Навеки одиноким

Гарри нашёл Гермиону в первой же незапертой классной комнате. Она сидела на учительском столе, совсем одна, только над головой у неё кружила стайка щебечущих птичек, которых она создала прямо из воздуха. - Что делаешь? – спросил он, подходя к столу. - Р-решила попрактиковаться, - всхлипнув, ответила Гермиона. - А почему плачешь? - Я н-не плачу… - Признавайся, из-за чего рыдаешь? - Не притворяйся, будто не видел, - сказала Гермиона. – Он не очень-то и прячется, он… - Ты про Рона? Ну, и что с того? – фыркнул Гарри. Гермиона резко подняла голову и зло посмотрела на него. - Что значит «и что с того»? – прошипела она. – Мне это неприятно, может быть, об этом ты не подумал? Поттер вытащил волшебную палочку из заднего кармана и запер двери заклинанием. Он резким рывком раздвинул ноги Гермионы и прижался к её телу. Схватил за волосы сзади и откинул её голову назад. Грейнджер упёрлась руками о его грудь и попыталась отодвинуться. - А зачем мне об этом думать, дорогая? Мы же вместе, помнишь? Мы пара, и нам не положено думать о ком-то другом. Все ведь знают, что ты любишь меня, а я – тебя. - Гарри, перестань, мы-то с тобой прекрасно знаем правду, - прошептала она, ещё раз всхлипнув. - Неужели? – он похотливо опустил взгляд ниже шеи. – Мы уже два года вместе, все думают, что у нас есть и поцелуи, и секс. А мы даже за руки не держимся. - Потому что мы договорились быть вместе без любви. Никакой нежности и чего-то подобного. - А я у тебя не просил о нежности, - Гарри склонился к её лицу. – Чжоу отказала мне в поцелуе из-за тебя. А сегодня Джинни сказала, что ты ещё после Святочного бала на четвёртом курсе целовалась с Виктором Крамом… - Это неправда! – воскликнула Гермиона, пытаясь оттолкнуть его. – Я ни с кем… - И я ни с кем, - подхватил Гарри. – А очень хочется. Гермиона глубоко втянула воздух. - Я вижу, как ты смотришь на Джинни. Я знаю, что она тебе нравится. - Никакой любви и нежности, - Гарри помотал головой. – Она мне не нужна. - А я нужна? – Гермиона облизнула губы. - Ты же моя девушка. Конечно, нужна. Кто-то дернул за ручку двери, по ту сторону кабинета раздался смешок и шаги, а затем всё снова стихло. Гермиона недоверчиво посмотрела на Гарри, но потом согласно кивнула. Он отступил на шаг, и Гермиона свела ноги, но тут же уперлась коленкой возле бедра Гарри. - А это ещё что? – возмутилась она. - Э-эм, стояк, - просто ответил он. – А что? - Ужасно! Гермиона спрыгнула с парты, вытерла слёзы и взмахом палочки прекратила действие пташек. - Я не хочу видеть твой… В общем, чтоб при мне этого не было, - строго сказала она. Гарри плотоядно облизнул губы и сделал шаг к Гермионе. - Вообще-то, ты первая из настоящих девушек, на которую у меня стоит. До этого только в душе представлял всяких вейл. - Гарри Поттер, прекрати, я даже слышать этого не хочу! – её щёки налились багрянцем. Он схватил её за руку и приложил к набухшему от возбуждения члену. - Я именно так это себе и представлял, - ухмыльнулся он. - Я согласилась на поцелуй… Гарри снова откинул её голову за волосы назад и почти прикоснулся к её рту своими губами. - А тебе не обидно, дорогая, - шептал он, - что Лаванда Браун наверняка раздвинет ноги для нашего общего друга? Что он трахнет её? Что Рональд Уизли познает прелесть поцелуев, секса раньше нас, а мы встречаемся намного дольше, чем он? Тебе не хочется отомстить ему, дорогая? Рассказать ему о том, как тебе было хорошо со мной, как ты очень рада за него, потому что он больше не будет тебе нужен. И ты сможешь представлять на моем месте его, сможешь хоть называть меня его именем. Я очень, очень хочу, чтобы ты именно так и сделала. Гермиона, я хочу… Она вцепилась руками в его волосы и так быстро прижала к себе, что клацнули зубы. Она жестко и со злостью впивалась в его губы. Гарри приткнул её