Козырная Дама

Ву Сучжон уже не в первый раз наведывалась в фото-студию фотографа, с которым познакомилась несколько недель назад в клубе. Юноша был очень симпатичным, милым на общение и обходительным. Сучжон прекрасно понимала, что в нём прослеживаются черты бабника, но это её как-то не сильно волновало. В первый день было ознакомление с фото-студией и ее фотографами. Во второй раз Лухан произвел непосредственно бесплатную фото-съемку с Сучжон. И несмотря на то, что она участвовала в подобном мероприятии впервые, то держалась достаточно уверенно и статно. Лухан воспроизводил на свет простые фотографии – в том плане, что у Сучжон были простые концепции, не особо чем-либо выделяющиеся и привлекающие взгляд. Поэтому вовремя перерыва на одной из фото- сессий юная Ву предложила свою идею: - Быть может, сменить концепцию? На что-то более дерзкое… и откровенное, - добавила девушка как бы невзначай, - знаешь, все эти цветы, большие мягкие игрушки, светлые тона – это так банально и просто, что меня порой начинает подташнивать, - лицо Ву скривилось при упоминании предметов, которые фигурировали на фотографиях, но сама она поспешила мило улыбнуться, чтобы не обидеть парня. Лухан же подобным заявлением чуть не поперхнулся. - Я не думал, что ты предпочтешь что-то другое, - пожал плечами он, - Просто все девушки… они как бы… обычно любят мило фоткаться…аля «милые леди». - Но я ведь не «все», - Сучжон заговорщицки подмигнула ему, после чего встала с дивана, собрала сумку и попрощалась с фотографом, обещая позвонить вечером, чтобы назначить следующую встречу. Дни летели для Сучжон незаметно: все дни буквально были расписаны по плану. Ни минуты покоя, ни минуты свободного времени – Ву всегда была в делах, толком не сидя на месте. Всё утро, словно принцесса отлеживалась в постели, к обеду приезжала в университет для приличия; игнорировала Ким Чонина, словно его не знала; после учебных пар наведывалась в торговый центр, а к вечеру приезжала в клуб в компании Лухана. *** Когда Ву заскочила в студию снова, Лухан уже заканчивал с приготовлениями фона и прочего интерьера. - Да, ты капитально подготовился, - чуть не присвистнула Сучжон при виде новых декораций, разглядывая красивый бардовый диван в центре комнаты и горящий камин с другой стороны. Нет, камин, конечно, девушка видела и раньше, ведь в самой студии около шести комнат для проведения съемок. Просто обновленный интерьер отлично гармонировал со старым камином и дорогими шторами. - Всё для того, чтобы исполнить капризы принцессы, - улыбнулся парень, вытаскивая из чехла свой фотоаппарат и принимаясь его настраивать. Ву тем временем скрылась за ширмой, чтобы переодеться, - Ну, ты там как? Готова? - воскликнул он, дожидаясь девушки. - Готова. – Лухан немного удивленно уставился на Сучжон. Нет, он, конечно, знал, что сегодня будет особенная фото-сессия, но полагал, что Ву обойдется лишь одним красивым длинным платьем. Сучжон продефилировала перед ним почти нагая: в специфическом наряде, больше напоминающим прикид восточной красавицы. Плюс ко всему тело девушки украшала золотистая бижутерия. Парень жадно наблюдал за семенившей перед ним девушкой. Он, конечно, не маленький и давно уже повидал девушек в чем мать родила, просто парень понимал, что перед ним не просто девушка. Сучжон была сравнима с суперзвездой, сошедшей со своего Олимпа, с представительницей голубых кровей, которые снисходят не до всех людей. - Ну, давай тогда приступим, - сбито пролепетал он, указывая девушке в сторону дивана. Съемка длилась около часа, но время для молодых людей летело незаметно. Поправлять движения тела девушки Лухану толком не приходилось: Сучжон будто бы знала, как нужно правильно сесть или повернуться, чтобы он смог выбрать наиболее удачный ракурс для фотографии. Она широко расправляла плечи, бесстыдно раздвигала ноги, выпячивала грудь вперед – в таких моментах молодой фотограф начинал еле сдерживать нарастающее возбуждение. За все время знакомства с капризной Ву, Лухан сделал вывод, что в ней прослеживалась не очень положительная черта характера: за что бы она ни бралась, любое действие, занятие и времяпровождение быстро поднадоедало ей, и она его оставляла, вне зависимости от того, важно оно или нет. Вот и сейчас ей вновь захотелось внести в работу фотографа более ярких красок. - Знаешь, фотографироваться в одном и том же наряде на протяжении часа - скучно, - как-то лениво произнесла Сучжон, не отрывая своего взора от камеры. - У тебя есть какие-то другие предложения? – задал вопрос Лухан, убирая фотоаппарат в сторону. Вместо ответа девушка