Грешница Рая

POV Поля Как только за Димой закрылась дверь, я быстро обернулась к Гагариной, убивая ее взглядом. Девушка натянуто улыбнулась, чуть попятившись назад и невинно хлопая ресницами. - Сейчас я скажу тебе все, что я думаю, но сначала кое-что сделаю, шагом марш за мной! – скомандовала я, быстро обходя свою подругу и уверенно направляясь в комнату. - О, в ком-то проснулся суровый диктатор! – хихикнула Полина, покорно идя следом, по пути натягивая платье. Как только мы оказались в комнате, я сделала то, о чем мечтала последние дцать часов: расстегнув замок на бюстгальтере, стоя к подруге спиной, я скинула эту отвратительную вещь, оставляя на кровати. И глубоко вдохнула, едва ли не застонав от облегчения. - Вот теперь – хорошо, - выдохнула я, покосившись на Гагарину, которая со знанием дела и пониманием мне покивала. – В такие моменты я радуюсь, что мы живем не во времена пышных платьев и корсетов. Иначе я бы с ума сошла, - после этих слов, скрестив руки на груди, я вплотную подошла к подруге, опасно щуря глаза и вновь убивая ее взглядом. – А теперь потрудись, пожалуйста, объяснить, зачем ты про Сережу все это рассказала?! Для чего? - Просто хотела посмотреть на Димкину реакцию, - спокойно ответила Полина, пожимая плечами. – Уймись, Пелагея, ничего дурного не случилось. - И как? Посмотрела? – не успокаивалась я. Пусть и не случилось ничего трагичного и ужасного после рассказов Полины, мне все равно отчего-то было очень неловко перед Димой. Казалось бы, с какой стати? Я ему ни жена, ни любовница. Но от осознания этого легче не становилось. - Посмотрела, - все так же спокойно отозвалась девушка, огибая меня и устраиваясь перед зеркалом, лениво приводя себя в порядок с помощью моей расчески и моей же косметики. – Смотри, Полька, я начинаю походить на человека! - Круто тебе, - фыркнула я, садясь на край кровати и вздыхая. - Поль, не переживай ты так, в самом деле. Все ведь живы и относительно здоровы. Но в относительном здоровье виновата не я или Сережа, а алкоголь. - Доказательство твоей невиновности, подруга, еще под вопросом. Полин, ты реально к нему поедешь сейчас? - Да, поеду, - уверенно ответила девушка, разворачиваясь ко мне и тепло улыбаясь. – Дорогая моя, успокойся. Я встречусь с Сережей, все ему на пальцах объясню. - Все – это что? – подозрительно прищурилась я. - Все – это то, что следует оставить нас в покое, ну или, как минимум, тебя. Что ему ловить нечего, и он может гулять на все четыре стороны, - пожала плечами Гагарина, коротко глянув на часы. – Или я не права? - Права, конечно. Что за идиотские вопросы? - Вот и чудненько, - расплылась в улыбке Полина. – Так-с, поспешу-ка я, пожалуй. Опаздывать я не люблю. Да и тебе, кажется мне, побыть одной хочется, - прихватив из комнаты свои босоножки, добавила девушка. - Вот, честно, совсем не хочется, - я состроила грустную гримасу, лениво поднимаясь с кровати, идя в коридор следом за какой-то слишком уже бодрой Полиной. - Мыслей боишься? – хитро поинтересовалась та, обуваясь. - Да чего их бояться? Они и без одиночества прекрасно существуют, - пожав плечами, я смерила ее взглядом. - А чего тогда? - А не знаю, - честно ответила я, обнимая подругу на прощание. – Не загуляй сегодня, Полин. - Не волнуйся, - чмокнув меня в щеку, ответила Гагарина. – Вечером позвонить? - Я сама наберу, если что, - выпуская ее из квартиры, я коротко кивнула, переминаясь с ноги на ногу на пороге и дожидаясь, пока цветная юбка девушки скроется в подъехавшем лифте. Закрывая дверь, я на несколько долгих минут замерла, вслушиваясь в возникшую в квартире тишину. Так было всегда: стоило остаться одной, как тишина начинала меня пугать. Особенно в те моменты, когда за несколько часов до этого вокруг меня были голоса и люди. Вздохнув, я медленно прошлась по всей квартире, открывая окна. Воздух в каждой комнате был настолько тяжелым, что находиться там не представлялось возможным. В распахнутые окна вместе с августовскими остатками летнего тепла влетели и звуки города, немного оживляя всю обстановку. Пересилив себя и приведя квартиру в более-менее приличный вид, я оставила футболку под одеялом в комнате, прихватив из шкафа легкую, но безумно уютную пижаму, отправляясь в ванную, по пути закалывая волосы в хвост. Бороться с желанием залечь в теплую воду не было никаких сил. Набирая ванну, добавляя в нее несколько капель ромашкового масла, запах которого моментально распространился по всей квартире, я избавилась от последней одежды, медленно ложась в теплую воду. Прикрывая глаза, я только сейчас смогла