Отношения

Друэлла шла по коридору, кивая портретам – большинство изображали Блэков, как на подбор, ворчливых брюнетов, но среди них затесалось и несколько светловолосых, ироничных Розье. Она в очередной раз подумала о том, что стоило бы перевесить особо сварливых персон в обычно пустующую гостевую комнату. Внезапно, перебивая разноголосье с картин, до Друэллы донеслись возмущенные крики младшей дочери. Вскоре стало понятно, что Нарцисса сама ранее куда-то задевала шляпку и теперь незаслуженно распекала домового эльфа. Друэлла заглянула в комнату: Нарцисса стояла посреди разбросанной одежды и обуви, ухватив эльфа за ухо, и требовала от него немедленно найти потерянное. – Нарси, что за бардак?! – ужаснулась Друэлла, поднимая с пола то самое платье, в котором Нарцисса была на приеме у Розье. – Подумаешь... Домовики уберут. И так обленились совсем, – Нарцисса, наконец, выпустила морщинистое ухо эльфа. – Мне не нравится, как ты себя ведешь, – укоризненно заметила Друэлла. – Я смотрю, всем в последнее время что-то не нравится, – огрызнулась Нарцисса. Друэлла всплеснула руками: – Да что ты себе позволяешь?! Нарцисса смутилась: – Ой... Сама не знаю, что на меня нашло, – она виновато понурилась: – Мама, я больше никогда-никогда, правда! Друэлла вздохнула: – Ох, Нарцисса, я столько вкладывала в твое воспитание, но, видно, все без толку! – она была в хорошем настроении, поэтому Нарциссе сошла с рук ее выходка. Мать заглянула в какую-то коробку, валяющуюся в углу: – А вот и твоя шляпка! И стоило устраивать такое? – Ах, моя миленькая, голубенькая, чудесненькая шляпочка! – Нарцисса закружилась с вновь обретенным головным убором по комнате, наступая на вещи. – Нарцисса! – Друэлла погрозила ей пальцем, но тут же смягчилась: – Андромеда сказала, что Ивэн вас опять куда-то пригласил? – Да, мы будем кататься на лодках! – Нарцисса кривлялась перед зеркалом, примеряя шляпку. – Сегодня как раз чудесная погода – не жарко, но солнечно. – В последнее время ты часто гуляешь с Ивэном... – задумчиво протянула Друэлла. Нарцисса залилась румянцем: – Просто... как-то так получается... – Он милый мальчик, не правда ли? – Друэлла встала за ее спиной, вглядываясь в отражение. – Мы так с тобой похожи, да? – Нарцисса вытянула губки бантиком и покрутила головой. – Да, милая, – Друэлла поправила ей ленту на шляпе. – Ты ведь ему нравишься, Ивэну? Нарцисса накрутила прядь волос на палец и таинственно улыбнулась. – Нарси... Знаешь, я бы все-таки не хотела, чтобы ты поощряла его, – поколебавшись, сказала Друэлла. – Почему?! – Нарцисса в непонимании повернулась к матери, хлопая ресницами: – Он же... Он же Розье, он же... – Понимаешь, милая, твой дядя Алан, – Друэлла имела в виду своего брата, отца Ивэна, – был так неосторожен, что спустил очень, очень много денег на лошадей... Гонки всегда были его слабостью. – Ах да! – вспомнила Нарцисса – Люциус... Малфой говорил что-то об этом. – Вот-вот, – подтвердила Друэлла, – у Алана почти ничего не осталось. Ивэн – чудесный, умный мальчик. Но я не думаю, что твой папа одобрит его в качестве твоего жениха. – Мама, мы же не можем все сводить к деньгам! – Нарцисса отбросила шляпку. – Это как-то даже... непорядочно и... и низко! – Никто и не «сводит все к деньгам», дорогая, – увещевала ее Друэлла, – но ты должна понять... Ах, Нарцисса, мне так неприятно говорить с тобой о таких вещах. Да только в таком деле и от тебя кое-что зависит! Смотри, не натвори глупостей. – Вот еще, я что, совсем дурочка?! – оскорбленно скрестила руки на груди Нарцисса. – Милая, ты просто такая... юная и