Отношения

Беллатрикс всегда нравилось смотреть, как люди появляются через каминную сеть: вот раздается едва уловимый шелест, пламя начинает колебаться, становится бледнее, а потом, на секунду, и вовсе размытым... И пропадает, чтобы тут же возникнуть вновь уже за спиной у прибывшего гостя — на этот раз им был Люциус Малфой. Отряхнувшись, так как он все-таки зацепил мантией за решетку очага, Люциус элегантно поклонился Беллатрикс и пожал руку Родольфусу. — Ну что? — Беллатрикс не любила тратить время попусту. — Что они решили? — Считают, что еще рано, — скривил губы Люциус. — Идиоты! — она сжала кулаки. — Мы так ничего никогда не добьемся! Надо действовать, а не болтать попусту! Ты объяснил им это, Малфой? — Белл, я, все-таки, отвечаю только за денежные вопросы, — нахмурился Люциус. — Все старшие были против: Макнейр, Нотт, Кэрроу... — Но Долохов же сказал — надо захватывать врасплох, а не ждать, пока авроры и Министерство придут в себя! — негодовала Беллатрикс. — Дорогая, Люциуса приглашали только для обсуждения финансового вопроса, — спокойным голосом произнес Родольфус, — а нас с тобой вообще никто не позвал. — Вот именно! Это возмутительно! А что же считает Темный Лорд? — с придыханием произнесла Беллатрикс, хватая Люциуса за руку. — Он колеблется. Но тоже говорит, что мы пока не готовы к захвату... — Ах, какие глупости! — перебила его она, заламывая в отчаяньи руки: — Он просто не доверяет нам! Он думает, мы так же слабы, как и наши отцы... Но мы докажем ему, что это не так! — И правда, а каким было мнение моего достопочтенного родителя? — с легкой иронией поинтересовался Родольфус у Люциуса. — Он, как и все, советовал быть осторожнее, — пожал плечами тот. — Трус! — гневно выкрикнула Беллатрикс. Родольфус предостерегающе поднял руку: — Осторожнее со словами, когда ты говоришь о моем отце. — Я и о своем могу сказать то же самое, — ничуть не испугалась Беллатрикс. — Ах, Люциус, ну почему ты не смог им все объяснить?! Ты такой же никчемный, как и они! — Белла! — в голосе Малфоя появились угрожающие нотки, и Беллатрикс притопнула ногой: — С Нарциссой будешь разговаривать таким тоном, а не со мной! Я, в отличии от нее, знаю себе цену. Родольфус придержал ее за талию: — Все, успокойся, ты все равно сейчас ничего не изменишь. И, кстати, о Нарциссе: ты ведь пригласила Люциуса именно из-за нее. Давайте пройдем в гостиную... — Между прочим, Малфой, мы тебя принимаем через камин, а не заставляем вначале околачиваться у ворот поместья, а потом тащиться в разваливающейся колымаге! — нашла новый повод для возмущения Беллатрикс. Родольфус усмехнулся: — Малфои делают это, чтобы ты посещала Малфой-мэнор как можно реже, моя радость. Люциус же понимает, что если ты облюбуешь его дом, то им всем придется выселяться. — Очень смешно, — Беллатрикс уничижительно оглядела давящихся от смеха мужа и Люциуса. — У тебя такое своеобразное чувство юмора, милый. Наверное, от «Круцио» ты бы тоже смеялся! — Белл, — Руди все еще улыбался, но выражение его глаз едва уловимо изменилось, — думай, перед тем, как что-то сказать... Но ладно, что же мы тут застыли, идемте в гостиную, — тут же весело воскликнул он, подхватывая Беллатрикс и Люциуса под руки. Андромеда первая заметила вошедших и, намеренно игнорируя Малфоя, кивнула сестре и деверю. Нарцисса же, с отрепетированной перед зеркалом уверенной улыбкой, кинулась к Люциусу. — Ох, как мило! — закатила глаза Беллатрикс. — Воссоединение влюбленных — что может быть слащавее! — Я пойду на террасу, — сообщила Андромеда, направляясь к двери. Белла перехватила ее: — Не глупи! Сейчас придет Рабастан и мы сыграем в карты! — Басти сегодня занят до вечера, — откликнулся Люциус. — Собирает новоиспеченных выпускников Хогвартса дабы разъяснить им "смысл жизни". Кстати, мисс Блэк... Андромеда, вы могли бы тоже пойти. — Благодарю, но нет, — Андромеда поспешно вышла, хлопнув дверью. Беллатрикс подняла брови: — Чем ты так досадил ей, Люциус? — Всего лишь попросил написать письмо ее женишку-итальянцу, чтобы он принял Долохова, — развел руками Люциус. — Кстати, это была идея Руди. — Да, Гилельмо неплохой парень, — подтвердил Родольфус, — хотя и вспыльчивый, но это уже издержки его национальности. Долохову он тоже пришелся по душе. — Кто такой Доло...