Вещи и люди.

Кожу нестерпимо тянуло и покалывало. Казалось, внутри под ней бегают муравьи, разжигая в усталых мышцах маленький пожар. Полное обращение всегда отнимало чересчур много сил и энергии. Шерлок медленно повернул шею, с удовольствием слушая, как с громким щелчком позвонки встают на место. Острые когти запутались в отросших кудрях. - Джо-о-он! Иди сюда! – позвал он, прекрасно понимая: единственное, что могло помочь - это волшебные пальцы его помощника. - Чего тебе? – Джон возник в дверях с полотенцем в руках. Видимо, мыл посуду, а Шерлок оторвал его от этой скучной рутинной работы. Ничего страшного, ведь ему нужна помощь, значит, Джон должен бросить все дела. – Не мог подождать? – укоризненный взгляд синих глаз не обманул Шерлока. Джон улыбался. – Я сейчас освобожусь. - Мне больно, - голова обессилено наклонилась, будто рога налились неимоверной тяжестью. – Помоги, сделай массаж. Теперь это больше походило на просьбу, чем на приказ, и Джон, как всегда, повёлся. Он, отложив полотенце, начал закатывать рукава рубашки. - Сними всё. Будет только мешать, - попросил Шерлок, окидывая его фигуру тёмным взглядом нечеловеческих глаз, в которых плескалось плохо скрываемое веселье. Нужно было немного поторопить события. Ещё одно грациозное движение плечами - и Шерлок, скинув ненавистный халат, остался полностью обнажённым, а Джон, открыв рот, снова забыл возмутиться. Выкинув из головы все домашние дела, он начал покорно расстегивать пуговицы. Как же им легко манипулировать, виртуозно играя на слабостях. Шерлок, пряча довольную улыбку, вытянулся на кровати. - Давай. Он не видел, но слышал, как Джон снял рубашку, стянул футболку и расстегнул джинсы. Вот так ненавязчиво Шерлок всегда умудрялся получать то, что желал. В данный момент ему нужно было человеческое тепло и тело. Джон наивно вёлся на его фокусы, каждый раз поражаясь изощрённой фантазии. Шерлок как-никак был древним магическим существом, и заворожить простого человека, надавив на нужные кнопки, было легче лёгкого. Раздевшись, Джон достал массажное масло и сел на кровать. Мозолистые руки невесомо прошлись по спине, ненадолго замерев в районе поясницы. - Я просил размять шею, - в голосе слышалась издёвка, будто Шерлок нарочно поддразнивал, зная, как Джон будет реагировать. Тот смутился. - Прости, - руки тут же переместились выше, и Шерлок поплыл от точных прикосновений чутких пальцев. Как доктор Джон прекрасно знал, где нужно надавить, не перебарщивая с силой, чувствуя грань. Постепенно зуд под кожей затих, по телу распространилось приятное тепло. Через некоторое время Шерлок начал отвлекаться, прислушиваясь к себе. Жар совершенно иного рода заставил немного повернуть голову, чтобы рассмотреть Джона. В одном нижнем белье тот казался чересчур сосредоточенным для простого массажа. Покраснел, покусывал губы и кидал из-под ресниц красноречивые взгляды на его задницу. Значит, тоже будет не против немного поразвлечься. Шерлок предупреждающе зарычал. Он знал, как этот звук действует на Джона, в который раз удивляясь, что человек просто млел, когда чувствовал под кожей вибрацию древней магии. - Джо-о-он, - голос Шерлока угрожающе понизился. – Ты плохо делаешь массаж. Мне больно. - Что? – тот даже закашлялся, мгновенно ощутив изменения. – Я сделал что-то не так? Между ними давно не было страха или недосказанности. Древнее существо, насквозь пропитанное магией, навсегда отдало своё сердце вполне обычному человеку, подарив ему отменное здоровье и неестественное долголетие. Джон ценил этот щедрый подарок, давая взамен всю любовь, на которую был способен, защищая, оберегая взбалмошную вторую половинку, не замечая скверный характер и не совсем обычную внешность. - Ты всё сделал не так, - нарочно медленно протянул Шерлок, легко переворачиваясь и впиваясь сильными пальцами в плечи Джона. Всего секунда, чтобы взглядами сказать больше, чем словами, - и молчаливый положительный ответ заставил расплыться в довольной улыбке. Затем торопливые движения, только бы поскорее вытереть масляные ладони и избавиться от оставшейся одежды. - Встань на колени, - приказал Шерлок, наблюдая, как, тяжело сглотнув, Джон подчинился: опёрся на руки и встал перед ним на четвереньки, опустив голову, так, чтобы отросшие светлые волосы закрыли лицо. Настоящее искреннее подчинение, не подобострастие глупого слуги, приученного говорить "Да, господин", а на самом деле готового слушаться. - Кажется, ты совсем разучился делать массаж, - прошипел Шерлок, наслаждаясь открывшимся видом. – Тебя стоит проучить. Эта игра нравилась обоим. Шерлок подпитывал свою жажду доминирования, ощущая каждой клеточкой тела бесконечное доверие, а Джон обожал играть вторую роль, зная, что в любой момент может заупрямиться, поражая вторую половинку своим несгибаемым характером. Шерлок уважал его выбор, всегда помня о двойном дне. Хуже неожиданной боли может быть только её ожидание, и Шерлок не торопился, сам предвкушая последующее наказание, рассматривая напряженную поясницу Джона, терпеливо дожидавшегося исполнения приговора. Небольшие аккуратные ямочки притягивали внимание, заставляя Шерлока нервничать ещё больше. Когда он впервые приказал встать на колени, Джона всего била крупная дрожь, сейчас же не было и намека