Репетитор

      Просторная комната, большая кровать, которая приютила в такую пасмурную ночь двоих совершенно разных людей, ещё совсем не знающих друг друга. Они только недавно познакомились, встретились, но жизнь всё давно решила за них. Молодые люди даже не подозревают, сколько тайн и секретов будет хранить эта комната. Но об этом позже.       Вернёмся к полуобнажённому Шикадаю и спящему пятой точкой кверху Боруто. Блондинистое существо с закрытыми глазами и открытым ротиком было прекрасней обычного. Во влажных пухлых губах кипела кровь, а вместе с нею - и жизнь. Боруто - настоящая атомная бомба, вулкан. В нём, в одном его существовании постоянно что-то бурлит, взрывается. Даже когда Узумаки младший спит, кажется, что из него вот-вот что-то вырвется наружу, что-то яркое, тёплое, захватывающее. Хоть умом он и не блистал, но этот природный шарм заставлял влюбляться в него, разглядывать с ног до головы, любоваться малейшими движениями. Боруто манил к себе. И в его солнечные оковы сейчас попался холодный Шикадай - полная противоположность Узумаки младшему. Нара, в свою очередь, напоминает кровожадного вампира, по-сумасшедшему спокойного, до смерти бледного, но чертовски сильного. И сильным его делают не идеальные кубики пресса, а какая-то внутренняя дикость, которая для остальных скрывается под маской обычной наглости (а её у Шикадая хоть отбавляй). «Хищник следит за своей добычей!»- только так можно назвать картину, происходящую в комнате. Вампир жадно разглядывает лежащего рядом Боруто, который что-то бормочет во сне, из-за этого шея блондина то расслабляетя, то снова напрягается, так и маня к себе. «Нет, он так и ждёт, когда я укушу его...»- Шикадай уже во всю облизывался. И такая реакция на парня для него не является чем-то странным. Живя в Америке, в общежитии с такими же умненькими, красивыми и богатенькими мальчиками развратили юного Нару. Его соседями по комнате были Дейдара и Сасори, известные любители жёсткого мужского порно. И не то чтобы Шикадай занимался с ними тёмными делишками, но перенял он у них много привычек и вкусов. Такие моменты своей личной жизни он хранил в тайне на прочном замке, но сейчас его выводит из равновесия какой-то златовласый мальчик. Подумаешь - просто красивый, просто живой, просто настоящий. Делов-то - просто незаметно кусить, ничего сложного. И Шикадай думал именно так.       Бледные руки немного небрежно подняли торс своего темноволосого хозяина с мягких подушек. Боруто только тяжелее вздохнул и слегка прикусил нижнюю губу, как будто чувствуя, что будет дальше. А дальше наглые клыки Шикадая уже плавно вонзались в мягкую и горячую кожу Узумаки младшего. Сладкая, податливая плоть на месте укуса налилась кровью, а с влажных губ слетел лёгкий стон. Густые чёрные ресницы задрожали. Шикадай вернулся на прежнее место и с довольной ухмылкой наблюдал пробуждение своего нового "друга". - Дохлые медузы, где я? - ещё ни о чём не подозревавший Боруто уже мило потирал сонные глаза и продолжал что-то бубнит себе под нос. - Дорогой, как ты мог забыть обо мне, как ты мог забыть нашу бурную ночь, я не поняла? - Шикадай состроил глазки, надул губки и скрестил руки на груди; его забавляло всё происходящие. Боруто присмотрелся в лицо Нара, прищурясь, блондин всё же смог разглядеть знакомые черты. Облив шутника морем нецензурных слов, Узумаки младший всё же успокоился и, присев на край кровати, начал серьёзный разговор. - Я смотрю, с юмором ты дружишь. Это хорошо, значит, человек ты не плохой и поймёшь меня. Что тебе вчера говорил твой отец про меня?- Боруто внимательно наблюдал за реакцией вампира, который уже что-то придумал. - Ну, кроме того, что ты дурак и оболтус я ничего не слышал,- Шикадай закрыл глаза, пожал плечами и повалился на подушки, задрав руки за голову, а блондин засиял, думая, что все его планы сбудутся. - О, отлично!- радостно воскликнул Узамаки младший.- Я пошёл тогда. Вернусь утром! Прикрой меня, если что!- Боруто уже собрался выйти из комнаты, но не тут-то было. - То есть вместо того, чтобы подтягивать знания по математике, истории, биологии, экономике и японскому, ты пошёл гулять по клубам, да?Это же сколько в тебе наглости должно быть, чтобы так обманывать отца? - довольное лицо Шикадая светилось от любви к самому себе. Да, он снова выше всяких обстоятельств, снова кто-то будет ему подчиняться, что Нара младший просто обожал.       А Боруто тем временем пытался понять смысл слов. Было ясно только одно: блондина раскусили и собираются этим пользоваться. Но каким именно будет использование? - Только не говори отцу, прошу,- вся весёлость улетучилась в один миг, Боруто уже закрывал дверь, чтобы никто их не услышал точно. Когда блондин становился серьёзным, он напоминал Наруто ещё больше: ледяной взгляд, нахмуренные светлые брови, низкий голос, сжатые губы. Вампиру нравилось это выражение лица. Шикадай с любопытством наблюдал за каждым лёгким движением Боруто. Будь на месте Нара кто-нибудь другой, то он вёл бы себя точно так же. Ну нельзя смотреть на ангела без желания испортить его. Нельзя! Блондин был именно этим ангелом, которого хотелось злить, унижать, лишь бы на это светлое личико налетели тучи, которые сделают его ещё прекраснее. Что может быть лучше, чем заглянуть в тихий омут с чертями? Правильно: только быть одним из этих чертей. - Я согласен молчать только в одном случае,- тело Шикадая легко покинуло объятия кровати. Мгновение и Нара стоит напротив своего нового "друга". - Какое же?