бедрами к парте, не отпуская её руки от своего паха, и так же яростно отвечал на поцелуй. Первый поцелуй не забыть, да они и не собирались. Искусанные губы, мокрые языки и вспотевшие ладони. Гарри положил руку ей на грудь, и Гермиона отстранилась. - Я не хочу, чтобы мой первый раз был таким, - сказала она. - Другого варианта ты не получишь. - Гарри, я боюсь… Скажи, что всё будет хорошо. - Зачем? - Потому что всем девушкам говорят это во время первого секса. - У меня это тоже первый раз, может, и ты мне скажешь нечто подобное? – ухмыльнулся он. - И что мне делать? – после нескольких секунд молчания спросила Гермиона. - Раздевайся. Он расстегнул рубашку и многозначительно посмотрел на Гермиону. Она сглотнула, облизнула губы и стянула кофту. Гарри подошёл к ней и снова поцеловал, провёл языком по нижней губе и спустился к шее, убрав непослушные кудри за плечи. Гермиона вздрогнула, когда он начал расстёгивать её штаны. Потная ладонь легла на живот, двинулась под бельё, и Грейнджер закрыла глаза, вжавшись руками в стол. Она сама на этот раз коснулась его члена, сильно выпирающего под брюками, расстегнула ширинку. Он снял бюстгальтер, и Гермиона ощутила приятный холодок на груди. - Мерлин, сделай так ещё раз, - блаженно прошептал Гарри. - Как? - Вдохни так… глубоко. И сейчас Гермиона почувствовала, что прижимается набухшими сосками к его груди. Он упал на колени так резко, что Грейнджер даже испугалась. Принялся судорожно снимать с неё штаны и бельё, разделся догола сам, потом стал жадными поцелуями прокладывать путь обратно к её губам. Поттер взъерошил свои чёрные космы, что лезли в лицо, и усадил её на стол. Гермиона инстинктивно раздвинула ноги и откинула голову назад. - Гарри, я… - Молчи, - шикнул он. – Я знаю, что ты скажешь. Но нет – мы уже голые и готовые, и ты меня не остановишь. - Гарри… - Заткнись, я не буду нежен. И он ввёл в неё один палец. Там, внутри, в разгорячённом и влажном от желания влагалище, всё сжималось и едва заметно подрагивало, и Гарри понял, что подруга пытается сопротивляться просто потому, что так положено. Но сама она готова кончить он одной фрикции. Впрочем, как и он. И им обоим было страшно – это их первый раз; но дикое желание поскорее начать двигало Гарри. Он хотя бы не терял время зря на каникулах: смотрел порно на компьютере кузена, пока семейки не было дома. Он знал: что, как и куда нужно делать. Гарри растёр капельки смазки по твёрдому члену, приткнулся головкой к половым губам и, впившись губами в её искусанный рот, вошёл. Гермиона жалобно пискнула. - Я знаю, - оторвавшись, шептал Гарри, - что тебе больно, поэтому не буду мучить. Я сейчас кончу. Грейнджер схватила его за шею и притянула к себе. Он двигался сбивчиво, стараясь не ускорять темп. - Ты… думаешь о Роне? – сжимая её грудь, прорычал Поттер. - Уже нет, - едва слышно сказала Гермиона. – О тебе. Он сделал ещё два толчка и вышел, направляя брызги спермы в сторону. Гермиона сдвинула ноги, слезла со стола и потянулась к своей одежде. Убрала кровь с бёдер заклинанием, и они быстро оделись. - Как всё-таки это прекрасно – встречаться с девушкой, - хохотнул Гарри. Гермиона опустила голову. Гарри подошёл к ней и приобнял за плечи. - О чём думаешь? – заботливо спросил он. Грейнджер медленно перевела на него взгляд, и в её глазах виднелась похоть. - Думаю, надо будет повторить. Только чтоб в следующий раз я тоже кончила. - Ха, теперь поняла, что любовь значит всё? Она помотала головой. - Я раздвинула для тебя ноги, не посягая на любовь. И это значило куда больше, чем твоя любовь. Например… - Например, что ты станешь моей личной шлюшкой? – хмыкнул Гарри. - Именно, - улыбнулась она. – И я хочу, чтобы ты рассказал всем о случившемся. Нам же должны завидовать, помнишь? - Не сомневайся, дорогая, - и он потянулся за новым поцелуем.