неопытная, – Друэлла обняла ее, – что я беспокоюсь за тебя даже больше, чем за твоих сестер! Ох, Нарси... Кстати, Нотты справлялись о тебе. Ты понравилась их старшему сыну. Да еще и Люциус Малфой тоже проявляет к тебе интерес. Он был бы прекрасной партией, – она подбадривающе улыбнулась дочери. – Вот только ему ничего серьезного уж точно не надо, – сказала Нарцисса с внезапной горечью. Друэлла настороженно взглянула на нее: – Что ты хочешь этим сказать? – Ничего, – Нарцисса мысленно обругала себя за длинный язык. – Что-то случилось, о чем я не знаю? – не отставала Друэлла. – Ну же, выкладывай! Я, все-таки, не Вальбурга, которую не интересует, что творится в головах ее детей – Регулус всегда себе на уме, а Сириус и в авроры после школы может податься! Появившаяся в этот момент в дверях Андромеда взволнованно вскрикнула: – Авроры! – Да, дорогая, я говорю о Сириусе – мальчик совсем... – Нет же, мама, – перебила ее Андромеда, комкая в руках платок, – у нас во дворе авроры! – Что? – побледневшая Друэлла кинулась к окну, за ней – и Нарцисса. – Почему? Что же это такое? Во дворе и впрямь стояло цепью несколько человек в аврорских формах, чье внимание было явно сосредоточено на доме Блэков. – Ну-ка отойдем подальше! – Друэлла оттащила дочерей в глубь комнаты. – Ох, всемогущий Мерлин! Что же... Беллатрикс! Где Беллатрикс? А Сигнус?! Она бросилась к дверям, и тут, одновременно, внизу раздался вскрик Беллатрикс, что-то с отчаянным грохотом покатилось, послышался недоумевающий голос Сигнуса, а прямо рядом с Друэллой, с негромким хлопком аппарации возникли авроры. Так как на дом было наложено немало защитных заклятий и почти все они сейчас были грубо взломаны, то стены жалобно затрещали, пол задрожал и все подернулось еле уловимой дымкой. Вцепившись в мать, Нарцисса и Андромеда в ужасе смотрели на возникших рядом с ними двух крепких мужчин и седоволосую женщину. – Здравствуйте, миссис Блэк, – вежливо поздоровался один из явившихся, – я Арни Додсон, аврор. У нас есть разрешение на обыск вашего дома и на ваш допрос. Попрошу сохранять спокойствие. – Что... Почему? – Друэлла, дрожащими руками обхватила дочерей. – Мы все вам сообщим, но немного позже, а пока попрошу вас оставаться на месте. Мои коллеги, Пирсон и Энсворт, побудут с вами, – Додсон вежливо поклонился. – Но моя старшая дочь, она... – Не беспокойтесь, ей ничего не грозит. Как и вашему мужу. – Послушайте, скажите хотя бы в чем дело! – взмолилась Друэлла. – Мой муж... Его в чем-то подозревают? – Миссис Блэк, потерпите немного, мы все объясним, – он нетерпеливо кивнул напарникам и вышел. Нарцисса всхлипнула, с трудом справляясь с нервной дрожью. Друэлла сжала ее плечо: – Все будет хорошо, милая. Не бойся. Авроры начали деловито просматривать вещи в комнате, умножая беспорядок, устроенный до этого Нарциссой. Друэлла с дочерьми напряженно прислушивались к чужим голосам и звукам передвигаемой мебели, доносившимся со всего дома. Додсон вернулся через несколько минут и попросил их перейти в гостиную. По пути они с испугом и неприязнью взирали на копошившихся кругом мракоборцев. Увидев в гостиной насупленную Беллатрикс, Друэлла кинулась к ней. Белла, вздернув нос, снисходительно проговорила: – Ну ладно, мама, ладно, со мной ничего не случилось, – но голос у нее чуть дрожал, и вся она была немного дерганная. Подошла уже знакомая им седая Энсворт: – Миссис Блэк, я попрошу вас закатать рукава. И ваших девочек тоже. – Зачем это? – истерически взвизгнула Нарцисса, отступая. – Просто закатайте рукава, мисс, – Энсворт выдавила улыбку. Беллатрикс, почти оскалившись