взгляд в окно, из-за чего выглядишь как зрячий. На самом деле ты опять о чём - то задумался. Смотрю на тебя с натянутым и привычным безразличием, но тут же уставила свой взор на поверхность стола. Несмотря на то, что у тебя нет глаз, мне кажется, что ты все равно как - то видишь меня на сквозь. Не знаю даже, как это объяснить. Вспомнив тут случай с поцелуем, я едва подавила свою предательскую красноту. В груди чувствую бешеный темп сердца, по телу прошла волнительная дрожь. Скотина ты, Джек. Как теперь я могу спокойно вести тебя при твоём присутствии? Лицо изо всех сил стараюсь держать равнодушным, пытаясь побороть себя изнутри. Кровь закипела в жилах. Противно тонуть в своих же чувствах. Зараза, да чтоб тебя. Какой - то туманный наш смысл встречи. В голове прокручиваю свою вечность - пытаюсь искать ошибки. Чувствую, как твой невидящий взор уставился на меня. Пусть ты и не видишь. Но я чувствую, как " глядя " в мою сторону ты собираешь кусочки пазлов из каждой детали, ситуации, превращая их в свои внутренние чувства и мысли. Аккуратно перевожу взгляд на тебя. Ты сидишь напротив меня, лениво откинувшись на спинку деревянного стула. Сейчас ты выглядишь так же безразлично, непроницаемо. А угадать твоих внутренних чувств кажется мне теперь таким невозможным. - Долго ещё ждать? - Хмуро спрашиваешь ты меня. От этого даже моё сердце екнуло. Всё ведь было хорошо, молчали, а ты опять недоволен. И вообще! Ты заставляешь чувствовать внутри такой дискомфорт, а ещё смеешь ворчать. Хамло извращённое. Никогда не понимала особей мужского пола. Вечно грубят, вечно бьют, выставляют на посмешище. Пфхр, но почему - то мне кажется, что ты более нормальный. Хотя, ты очень странный. Мне вот интересно, что это было? Чувствую распространяющееся то жар, то холод по всему телу. Ну спасибо, блин. - Потерпи, скоро принесут. - Как можно более спокойнее отвечаю я тебе, пытаясь смотреть на тебя равнодушно. В ответ ты лишь устало вздыхаешь, лениво поворачивая голову в сторону окна. Почему ты туда постоянно поворачиваешься? Аргх. Несмотря на свою слепоту, ты продолжаешь вести себя как зрячий. Говорю же, ты очень странный. Я не знаю даже, о чём с тобой сейчас разговаривать. Десять лет просидела в армии, давно не с кем не разговаривала по душам. Нет, когда - то и там были у меня весёлые товарищи, с кем я заводила довольно душевные разговоры. Тяжело, но тихо вздыхаю. В груди чувствую очень неприятную тяжесть, словно камень в груди. В горле першит, но не придаю этому особого значения. Твои внутренние чувства мне непонятны. А спросить ... вряд ли это будет являться хорошей идеей. И впрямь, кто я такая, чтобы в чужие души лезть? Но при взгляде на тебя, моего молчаливого и не слишком разговорчивого собеседника. Мне хотелось бы, то ли от безысходности вздыхать, то ли от отчаяния выть. Но увы, не смогу определится с этим. А может, я просто не хочу, чтобы ты начал замечать мои душевные слабости и от дури спрашивал " Всё хорошо? " . Все равно твой вопрос будет звучать простодушно. На самом деле, ещё никто у меня не интересовался искренне, всё ли у меня хорошо. По крайней мере, за десять лет. Уставилась в окно, глядя на зимний вечерний пейзаж. Белый снег продолжает окутывать город белыми покрывалами. Смотрю на многочисленные силуэты людей. Вдали сверкают разные вывески ядовитых цветов, которые часто режут глаза в тёмное время. Наблюдаю за случайными прохожими. За действиями и выражениям лиц. Хех, вроде обычные люди. Такие же обычные смертные, совсем как я. Но осознавая то, что они счастливее меня, становится лишь тяжко на душе. Кажется, что всю жизнь шагаю по пустынным дорогам жизни. Казалось, что я знаю все возможные для себя пути. Я стою на краю возвращения или просто убегаю? Я позволяю себе смотреть в другие стороны. В те, где есть что - то недоступное для чужих взглядов. И самое сложное во