хов? — робко поинтересовалась Нарцисса. Люциус, небрежно целуя ее в висок, легкомысленно ответил: — Один знакомый. Не бери в голову. Нарцисса испытующе покосилась на Беллатрикс, но та тоже не собиралась ничего объяснять. Домовые эльфы подали чай, а затем все уселись играть в карты и Родольфус, как обычно, выиграл. После легкого ланча Люциус предложил Нарциссе пройтись. Беллатрикс было запротестовала, но Родольфус отпустил пару шуток о «строгой дуэнье», и она смирилась, хотя и ворчала вслед. Какое-то время Люциус и Нарцисса просто бесцельно прогуливались по слегка заросшему саду Лестрейнджей, наслаждаясь ощущением покоя. Они забрели в отдаленный уголок, где, среди кустов и клумб, стояли садовые качели. Судя по проявившейся ржавчине, пользовались ими не часто. Люциус огляделся: — Какое восхитительное место, не правда ли? И впрямь, на фоне яркой зелени ажурные качели смотрелись изящно и романтично. Впрочем, Люциус куда больше интересовало не окружение, а Нарцисса: в брючках из тонкой ткани и светлой рубашке, она выглядела на этот раз почти по-мальчишески, но и такой была невероятно желанной для него. Люциус очистил качели от листвы и придержал их, пока Нарцисса усаживалась, а затем примостился рядом — благо, ширина сидения это позволяла. Развернув Нарциссу вполоборота, так что она теперь прижималась спиной к его груди, он обхватил ее тонкую талию, целуя шею, затем оттянул ворот ее рубашки, по одной расстегивая пуговицы. Нарцисса накрыла своей рукой его пальцы: — Люци, постой... — Да? — он, не удержавшись, провел кончиком языка по ее щеке. Нарцисса поежилась. — Белла... Все считают, что я стала слишком худая... Ты думаешь, я теперь некрасивая? — Ты всегда была худая, — тихо прошептал он, — и в этом «Белла-все» правы. — Тебе не нравится? — она изогнулась, чтобы заглянуть ему в глаза. Люциус усмехнулся: — Нарси, я предпочел бы, чтобы ты немного поправилась, но для меня ты в любом случае будешь красавицей. Да разве ты сама не видишь, насколько ты прелестна? Ну тогда, давай, я тебе покажу, — он мягко высвободил свои пальцы из ее руки и притронулся указательным к кончику ее носа: — У тебя остренький, прямой, очаровательный носик... — он вытянул губы и поцеловал его. — И мягкие, сладкие губы... — еще один поцелуй. — А если спуститься пониже, — он распахнул ее рубашку и отодвинул чашечки бюстгальтера, — то только взгляни, какие тут у тебя сосочки, — он провел по ним пальцами, и Нарцисса шумно выдохнула. — Нет, открой глаза и посмотри на них. Вот так... Видишь, какие они сейчас твердые? А если их помять, — Люциус надавил пальцами, — то они вновь станут мягкими... Нарцисса попыталась что-то сказать, но он остановил ее: — Ш-ш-ш. Я еще не закончил, — Люциус приподнял по одной ее груди, целуя их. — А вот и твой животик, такой податливый, нежный... — он принялся расстегивать ее брюки, а затем приспустил их до колен. — Забирайся с ногами на сидение. Да, умница. А теперь раздвинь немножко бедра. Ну же, малышка, не смущайся... Он отодвинул ткань ее трусиков, а Нарцисса расставила ноги так, что теперь и сама могла видеть розовую промежность. Люциус легонько скользнул по ней пальцем: — Посмотри, как она прекрасна. — Перестань, — Нарцисса в смущении закрыла лицо руками. — Нарси, я отучу тебя говорить «перестань». В следующий раз если ты так скажешь — я тебя накажу, — прошептал он ей на