ей в ответ, вызывающе дернула ткань вверх, обнажив белоснежную кожу предплечий. – Что вы надеетесь тут увидеть? – ехидно спросила она уже отворачивающуюся Энсворт. Та не ответила, разглядывая руки Андромеды, а затем и Друэллы. Нарцисса, нервничая, вскрикнула: «Почему я должна что-то вам показывать?» – и Друэлла, успокаивающе шепча какие-то бессмысленности, сама подняла ей рукава платья. – Сигнус что-то наделал, да? Что-то противозаконное? – спросила Друэлла у аврорши. Та только пожала плечами: – Это мы сейчас и выясняем. Так прошло несколько часов. Мракоборцы перерыли все в доме, под отчаянные писки домовых эльфов. Беллатрикс сопровождала каждый раздавшийся шум – от отодвинутой кровати до случайно опрокинутой вазы – ироническим хмыканьем. Андромеда, испуганная не меньше Нарциссы, крепко держала ее за руку, а Друэлла прислушивалась, не раздастся ли голос мужа. Затем каждую из них долго проверяли неизвестными им заклинаниями и разглядывали воспоминания. При этом, Андромеда разрыдалась, Нарцисса закатила форменную истерику, а Беллатрикс вся побледнела и чуть было не упала в обморок. Друэлла с трудом сохраняла самообладание и пыталась поддержать дочерей. К концу всей процедуры они были морально измотаны. Наконец в гостиную вместе с Додсоном вошел Сигнус Блэк. – Папа! – дочери кинулись к нему, а Друэлла степенно подошла, встав рядом. – Все в порядке, дорогие, – Сигнус сдержанно обнял каждую. – Папочка, что они с нами делали! – Андромеда прижалась к нему. – Это было так грубо с их стороны! – Попрошу извинить нас, – чуть смущенно сказал Додсон. – Мы тут устроили беспорядок... – Ничего, ничего, – Сигнус, через силу, растянул губы в улыбке, – мы все понимаем. – Так что же случилось? – Друэлла просительно посмотрела на аврора и Додсон, откашлявшись, соизволил объяснить: – Сегодня ночью группа неизвестных лиц незаконно проникли в тайный отдел Министерства. – И вы подозреваете моего мужа?! – ахнула Друэлла. – Да как же можно! – Уже нет, миссис Блэк. Мы проверили его – он говорит правду, да и ложных воспоминаний у него тоже не наблюдается... Как и у всех вас. И под «Империо» вы не были. – Им... Империо? – в ужасе выдавила из себя Друэлла. – Да кто же посмеет использовать такое?! – Кое-кто смеет, – заверил ее Додсон. – Мне жаль, миссис Блэк, но нам пора идти. Еще раз прошу нас извинить. Беллатрикс опять хмыкнула, и Друэлла слегка толкнула ее в плечо. Авроры, трансгрессировав, покинули дом Блэков. Стоя среди раскуроченной гостиной, Друэлла расстроенно вздохнула: – Ну вот, теперь у нас есть чем заняться сегодня... Будем наводить порядок. – Так что же это было? – все еще ничего не понимая, спросила Андромеда. Сигнус немного помялся, затем поведал: – В запретные секции Министерства кто-то пробрался использовав мои отпирающие заклинания. – Не может быть! – Друэлла недоуменно уставилась на него. – Как же так? – Я и сам ничего не понимаю... Все записи хранились у меня в кабинете, но там охранные заклятие почти как и в самом Тайном Отделе. Без заговоренных ключей не пройдешь. Хотя дубликаты некоторых были у нас дома, в моем сейфе – открыть его куда легче... Но кто бы проник сюда, через всю нашу семейную защиту?! – Сигнус устало опустился на стул, и Друэлла приобняла его. – Но авроры же вошли к нам без спросу, – заметила Андромеда. – Не говори глупостей, они же прямо как мясники действовали, мы все почувствовали, как к нам ломились! – Друэлла вздрогнула, вспоминая неприятные минуты. – А попасть сюда, чтоб никто и не заметил... Немыслимо! – А если это... – снова начала было Андромеда, но тут Друэлла