всем этом - я не думаю и не знаю, где мой настоящий путь домой. Везде чувствую себя как в чужой тарелке. Давая словам рождение, я не замечаю, как быстро они умирают. Говорили мне, что они продолжают жить внутри меня. Бесстрастно наблюдаю, как, будто время замерзает, обращаясь в бесстрашие. На поле боя выхожу, чувствуя лишь легко поддающуюся холодную тяжесть оружий в руках. Молча наблюдаю, как вокруг меня проливаются алые капельки крови, пачкая снег. Сама же вперёд стремлюсь, с тем же каменным лицом. Телом двигает ярость и хорошая подготовка. С легкостью провожу холодными лезвиями по телам врагов. Когда же пытаюсь сломать технику, часто приходится стараться, ведь взрывные предметы не всегда действуют. Мы с армией - лишь несчастная горстка людей, чьи тела под прицелом. Но некоторые кое - как, а кто - то легко избегает самой смерти, но при этом сражаясь до последней капли крови. И я - одна из них. Иногда просто хочется погибнуть от рук врагов, чем от жалких мучений из-за медикаментов или какой - нибудь болезни. ( Можно включить: Неизвестен – umareru kotoba ) Меня даже медсёстры в армии ненавидят. При этих мыслях я лишь устало фыркнула, лениво откинувшись на спинку стула. Нет ну, а кому бы понравилось, когда твой пациент постоянно убегает, стоит лишь ему очнуться? Всегда так делаю, стоит лишь вспомнить о чём - нибудь. Медсёстры постоянно чуть ли не бесятся, когда видят меня в коридоре. Одетой, а ещё, когда я умудряюсь снимать с себя всяческие приборы, провода, грубо отталкиваю капельницы подальше от себя. Ненавижу спать в душной комнате, которая ещё воняет всякими лекарствами, спиртом, уколами. Стоит лишь вернуть обратно свой разум и сознание. Стоит лишь услышать эти пронзающие и раздражающие, словно утренний будильник, звуки кардиомонитора, как я тут встану и начну снимать с себя эти дурацкие провода. И плевать я хотела на своё состояние, ведь хотелось бы поскорее проверить товарищей и составить отчёты. Для меня это уже вошло в привычку, поэтому особо не заморачиваюсь. Плевать на состояние, ведь, если что, я и догнать любого смогу. В каком бы положении или состоянии я не была. Некоторые солдаты тоже так делали. А точнее, мои покойные друзья - товарищи, которые не любили сидеть на местах. Именно они меня тоже научили не сидеть на одном месте, стремится дальше, за что я им до сих пор благодарна. " Чтобы не было, в каком состоянии ты бы не находилась. Вставай, товарищи всегда ждут тебя. " " Хочешь свободы? Так иди же дальше и не оборачивайся назад! " " Время лечит раны. С каждым часом и мгновением ты будешь становится сильнее, чем была прежде. " Умри, но сделай! Сделай так, как это делают благородные солдаты! " " Ты больше не одна. " Знакомые голоса и слова пронеслись в моей голове. Скрипя сердцем, я подавила ком горечи в горле, ещё внимательнее уставившись в окно. Надеюсь найти хоть что-нибудь, благодаря чему можно отвлечься. Я уже давно потеряла все надежды... Но я больше не хочу верить в эти пустые слова ... Из раздумий меня вывел голос официантки: - Ваш заказ готов. - Спасибо. - По привычке равнодушно благодарю я, взяв чековую книжку. Расписавшись и оставив наши с Джеком деньги, на которые мы скинулись, чтобы было всё честно. Закрыв тёмно - красную книжку с чаевыми, я молча протянула её официантке, ну а та спокойно взяла книжку и поспешила скрыться. Однако, я едва заметно прищурилась. Что - то не так с этой девицей. Замираю всем телом, мозг сильно напрягся, явно пытаясь что-то вспомнить. Чувствую лёгкий дискомфорт в голове, но не придаю этому значения. Янтарные глаза той девушки с каким - то загадочным блеском косятся на Джека, губы чуть поджаты. Вспомнила! Да твою же мать! Они и досюда добрались! Всё очень, очень плохо ... - Джек, нам пора уходить ... - Стараюсь говорить как можно спокойнее, комкая вспотевшими ладонями ткань своей чёрной шубы. Эту