ухо. — Накажешь? — обеспокоилась она — Вот именно. Например... отшлепаю. Тебя шлепали в дестве? — он запустил пальцы между складочками ее кожи. — Н-нет... — еле слышно ответила Нарцисса, выгибаясь дугой. — Правда? Ну ничего, мы заполним эту лакуну в твоем воспитании, — засмеялся Люциус. — Посмотри, как тут у тебя красиво... Хочешь сама потрогать? — Нет! — Нарцисса свела ноги. Люциус слегка ударил ладонью по ее бедру: — «Нет» я тебя тоже отучу говорить. Расслабься... Она охнула от тянущего ощущения внизу живота и с трудом пролепетала: — Люци... Я люблю тебя. Я очень люблю тебя... Но мне так без тебя плохо... Ах, если бы ты только всегда был рядом... — Так, — он вмиг посерьезнел, разворачивая ее к себе и усаживая на колени. Нарцисса слегка испуганно захлопала ресницами, но тут же успокоилась при виде выражения его глаз. Люциус прижал ее голову к своей груди: — Нарцисса, мне не нравится твое настроение. Сначала ты расстраиваешься, что ты некрасивая, теперь — что меня нет рядом. Послушай, моя девочка, я понимаю, у тебя сейчас нелегкий в период жизни и мне очень жаль, что я не могу действительно «быть рядом» все время... Но, Нарси, я обещаю тебе, что, как только мы поженимся, все изменится. Ты ведь мне веришь? — Да, — Нарцисса потерлась щекой о его ладонь, счастливо улыбаясь. — Если хочешь, мы перенесем свадьбу на более близкую дату, — предложил Люциус, однако она тут же запротестовала: — Ох, нет, так же не принято! Я даже школу не окончила, что подумают люди? Люциус иронично ухмыльнулся: — Решат, что ты беременна. — Люци, это не смешно! — выпрямилась Нарцисса, встревоженно хмуря светлые бровки: — Потом только и будут, что судачить! Люциус расхохотался и поцеловал ее: — Ладно, ладно, я просто предложил. Подумаешь, еще какой-то год! — Малфой, ты невероятно благоразумен! — раздался совсем рядом голос Беллатрикс, и Нарцисса, взвизгнув, слетела с колен Люциуса, одновременно умудряясь натянуть брюки. Она уже принялась застегивать рубашку к тому моменту, как старшая сестра выбралась из-за кустов. Небрежно бросив Нарциссе: «Можешь не торопиться», — Беллатрикс прошла к качелям и уселась рядом с Люциусом. Нарцисса стыдливо отвернулась, безуспешно пытаясь попасть пуговицами в прорези на ткани. — Итак, вы все же решили сделать из моего дома бордель! — трагическим голосом возвестила Беллатрикс. Люциус поморщился: — Во-первых, мы не в доме, а во-вторых... — А сейчас ты скажешь какую-то гадость о том, что обычно происходит в моем доме, и прибавишь еще одну о моей моральности! — Беллатрикс провела пальцем по его щеке, прежде чем он успел увернуться. — Малфой, не старайся — тебя мне все равно не переплюнуть. Кстати, если хочешь, можем рассказать Нарциссе пару забавных историй из твоей биографии. — Белла, чего ты добиваешься? — с деланным спокойствием поинтересовался Люциус. — Нет, правда, зачем ты сейчас устраиваешь этот балаган? — Не знаю... — Беллатрикс откинулась назад, на спинку качели, и чуть оттолкнулась ногой, начиная ее раскачивать. — Наверное, просто меня нервирует, когда ты у меня в гостях бесцеремонно раздеваешь мою сестру. Ну да зато Нарцисса хоть повеселела... Значит, тебе этого не хватало, так, Нарси? Не стесняйся, сестренка, расскажи мне, чего тебе еще хочется? Нарцисса промолчала, залившись румянцем. Люциус поджал губы: — Перестань ехидничать, Белл. Беллатрикс пожала плечами: — Как только ты перестанешь развратничать, Малфой. Ну да ладно, голубки, я вообще-то собиралась звать вас на ужин, — она легко вскочила, — как примерная хозяйка, самолично, а не посылая домовиков. — Уж лучше бы ты их послала, — проворчал Люциус, тоже вставая, — но нет же, ты решила не отказывать себе в удовольствии! — и, подавая руки обеим, но обращаясь уже только к Нарциссе, заботливым тоном прибавил: — Идем, принцесса, тебе-то пропускать ужин никак нельзя.