***

На улице очень холодно, и стоит открыть окно, как мерзкий ветер взмывает стопки пергамента в хоровод над столом. Пэнси тут же закрывает окно и возвращается к постели Малфоя. Тот кашляет, чихает и хрипит, стонет, когда ворочается на кровати. На его прикроватной тумбочке пять пузырьков с зельями и таблетками, присланными мамой из Малфой-мэнора. Сам Драко укутан двумя одеялами, под головой три пуховые подушки, на шею намотан колючий шарф. Щёки красные, а лоб белый. Пэнси зло прикладывает руку ко лбу и тут же одёргивает. - Ну, нет, так больше продолжаться не может! – ругается она. – Я должна доставить тебя в Больничное крыло! Мадам Помфри вылечит тебя за один день, а я с тобой уже вторые сутки вожусь! - Только через мой труп… - хрипит-хрюкает Малфой. - Драко, да ты сам такими темпами в труп превратишься! Даже лекарства миссис Малфой не помогают. У тебя жар! - Это потому что ты такая красивая рядом… - Сейчас как дам по лбу стаканом! Тоже мне, мастер обольщения. У вас игра сегодня с Гриффиндором, Драко, ты же так хотел уделать Поттера… - Ой, да пошёл он, - фыркает Малфой, приподнимаясь на локтях. Пэнси тут же его останавливает, надавливая на плечи. - Ты куда собрался? - В туалет. - Может, лучше горшок принести? – наивно интересуется Пэнси. Окраска на лице Драко резко меняется: теперь уже лоб красный, а щёки белее снега. - Паркинсон, ты в своём уме? – пытается кричать Малфой. – Надобности справить я в состоянии сам. Заодно в душ схожу. - Какой душ? Зачем? – суетится она. - Затем, чтобы не вонять тут больным потом, - встав с кровати, отвечает Драко. - И вообще, я не маленький, сам разберусь. Всё, иди на игру. Пэнси с приветливой улыбкой показывает ему фигу. - Ну, тогда… Не знаю, займись чем-нибудь. Проветри комнату пока, а то ты тут самодовольством надышала. - Индюк! – выдаёт ему в спину Пэнси. Пока Драко торчит в ванной, в спальню забегает Блейз и Теодор. Они отдают Пэнси печенье и яблоки, что раздавали за обедом, наряжаются к игре и, чмокнув Паркинсон в обе щеки, рвут когти на матч. Сама же Пэнси краснеет донельзя, потихоньку впадая в романтичную кому. Она бродит по комнате, трогает занавески возле кровати Блейза с какой-то странной нежностью, вдыхает пропитанный его духами свитер. - Ну, вот, я бодр и весел! – на удивление, у Драко прорезается голос. Когда он распахивает двери, окутанный влажным паром, то видит Пэнси на кровати Блейза: она поглаживает сто лет нестиранное одеяло и улыбается каким-то своим чудным мыслям. - Эй, ты чего? Пэнси резко вскакивает с постели. - Ничего, просто… задумалась. Драко прищуривается, оценивая обстановку. - И о чем же ты задумалась? Пэнси неуклюже идёт к кровати Драко и отворачивается от него, якобы поправляя простыни. Малфой закрывает окно, завязывает на шее шарф и ныряет под своё одеяло. - Тут вот ребята принесли, - она кивает на сласти на тумбочке. Драко улыбается, как сытый кот. - Ну, тогда всё ясно. - Что ясно? – Пэнси невинно хлопает ресницами. - Ой, не притворяйся, - Драко махает рукой, - ты влюбилась в Блейза! - Вовсе нет! - Значит, в Теодора. - Нет же! - Значит, точно в Блейза, - Драко потирает подбородок. Щёки Пэнси краснеют. - Тебе надо выпить вот это, - она протягивает ему пузырек с лекарством. Малфой быстро выпивает содержимое, морщится и кашляет, и голос его снова наполняется хрипотцой. - Так, рассказывай, - требует он, поправляя подушки. – Садись сюда и