девицу я видела на одном сражении. Вспоминая ту битву, где мы встретились, у меня неожиданно чуть защипало пол перебинтованного лица. Пожалуй, нужно срочно свалить куда - нибудь. Можно в парк аттракционов. Да, главное как- нибудь от них оторваться. - Почему? Нам же только - только горячее какао принесли! - Слышу твоё возмущённое шипение в свой адрес. Да, знаю. Ты устал и ожидал хотя бы согреться здесь, выпить чего - нибудь. Наверное, тебе пора кое - что рассказать. Раз ты до сих пор не знаешь, то настало время хотя бы мне тебе рассказать. Теперь я вспомнила достаточно. Даже не отпив глоток, встаю из - за стола, спокойными шагами направляясь к тебе. Прости меня, Джек ... но я обязана это сделать. - Неважно. Так надо. - Скрипя сердцем, стараюсь спокойнее отвечать тебе. Я не могу здесь рассказать, так как за нами следят. Нужно отойти в какое - нибудь безлюдное место. Говорю это достаточно тихо, молясь о том, чтобы нас не услышали. Но говорю так, чтобы ты услышал. Медленно повернувшись ко мне, ты недоуменно уставился на меня. Молчишь, как рыба, выброшенная на песчаный берег. Тебя явно настораживает моё поведение, верно? - Объясни - ка лучше ... - Придя в себя, презренным тоном говоришь ты мне. Но ты всё - таки послушался, встав из - за стола. Внимательно осмотрелась вокруг и с облегчением внутри про себя отметила, что нас с тобой пока не преследуют. Беру тебя за правое запястье и увожу на улицу. Обещаю Джек, я попытаюсь тебе всё объяснить. Если конечно ты вообще согласишься меня слушать. - Потом объясню. Прошу, просто следуй за мной. - Тихим шёпотом говорю я тебе, подавляя в ушах стуки сердца. Стараюсь не вздрагивать, идти с безразличным и спокойным лицом. Слышу твои разгневанные, но невнятные ворчания. Чувствую, что за нами следят и вскоре вот - вот последуют за нами. Чувствую, как ты едва дрогнул плечами от нарастающего напряжения, раздражения. Тебя продолжает напрягать моё поведение, но виду ты не подаёшь. Ты не пытаешься бежать, одержимый напряжением, любопытством. Но в тоже время презрением. Выйдя на улицу, мы быстро забегаем в ближний тёмный переулок. Мороз обжигает кожу и лёгкие, стараюсь бежать так, чтобы случайно не подскользнуться. Страшно, но не подаю виду. Внешне я всегда кажусь всем бездушным сухарём с пустым взглядом. Но даже в такие моменты моё сердце готово вот - вот выпрыгнуть из груди, тело обдаёт холодным потом. Даже капитанам бывает страшно, пусть внешне они и не показывают этого. Им страшнее гораздо больше, чем обычным солдатам. А почему? Ведь от них зависит всё, судьба армии, их народа. И стоит им лишь один раз совершить непоправимую ошибку - конец всем им планам, армии, народу. Даже мне страшно, Джек. Я уже чувствую, как они вызывают подмогу. Господи, лишь бы успеть вызвать наших солдат ... Остановившись, мы остановились перевести дух. Нервно осматриваюсь по сторонам, чуть не вздрагивая. Чёрт, теперь вражеские солдаты мне везде мерещатся. Противное чувство. Чувство, когда кто - то за тобой следит или преследует. Достаю свой телефон, набираю сообщение другим капитанам и генералам. Лишь бы пришло, лишь бы пришло. Нервно поджимаю губу, ёжась от мороза и пытаюсь хоть как - нибудь пошевелить онемелыми конечностями. Проверяю внутреннее содержимое. Отлично, оружия есть, взрывчатки есть. Расстёгиваю шубу, затем нащупала холодные стальные рукоятки мечей. - Может ты уже ответишь, что происходит? - Вздрагиваю, слушая твой пронзительный и холодный голос. Будто ты пронзил меня неощутимым кинжалом для ушей. Нервы на пределе, но стараюсь держаться стойко. - Послушай, Джек ... - Начинаю я, но не могла закончить фразу. Чувствую кипящую кровь в жилах, но осталась всё такой же спокойной. Стараюсь не выдавать своего страха и кипящего гнева, услышав до злости знакомый голос, который звучал хитро, со злорадным смешком: - Вот вы где ...Конец POV Аннелии