- Боруто попятился чуть назад, но там, за спиной, была только закрытая дверь. - Днём ты будешь получать свои знания, как и положено. А ночью будь свободен, как птица. Но за гулянки и моё молчание надо платить. Поэтому ты будешь делать всё, что я тебе скажу, начиная с этого момента,- Шикадай всем своим телом уже прижимал Боруто к двери. - Хах! Я? Тебе подчиняться?- блондин уже хотел послать всё далеко и надолго, но всё сложилось так, что показывать свой характер было неуместным. Брюнет скептично выгнул бровь, окончательно показывая контроль происходящего.- Хорошо, я согласен. - Уважаемый Боруто Узумаки, поздравлю вас, теперь вы официально стали рабом великолепного Шикадая Нара! А теперь целуйте своего господина!       Царь ликовал, а бедный блондин стоял в недоумении и смущении. Чтобы парень вот так вот запросто поцеловал парня? Да где это видано?! Но отступать было - в прямом смысле - некуда, а плевать на всё нельзя, потому что Наруто устроит третью мировую, узнав, что его сын замыслил: ослушаться - раз, не учиться - два, обманывать - три, пропивать своё здоровье и убивать репутацию семьи в клубах - четыре. Минимум, что ждёт Боруто в наказание, обучение на дому с назойливым стариком Какаши, которого юный Узумаки так не любил. Но самое страшное было - отправиться к семейству Учиха, к дяде Саске, с которым лучше не шутить, к не менее строгой и шумной тёте Сакуре, и самое главное - к их дочери - Сараде. Она с него десять шкур снимет, если он не будет запоминать всё то, что ему говорят. Маленькая, капризная Учиха для своего возраста была таким же гением, как её отец. С дядей Саске ещё хоть можно было найти общий язык, как-то отвлечься от нудной истории Средневековой Японии, но Сарада мало того, что самовлюблённая истеричка, так ещё и последние соки из Боруто выжимает. Блондин как только вспомнит эти короткие чёрные волосы, вишнёвый запах и ониксовые глаза, так сразу по телу пробегает дрожь, а в горле стоит ком. "Уж лучше я поцелую этого ублюдка, чем получу люлей от отца и уеду к Учихам на каникулы!"- Боруто так и сделал. Правда, это и поцелуем назвать нельзя: лёгкий чмок в губы - так целуются дети в детском саду, поэтому Шикадай не засчитал его. - Ты в третьем классе что-ли?! Целовать, значит, целовать: с языком и прочими условиями... ой, да что я тут объясняю, правда!- Нару этот дошкольный поцелуй просто вывел из себя, оскорбил, поэтому он решил взять всё в свои руки. Боруто всё понял, поэтому крепко сжал зубы и губы, закрыв глаза. Но Шикадай и не такие крепости брал штурмом, стоило этому вампиру укусить блондина в шею, как тот сразу же открыл рот, не сдерживая звуков боли. Бежать блондину некуда, вырываться тоже бессмысленно; хищник вцепился в добычу мёртвой хваткой. Шикадай победил, всё играло ему на руку, а рот Боруто надо было закрывать вовремя, потому что горячий язык новоиспечённого господина уже во всю орудовал внутри его верного раба.       Блондин дёрнулся, схватившись рукой за плечо Шикадая, застонав в губы парня. Тот погладил узкую талию Боруто, прикусил его нижнюю губу, посасывая её. Юношу впервые так целовали: страстно, грубо, властно. Наверное, Узумаки не скоро ещё сможет себе признаться, что чувство внизу живота, возникшее у него от этого поцелуя - возбуждение. Шикадай обнял Боруто за талию, приподняв его над полом и заставив обнять себя за шею. Брюнет запечатлел мимолётное касание на подбородке "друга", поцеловал дрожащий кадык, оставив след у "Адамова яблока", и вернулся обратно к тяжело дышащему Боруто, целуя глубоко и жарко.       Блондину нравилось это, хоть он и опускал подобную мысль на задний план, крича самому себе: "Тебя мужик целует, кретин, очнись!". Но телу не прикажешь и ощущений не скроешь. Острый, горячий язык Шикадая касался каждого открытого места, и как бы Боруто не старался отстраниться, поцелуй только углублялся. Этот процесс длился до тех пор, пока блондин не сдался. - А ты упорный мальчик, так долго держался. Впечатляет. С тобой будет интересно,- Шикадай своим дыханием щекотал губы Боруто, дразня и маня блондина к новому поцелую, удерживая юношу над полом. И поцелуй бы был, если бы Узумаки не пришёл в себя. - Да пошёл ты!- жертва вырвалась из лап хищника, влепила тому звонкую пощёчину и, толкнув его, с грохотом покинула комнату. - У нас ещё все каникулы впереди, от меня всё равно далеко не убежишь!- крикнул Шикадай вдогонку, посмеиваясь и любовно потирая горящую щёку.