окончательно расслабиться, глубоко вдыхая успокаивающий цветочный аромат. По мере того, как вяло полз сегодняшний похмельный день, события вечера и ночи постепенно тускнели. И мне начинало казаться, что не так уж и стыдно за свое поведение, за свои провокации, действия и слова. Перебирая в мыслях отдельные фразы и моменты, я невольно улыбалась. И, наверное, я бы была готова провести в ванне весь сегодняшний день, если бы она не начала остывать. Неохотно спуская воду, постояв пару минут под бодрящим душем, я выбралась из ванной комнаты, на ходу одеваясь. И последующие примерно полчаса у меня прошли за совершенно девочковым занятием: крема, лосьоны, новые духи и лак для ногтей. В результате этого во всей квартире и на моей коже поселился не только запах ромашки, но и тонкий аромат сирени от тех самых новых духов. - Что-то я должна была сегодня сделать… - обращаясь сама к себе, распустив волосы, я задумчиво уставилась на подушку на кровати, стараясь выудить из памяти хоть что-то. – Сценарий, мама, точно, блин! – хлопнув себя по лбу, подскакивая с места, я активно ринулась на поиски файлика с документами. Откровенно признаться, говорить сегодня о работе, что-либо обсуждать мне очень не хотелось. Но здравый смысл настаивал на своем. Потому, быстро отсканировав документы и отправляя их на почту, я скинула смс: «Привет! Мам, сценарий я отправила. Свяжись со мной по скайпу сегодня, лады? Обсудим-с». И как только пришел отчет о доставке, я вздрогнула, слыша звонок в дверь. - Так… И кого нелегкая вдруг принесла? – удивленно и капельку недовольно спросила я у пустой квартиры, поспешив в коридор и на ходу застегивая шелковую пижамную рубашку на все пуговицы. Не особо интересуясь, кто стоит на лестничной клетке, но уже готовая дать от ворот поворот почти любому незваному гостью, я распахнула дверь. И какого же было мое удивление, когда на пороге оказался ни кто иной, как сам Билан, да еще и с пакетами из супермаркета. - Добрый день, - произнес Дима, искоса глянув на то, как листок бумаги, что он ранее удерживал губами, полетел на пол. - Добрый, - присев на корточки, поднимая листок и понимая, что это тот самый проклятый сценарий, я чуть кивнула, вновь вставая на ноги и отступая назад в коридор. – Уже соскучился? - Очень, - протянул Дима, кое-как скидывая обувь и совершенно по-хозяйски проходя на кухню вместе с пакетами. Мне же ничего не оставалось, как захлопнуть дверь и поспешить за ним. Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать. Но рядом с удивлением приютилось и другое чувство, смутно похожее то ли на счастье, то ли на благодарность, что мне не позволили весь день проторчать дома в гордом одиночестве. - Димон, ты весь магазин скупил? – полюбопытствовала я, с интересом заглядывая в пакеты. - Нет, только половину. За второй половиной потом вернусь, я им на кассе обещал, - отшутился Билан, выкладывая продукты на стол. - Да, голодной смертью я теперь точно не умру, - помогая ему с продуктами, отправляя какие-то в виде сыра и сметаны в холодильник, другие в виде нормального кофе и свежего хлеба – в ящик, третьи в виде овощей – в сторону раковины, констатировала я. – Так, Димка, а вот это что такое, а? – вытягивая из последнего пакета две бутылки хорошего вина, я прищурилась, смотря на молодого человека, который состроил самое невинное выражение лица, пожимая плечами и разводя руками. - Вино? – логично предположил Билан. - Да ты просто Капитан Очевидность, Дим! – рассмеялась я, отводя взгляд и принимаясь изучать этикетки на бутылках. – Забыл, что я сказала, что я с тобой вдвоем и в четырех стенах больше не пью? - Поль, это всего лишь винооо, - протянул молодой человек, распихивая остатки продуктов. - Алкоголизмом попахивает… - Ты с утра похмеляешься? Нет, значит, до алкоголизма еще далеко, - поставил меня перед фактом Дима, садясь на стул. Покачав головой, наигранно недовольно поджав губы, я оставила обе бутылки на столе, переводя выжидающий и вопросительный взгляд на своего гостя. - Я сейчас что-то должен сказать, так? - Пожалуй, - я слабо кивнула, соглашаясь с таким предположением. - Ну, я голодный, - протянул Билан, упираясь локтем в столешницу, подперев рукой щеку и лишь сейчас внимательно изучая меня взглядом. - Димон, цветы на мне не растут, не смотри так, пожалуйста, - почувствовав себя совершенно неловко под его таким взглядом, я слабо повела плечом. - Почему? - Почему не растут или почему не смотреть? – я коротко рассмеялась, подходя к раковине, включая воду и начиная мыть принесенные из магазина овощи. - Почему не