рассказывай. Он тянет Паркинсон за руку, и она, устало вздохнув, стаскивает туфли и залазит на одеяло, примащиваясь возле Драко. - И что тебе рассказать? – смущённо говорит она. - Мы договорились два года назад, что будем вместе, но без любви. И ты сама говорила, что никого не будешь любить. А теперь вот запала на Блейза! Пэнси грозит ему кулаком. - Так, во-первых, любить и быть влюблённой – это большая разница, это не одно и то же. А во-вторых, я не запала на Блейза. - Да ты бы начала целовать его одеяло, если бы я не зашёл! – Драко демонстративно махает на кровать Забини. - Неправда, - фыркает Пэнси. - А если бы сам Блейз сюда заявился, то после одеяла ты бы переключилась на него, - безжалостно продолжает Драко. - Вот и врёшь ты! – Пэнси показывает язык и, надув губы, отворачивает голову. - Нет, ну а что такого? Паркинсон хочет слезть с постели, но Драко цепко захватывает её в объятия. - Не злись, я шучу, - оправдывается он. – Но как же тогда быть с нашим договором? - Ой, а тебе как будто никто не нравится?! – возмущается Пэнси. Драко пожимает плечами. - Нет. А надо? - Надо, у нас возраст такой. - Какой? - Влюбленческий, - невозмутимо отвечает Пэнси. - Прозвучало как ругательство. Малфой хмурится и всё так же тискает подругу в объятиях. - Ну же, Пэнс, колись: если бы зашёл Блейз, ты бы его поцеловала? - Нет, - тихо отвечает она. - А почему? Она молчит, и Малфой чуть ли не трясёт её. - Я же твой лучший друг, ну, скажи! – завывает Драко. - Да потому что я целоваться не умею! – выкрикивает, наконец, Пэнси. Малфой отпускает её, испугавшись вопля. Он пытается заглянуть через плечо, чтобы увидеть её лицо, но Пэнси всё так же сидит к нему спиной. - Это кто тебе сказал? – с опаской спрашивает он. - Никто не говорил, просто я ни с кем ни разу не целовалась. - Прямо вообще ни с кем? – удивляется Драко. - Малфой, пустая твоя голова, ты же мой парень, я только с тобой рядом хожу! Конечно, я ни с кем не целовалась! - Я тоже ни с кем, - он опять пожимает плечами. – Так давай решим эту проблему. Пэнси так быстро разворачивается, что её волосы смачно хлещут Малфоя по лицу. - Как решим? – недоуменно спрашивает она. - Будем целоваться. И прежде чем Паркинсон успевает что-либо возразить, Драко охватывает её лицо своими ладонями и целует. Бережно, ропотно и нежно. Она не двигается пару секунд, но всё же потом приоткрывает рот, отвечая на поцелуй. Склоняет голову набок, запускает пальцы в его ещё мокрые волосы. Вдруг Драко отстраняется. - Ч-что такое? – дрожащим голосом спрашивает Пэнси. - А-апчхи!!! – слышится на всю спальню. – Ох, эта простуда доконает меня… - А я же говорила, что нужно к мадам Помфри, - будничным тоном говорит Пэнси. Она спрыгивает с кровати, обходит её, чтобы надеть свои туфли, и садится на край. - Ох, ты прости, что я так не вовремя… эм, чихнул, - гнусавит Малфой в поисках носового платка. - Ничего, - смущённо смеётся Пэнси, - для первого поцелуя вполне достаточно. - Но мы будем практиковаться ещё, правда? – с улыбкой уточняет Драко. – Ты должна быть во всеоружии, когда наберёшься смелости поцеловать Блейза! Пэнси вдруг поворачивается к нему и смотрит крайне разочарованно. - А для тебя? Для тебя первый поцелуй что-нибудь значит? Хоть что-то… Малфой беспардонно высмаркивается, что есть силы. - Ну, одно я понял точно: поцелуи весьма приятны. А тем более с такой красавицей. - О, Мерлин, опять свой режим мачо включил…