хлопнула в ладони: – Ну-ка, давайте лучше займемся уборкой! Нарси и Меда, вы приберете гостиную с одним домовиком, мы с Белл идем наверх с другим, Сигнус... ты, наверное, займешься кабинетом? Возьми тоже кого-нибудь из эльфов... Если они не разбежались с перепугу. – Зачем они смотрели на наши руки? – громко спросила Нарцисса. На секунду воцарилась тишина, затем Беллатрикс бросила: – Метку искали... Метку Пожирателей Смерти – это ведь про них пишут в газетах, что они накладывают «непростительные»?! Авроры, наверное, подозревают Пожирателей в нападении на Министерство, – она вызывающе посмотрела на родителей. – «Подозревают»! – вознегодовал Сигнус. – Да они сами свой автограф оставили – огромный знак в небе! – он строго уставился на дочь: – Я поговорю с Лестрейнджем. Ни его сын, ни ты через него, больше не будете иметь никакого дела с этими сумасшедшими. Ты поняла? – Да, папочка, – сладко улыбнулась Беллатрикс, – как скажешь. Сигнус с подозрением покосился на нее, но Беллатрикс продолжала безмятежно улыбаться, а Друэлла решительно напомнила всем, что пора разбирать завалы. Так как авроры и сами не очень-то представляли, что такого они ищут, то они попросту пооткрывали все подряд, отодвинули мебель, повытаскивали вещи и позаглядывали в прочие укромные местечки с повышенным темным магическим фоном. Убирать все это оказалось довольно сложно – для начала, надо было точно вспомнить, где что лежало. Нарцисса как раз развешивала на стене множество маленьких картин, стараясь расположить их в том же порядке, что и раньше, когда Друэлла позвала ее. Нарцисса поспешила в свою комнату и застала растерянную мать, держащую в руках нить с камнями – подарок Люциуса Малфоя. Он был спрятан в шкатулке и, видимо, авроров заинтересовали сильные запирающие чары, наложенные на нее. Однако Друэлла не успела ничего спросить, как Беллатрикс, заглянувшая к ним из любопытства, заявила: – Ах, это мое! – Твое? – изумились в один голос Нарцисса и Друэлла. – Да, – кивнула Беллатрикс, – мне Руди подарил. – Но... Ты ничего мне об этом не говорила! – Друэлла недоверчиво разглядывала драгоценность. – Ну, забыла... С кем не бывает, – Беллатрикс уверенно забрала камни у матери. – Тогда почему эта вещь находилась в комнате Нарциссы? – Друэллу все еще не отпускали сомнения. – Откуда я знаю? Может, авроры, как мартышки, хватают все блестящее и таскают из комнаты в комнату, – Беллатрикс рассмеялась. – Ладно, – устало предложила Друэлла, – давайте-ка все сначала уберем, а потом уже обсудим. – Не вижу смысла что-нибудь обсуждать. Ты что, хочешь, чтобы я вернула это Родольфусу? Все равно же будет моим после свадьбы, – Беллатрикс рассеянно перебирала камни. – По-моему ты забываешь, с кем говоришь. Что за тон?! – рассердилась Друэлла. Беллатрикс, выходя, лишь мило улыбнулась матери, как недавно отцу. Нарцисса чуть помедлила и кинулась за ней. Схватив сестру за рукав, она негодующим шепотом потребовала: – Это мое! Отдай! – Мне сказать маме, что это твое? – подняла брови Беллатрикс. – Не переживай, Малфой... Это же он тебе подарил? Ну так подарит еще, только будь с ним поласковее. Это нам он втирает о возросших затратах и финансовой нестабильности. А тебе вот камешки таскает... Так что я просто восстанавливаю справедливость. Только смотри – если по твоей милости вокруг имени нашей семьи разразится скандал – я лично наложу на тебя «непростительные». И не раз, – она больно щелкнула сестру по носу. – Иди убирать, Нарцисса. Да, и скажи Андромеде, пусть заглянет в свою комнату – мало ли какие еще секреты могут случайно оказаться на виду...