смотреть, - с улыбкой уточнил молодой человек. - Потому что я чувствую себя каким-то музейным экспонатом, - честно признавшись, я покосилась на него. – Слушай, не сочти за грубость, но чего ты приехал? Явно не для того, чтобы я тебе готовила, верно? - Это была одна из причин, - пожал плечом Дима. – А вообще хотел с тобой о работе поговорить. Сценарий там, знаешь, обсудить. А то, внезапно!, послезавтра уже съемки. Не с Градским же мне беседы по телефону на эту тему вести. С тобой, как минимум, приятнее. - Еще бы, - усмехнулась я, заканчивая с овощами. – Со мной вообще многое приятней делать, чем с Александром Борисовичем. - Это ты сейчас тонко на что намекаешь? – прищурился Дима. - Совершенно ни на что, - обворожительно улыбаясь ему в ответ, я сбрызнула остатки воды с пальцев в сторону Билана. Тот тут же закрылся руками, наигранно захныкав и возмущаясь, что холодного душа он не заказывал. – А ты не против, если я сейчас приготовлю что-нибудь совсем по-быыыстрому? – открывая холодильник и бегло изучая все полки, поинтересовалась я. - Я очень голодный, так что я согласен. - Так, Вить, может сразу пельменей тебе отварить и все? – с надеждой спросила я, улыбнувшись и посмотрев на него. - Вот уж нет, - поморщился Билан. – Пельмени я и сам дома поесть мог. - Ну вот… - наигранно трагично вздохнув, я смерила его взглядом. – Между прочим, ты сам отлично готовишь. - А зачем я буду готовить, когда есть ты? – невозмутимо ответил Дима. - Афигеть, железный аргумент, - выдохнула я, едва ли руками не всплеснув. – Ну, хорошо. Что приготовлю, то и будешь есть. - Это уже звучит как угроза… На такие слова я лишь мило улыбнулась, доставая из холодильника не успевшее совсем превратиться в лед куриное филе. А дальше все приходилось делать едва ли не одновременно, да еще и под внимательным, почти строгим и цепким взглядом Димы: ставить воду, промывать курицу, приводя филе в нужный вид. Кидать в кастрюлю пакеты с гречкой, ставя на соседнюю конфорку сковородку; резать курицу и обваливать ее в муке, из-за которой я, не сдержавшись, чихнула, вызывая у Димы тихий смешок. - Эй, наблюдатель-бездельник, если хочешь салат, то делай сам, я не успеваю, - бросила я молодому человеку, отправляя на разогретую сковородку кусочки куриного мяса. - Хорошая хозяйка все успевать должна, - философски протянула Билан, не двигаясь со своего места и не отрывая от меня взгляда. - Так, кто тут такой борзый вообще?! Я сейчас обижусь, - мрачно глянув на него, помешивая содержимое сковородки, добавляя к курице специи и майонез, отозвалась я. - Прости, Полюш, я не нарочно. Я только фыркнула на такое, закрывая сковородку крышкой, убавляя огонь и сдвигая на соседнюю холодную конфорку кастрюлю с уже готовой гречей. За всем этим я даже не заметила, как Дима бесшумно подкрался ко мне со спины. И ощутимо вздрогнула, стоило ему только обнять меня за талию, с интересом наблюдая за приготовлением блюда. - Чего ты шугаешься так? – выдохнул он мне в волосы, вынуждая даже прикрыть на долю секунды глаза. - Не ожидала просто, - тихо ответив, невольно прижимаясь к нему спиной. – А ты знаешь, какая есть одна из лидирующих причин измены? - Это ты сейчас к чему? – Дима даже ощутимо напрягся, но рук от меня не убрал. - Просто вспомнилось. Ну, так знаешь? – совсем выключая плиту, решая, что несложный обед готов, произнесла я. - Ну, у меня есть, конечно, на этот счет некие предположения… но… - задумчиво протянул Билан. - Тут, на самом деле, все до безобразия просто, - начала я, откинув голову на плечо молодого человека и накрывая его руки на моей талии своими ладонями. – Дружба между мужчиной и женщиной. Со временем стираются гендерные различия, которые отвечают за контроль и как бы возводят стену между представителями разных полов. Как только это случается, так и рушится дружба, становясь чем-то иным. Ты имеешь доступ к человеку, твоему другу, почти на сто процентов. А за счет различия полов в любом случае появляется сексуальное влечение и, возможно, чувства. Кстати, эту же причину можно назвать для подтверждения идеи о том, что дружбы между мужчиной и женщиной не бывает. - Это откуда ж такие мысли в твоей светлой головке, Поль? – озадаченно и явно растерянно спросил Дима, смотря на меня, вскинув брови. - Минуточку, я вообще-то диссертацию по психологии писала, если ты забыл, - я чуть улыбнулась, не поднимая головы с его плеча и все так же прижимаясь к нему спиной. – У меня, кстати, все готово. Могу тебя накормить, изголодавшийся ты мой. И, кстати, Димон, а что именно ты хочешь обсудить сегодня по работе?