на страх. Джон был слишком хорошо выдрессирован и слишком открыто показывал это. Упрямец. Шерлок довольно облизнулся, как же он обожал этого человека, умудрявшегося одним своим видом рушить всю его привычную систему ценностей. Ладонь с острыми, как бритва, когтями, молниеносно взмыв в воздух, обрушилась на подставленную ягодицу, окрашивая кожу в ярко-красный цвет. Джон непроизвольно дернулся вперёд, но не издал ни звука, только сорвавшееся дыхание стало чуть более шумным. - Тебе нравится? – решился спросить Шерлок и, получив в ответ еле слышный стон, повторил удар по другой ягодице. Рука взмывала в воздух и вновь опускалась вниз, оставляя некрасивые следы, точно мазки розовой краски. Джон умел стонать так, что внутри рождалось нечто похожее на безумное возбуждение, которое вихрем проносилось по всему телу, заставляя вскипать кровь, как во время полного преображения. Шерлок всегда боялся потерять контроль, занимая голову очередными правильными мыслями, стараясь не навредить Джону. Секс только в человеческом облике, а когти и рога оставались неизменными атрибутами, которые подогревали их и без того непростые отношения до нужного градуса. Каждый удар становилось всё труднее терпеть: Шерлок видел, как дрожали и подгибались руки Джона. Потом сорвался долгий жалобный крик, а следующий настигший удар подтвердил, что Шерлок не ослышался. Музыка, за которую он был готов платить вечностью и бессмертием. - Посмотри на меня. Джон повернул голову, и Шерлок задохнулся. Как же он обожал этот взгляд. Он давно пообещал себе, что ни к кому больше эти глаза не будут обращены с такой искренней мольбой и доверием. Шерлок не удержал выползшую на губы хищную ухмылку. - Пожалуйста, - губы самого Джона пересохли, по щекам бежали дорожки из слёз. – Шерлок, прошу. - Просишь о чём? - Пожалуйста, хватит… - охрипший голос выдавал пограничное состояние. Шерлок знал: Джон никогда не будет умолять, что бы с ним ни делали, этого он не добьётся, как бы ни хотел. Неожиданная волна нежности накрыла Шерлока. Он видел следы побоев и понимал, что игру стоило прекратить. Невесомо поцеловав притягательные ямочки, он наклонился, чтобы попытаться найти любимые губы. Возбуждение поднималось от кончиков волос до пальцев на ногах, заставляя тереться о щёку, ластиться, словно большой нашкодивший кот. Его горячий рот и холодные пальцы, поглаживающие трясшееся в предвкушении тело, составляли такой разительный контраст, что Джон просто потерял голову. - Прости меня, - это единственное, что мог себе позволить Шерлок, возрождая, даря жизнь каждым прикосновением. Джон чувствовал это, растворяясь в плавных скольжениях чужого языка по спине, истерзанным ягодицам, сжавшемуся сфинктеру. Ладони Шерлока бессовестно раздвигали бёдра шире, чтобы было удобнее лизать, сосать, заглатывать потяжелевшие яйца. Джон почти задыхался от нахлынувших ощущений, в сотый раз поражаясь искусному языку Шерлока, умудряющемуся творить поистине волшебные вещи. Тот осторожно скользил внутрь и наружу, вызывая в теле почти болезненный спазм. Шерлок беспощадно растягивал его, долго вылизывал, делая открытым и податливым. Джон с силой хватался руками за простыни, непроизвольно раздвигая дрожащие от напряжения колени ещё шире. - Шерлок, - именно теперь, когда в его собственном имени слышалась мольба, Шерлок медленно выпрямился, чтобы тут же качнуться вперёд, легко раздвигая тщательно смазанные стеночки. Головка его члена несколько раз прошлась по простате Джона, пока тот не заскулил и не дёрнулся вверх. Руки с когтями держали за плечи, не давая упасть, возвращая в реальность. Более жёстко, более настойчиво, задавая бешеный темп, Шерлок двигался всё быстрее, чувствуя внутри нарастающее напряжение с каждым последующим толчком. Оргазм застал Джона врасплох, воздух в лёгких закончился, и он беспомощно задрожал, с силой сокращая мышцы вокруг члена Шерлока. Крик обоих заглушил звуки бьющихся друг о друга тел. Шерлок рефлекторно дёрнул бёдрами, чтобы похоронить себя ещё глубже, чувствуя, как сперма выливается внутри Джона. Каждый раз он разрушал собственный мир, чтобы бросить его к ногам любимого человека, вжимая того в матрас, слизывая со спины остатки угасающего оргазма. Джон трясся в его сильных руках, теряя остатки разума, ощущая, как в груди лопается горячий шар удовольствия. После, когда они, еле отдышавшись, лежали рядом, Джон с интересом разглядывал Шерлока. Его красивое стройное тело, витиеватые небольшие рога, острые когти и чёрные хищные глаза, затуманенные первобытной похотью. Он просто обожал такие моменты, когда Шерлок, неестественно податливый, слабый и уязвимый, просто был рядом. Не древнее могущественное существо, а любимый человек, ради которого он и терпел все эти странности. Шерлок перевернулся на живот, с удовольствием укладывая потяжелевшие рога на подушку. По телу распространялось приятная истома, зуд, преследовавший его после обращения, исчез. Джон – единственный, кому удавалось сгладить все неприятные ощущения после воздействия магии, и Шерлок был за это премного благодарен. Он протянул руку, чтобы коснуться его ладони. - Да, я тоже, - Джон, как всегда, правильно понял смысл этого простого жеста, и Шерлок, удовлетворённо мурча, закрыл глаза, проваливаясь в сон.