Тот, кто убьет тебя

Я надеюсь, что ты видишь прекрасные сны в том мире, где мы заперли тебя, мой дорогой. Для того, что наш мир стал лучше, немного чище. Лично я очень на это надеюсь.

На кладбище слишком холодно. Могилы окутаны паутиной и славно усыпаны пылью, явно давая понять, что склепам и могилам уже десятки лет. Ветер задувает под толстовку, и я понимаю, что слегка промерзаю, недовольно смотря на очередного юнца, взирающего на меня с ужасом. Ненавижу новичков - они всегда поражаются моему виду и манере разговора. - Что изволите, молодой господин? - слова звучат с издевкой, но этот чудак очень сильно напуган для того, чтобы распознавать эмоциональную окраску моего тона. - Три вопроса. У меня есть три вопроса, - его голос набирает силу по мере того, как он подходит к концу фразы. - Задавай, только быстрее, у меня был чертовски сложный день, - я тороплю его рукой и внимательно смотрю, пытаясь придать своему лицу не такое наплевательское выражение. - Девушка, которую я люблю - уехала, буду ли я дальше с ней? Суждено ли мне встретить человека, который будет предназначен мне судьбой, и если да, то как скоро? - он выпалил это на одном дыхании, уставившись себе под ноги, словно нашел там что-то интересное, и куда более важное, чем демон стоящий перед ним. - Нет, да, не скоро, - качаю головой, закусываю губу и жду, пока он отпустит меня. Ненавижу свою работу. Если бы можно было отказаться - я бы всенеприменно это сделал. Но тут выхода, к сожалению, нет. - Dimittam dimittam nomen meum in aeternum dimittam demon, - его голосок больше не дрожит, и я растворяюсь в воздухе, чтобы вновь очнуться в своей кровати и попытаться заснуть. - Хей, Стайлз, почему ты такой сонный? Неужели ты наконец-то завел себе кого-то, кто бы мог скрасить твою ночь? - Махилани обезоруживающе улыбается, натягивая на себя форму для лакросса. - О-да, и это интернет, - я зеваю и пытаюсь попасть ногой в левый ботинок, выходит очень коряво, потому я падаю на лавку, отчаянно пытаясь подавить болезненный стон. Скотт ободряюще улыбается, бьёт меня по плечу, и выходит в первую линию, а я остаюсь сидеть на скамейке запасных, лениво пялясь на свои руки и пытаясь не смотреть на солнце - боюсь, что оно выжжет мне глаза, такое частенько бывает у нас, у демонов. Ах, да. Я не представился! Прошу прощения за свою некультурность. Мое имя Стайлз Стилински. Я демон перекрестка, которому дали небольшой отпуск на земле. Представьте, что однажды вы очнулись в незнакомом месте, закрыли глаза на секунду - и вот, вы кто-то иной. Вы ни черта не помните, но знаете, что что-то не так. Вы осознаёте - что-то пошло не так. И вот, вы просто смирились со своими мыслями, а в пятнадцать впервые видите видения. И впервые выходите на вызов. Вы просто стоите в центре кладбища, в своей обычной одежде, и перед вами стоит кто-то, задающий вопросы, а вы говорите все, что знаете о нем, а знаете вы о нем все, - знание кто вы, приходит в один момент. И знания о том, что будет после смерти и знание, за что вам это. И вы просто отвечаете ему, слышите то, как вас отпускают, и растворяетесь, чтобы всю ночь просидеть в своей кровати, впиваясь зубами в абсолютно реальную ладонь, и беззвучно рыдать, потому что ничего не сможете с этим сделать. Мне было пятнадцать и три дня, когда я впервые вышел на вызов. Пятнадцать лет отдыха, заслуженного отдыха, но подходила вторая половина моей жизни, и я должен был начинать работать не покладая рук. Я был одним из лучших там, тут же, в реальности, парень с гиперактивностью, кучей таблеток и естественной защитой в виде сарказма. Я боялся оставаться один, боялся новых известий о себе. Спустя месяца два все же смирился со всем этим дерьмом, потому развлекался как мог: я шутил, появлялся в трусах, выскакивал из-за дерева с громкими криками. Потом мне наскучило такое времяпрепровождение. Вы знаете, я никогда не думал, что этот ритуал имеет так мало распространения, то есть, обычно меня пытаются вызвать на дороге. Это полная чушь и ложь, на дороге приходит Джен, она учится где-то в Нью-Йорке и лучезарно улыбается. Я познакомился с ней случайно, ведь именно я должен был обучить её азам и напомнить. Иерархия у нас строгая, поэтому я просто лениво сидел в её комнате, объяснял абсолютно дрожащей девчонке, что все нормально и ей не обязательно бояться. Демоны рождаются людьми. Да, дорогая, это происходит чертовски часто. Нет, ты не будешь помнить, кто тебя вызвал и зачем. Ты будешь превращаться в огромную энциклопедию. Да, скоро ты узнаешь, что ждет тебя в жизни дальше. Да, ты была моей подчиненной там. Нет, этого не изменить. Нет, у тебя нет души, но любить ты можешь. Это выглядело странно, но она сидела, смотрела на меня и тихо всхлипывала, пытаясь понять, почему все так, а потом её глаза стали темнеть, и я принял пополнение в наших рядах. Просто однажды мы ошиблись, выбрав не того начальника. Да, ошиблись сильно, но он смешно шутит, властно выглядит и будет объяснять тебе в снах, что делать дальше. Ты не должен бояться этого. Я знаю парочку самых сильных, что до сих пор не уверены в том, правильно ли они все понимают. И нет, их не вызывают, потому что один - сын Фортуны, умеет избегать любого контакта и просто по счастливой случайности не оказывается в нужном месте, в нужное время. Поэтому-то он и не выходит на вызовы, да и вызовов ему не надо - у него отпуск на тридцать четыре года, а потом три века заточения. Я даже не знаю, что из этого хуже. Ну, и, соответственно, Аббадон, тот вообще не в курсе, кто он, потому просто живет так, как живется, развлекается, веселится. Нас сюда было отправлено четверо, когда придет наше время - мы уйдем. Я знаю об этом, некоторые из них - нет, но догадывается и чувствует каждый. Снова кладбище, оно очень знакомое, меня передергивает от того лица, которое я вижу перед собой. - Здравствуй, Питер, - мой голос звучит уверенно, и я облокачиваюсь на крест, внимательно глядя в его глаза. - Привет, Стайлз. Я знаю, - его клыки отблескивают белым в этом сумраке. - Спрашивай то, что хотел, а затем вали обратно. Я не настроен шутить в такое время, - убедительно зеваю, не давая панике распространиться, и зябко подергиваю плечами. - Я стану альфой? Как долго я проживу? - он ухмыляется, а я качаю головой и прочитываю словно по энциклопедии то, что он слышать не желает, и, да, я очень рад тому, что это правда. Он отпускает меня, но я прекрасно знаю, что завтра умру. Мне дали шанс, который я не использовал, что ж, оно того стоило. Я хожу по школе улыбаясь. Я прощаюсь. Мне жаль, ребята. Прощай, Лидия. Нет, я не буду говорить это вслух, но банши удивленно поднимает брови, когда я говорю, как сильно дорожу ею. Скотт удивленно открывает рот, на то, что я точно отвечаю Харрису и печально улыбаюсь, а Кира смотрит с недоумением. Это прощание, жаль, что вы никогда не поймете этого, потому что завтра вы забудете о том, что я был в ваших жизнях, на мое место придет Джен, она будет послушной дочерью и хорошим другом. Девушкой, которая всегда готова обсудить шмотки с Лидией и никогда не будет рубиться в приставку со Скоттом, но ведь родители Джен получат кого-то нового. В этом вся суть - никто не вспомнит о том, что было. Никто, кроме меня, и мне очень жаль. Вы не вспомните моего имени, все бумажки и учебники, где мы с Макколом выводили смешные рожицы исчезнут, все пробирки, что я расколол -восстановятся. Следующий на очереди в отпуск - Эмбер и я её уважаю. Она просто займет место Джен, как Джен займет моё место, а я занял место Джека. Кладбище. Дерек и Питер стоят и смотрят на меня, Дерек - с болью, Питер - с яркой мерцающей победой в глазах. - Вы можете начинать, - я обреченно киваю и подхожу ближе, проводя ладонью по лицу Дерека, в глазах которого застыло изумление и дикая боль. Он знает, что я ухожу. Я знаю, что он это забудет. Питер зачитывает первые строки, а Дерек стоит и смотрит на то, как я корчусь от боли и закрываю глаза. - Стайлз, когда ты позволил этому стать тобой? - голос его дрожит, я не ожидал этого, он, похоже, тоже. - Я таким родился, - ободряюще улыбаюсь и крепко держу его за руку, а Питер читает латынь чисто, и от этого мои кости плавятся. Я бы мог исчезнуть, раствориться, если бы сам не сел в ловушку. Я изначально был к этому готов, я знаю, что я делаю. Я устал. Я хочу обратно. - Ergo, dracomaledicte et omnis legio diabolica, adjuramus te per Deum vivum, per Deum verum, per Deum sanctum, per Deum qui sic dilexit mundum, ut Filium suumunigenitum daret, ut omnes qui credit in eum non pereat, sed habeat vitamaeternam: cessa decipere humanas creaturas, eisque aeternae perditionis venenumpropinare: desine Ecclesiae nocere, et ejus libertati laqueos injicere, - Питер закрывает глаза, и его чтение становится более ритмичным. Я смеюсь и опадаю. Мне плевать, я ухожу. И, да, я знаю, что это конец. Я просто улыбаюсь, держа младшего Хейла за руку. - Я буду помогать тебе, - шепчу, когда он пронзает меня огромным серебряным крестом, провожу рукой по его щеке, слыша слова: "Ego quos amo, liberatur eo, Lucifer". Мое имя Стайлз Стилински - я демон перекрестка. Я умер, когда мне было шестнадцать. Я всегда буду защищать того, кого люблю. Того, кто убил меня.