поднялась с дивана, молча прошествовала к камину и остановилась перед лежащим на полу белым махровым ковром. У молодого человека перехватило дыхание, когда Ву, повернувшись к нему спиной, принялась стягивать с себя золотистый бюстгальтер, оставаясь в одних полупрозрачных трусиках, поверх которых висела прозрачная шаль. Хорошенько расправив волосы, Сучжон вновь развернулась, заставив Лухана забыть обо всех насущных проблемах: настолько завораживающий вид открылся перед ним. На шее оставалось висеть лишь массивное позолоченное колье, а на руках – браслеты, делая ее отдаленно схожей с древней царицей. Ву, не снимая обуви на высоких каблуках, плавно опустилась на мягкий ковер и легла во весь рост, предварительно красиво раскидав свои светлые локоны по полу. - Ну, чего же ты замер? – удивленно выгнув бровь, обратилась к парню девушка, глядя на него из-под полуопущенных ресниц. Лухан, в начале растерявшись, не сразу сориентировался, поэтому некоторое мгновение смешно топтался на месте, не зная, как правильно себя вести. Он не понимал, как расценивать подобный ход девицы: либо как сигнал, взывающий подойти и поцеловать ее, либо просто Сучжон действительно захотелось что-то неординарное. - Прости, - собравшись с мыслями, пролепетал, наконец, фотограф, нависая над девушкой и выбирая более удобное положение для съемки. Блики огня красиво отражались на молочной коже, а учитывая, что за окном уже стемнело, то атмосфера комнаты начала таить в себе некоторое очарование. Девушка крепко обхватывала свои груди, соблазняющее кусала губы, ложилась в более компрометирующие позы, чем заставляла Лухана с каждым разом изрядно попотеть. Но самый возбуждающий момент настал тогда, когда Сучжон, встав на колени, притянула молодого человека к себе, с некоторым остервенением отбрасывая фотоаппарат в сторону. Лухан сначала вылупил глаза, не понимая, что к чему. Однако Ву дала прекрасно все понять, после того, как буквально набросилась на него с взбудораженным поцелуем и даже больно прикусила его губы вовремя обуреваемой страсти. - Что ты делаешь? – улыбнувшись сквозь поцелуй, задал вопрос молодой человек, когда Сучжон принялась стягивать с него футболку. - А что не видно? – хрипло прошептала она, нежно прикусывая мочку уха, после чего плавно переходя снова к губам и постепенно опускаясь к кадыку. - Что именно прямо тут и сейчас? – Лухан не особо был удивлен, просто спросил для уточнения, крепко обхватывая женское тело в свои руки. - Хочешь сказать, ты раньше никогда не трахал своих клиенток? – судорожно пролепетала Ву, аккуратно ложась на махровый ковер и увлекая парня за собой. - Ну, я стараюсь не смешивать работу с личной жизнью, - Молодой человек толком не успел освободиться от джинсовых брюк, как Ву, схватив его ладонь в свою, опустила ее в свои трусики, как бы задавая старт к первым действиям. Лухан хмыкнул, но правила игры богатенькой особы принял. С губ Сучжон сорвался первый стон, когда фотограф, оттянув резинку трусов в сторону, ввел в нее два пальца, начиная выполнять поступательные движения, постепенно выбивающие из груди девушки кислород. Студия погрузилась в тяжелые дыхания, сама Сучжон даже не пыталась сдерживать свои шумные вздохи. Наоборот, ей приносило удовольствие наполнять комнату своим громким сбивчивым дыханием. Лухан тем временем продолжал водить пальцами взад-вперед, звонко хлюпая при каждом проникновении. Сама Ву стала подаваться вперед, как бы совершая ответные движения, и выгибаться дугой, тем самым выпячивая вверх мокрую от пота грудь. Протяжно простонав от нахлынувшего удовлетворения, Сучжон даже не успела толком перевести дыхание и отлепить волосы от вспотевшего лица, как парень решил взять бразды игры в свои руки, припадая к оголенной женской груди и взбухшим соскам. Схватившись ладошками за длинный ворс ковра по обе стороны от себя, Ву блаженно прикрыла веки, полностью отдаваясь своим утехам, пока Лухан тщательно вылизывал ореолы сосков и периодически жадно их покусывал. Затем парень спускался всё ниже и ниже, пока не утыкался в лобок. После чего стягивая с обнаженной Ву последнюю преграду в виде трусиков и оставляя ее в одних украшениях, да прозрачной юбке, аккуратно раздвинул ее ноги, опустился к покрасневшим половым губам и со всем трепетом приник к ним, начиная кончиком языка нежно выводить круги по клитору. Сучжон тем временем зарывалась в вихры золотых волос и самозабвенно предавалась новым ласкам. *** Как-то раз Сучжон пришлось наведаться к своей подруге. 17-летняя Солли была еще школьницей, и по заметкам Ву, ее тело было развито не по годам взросло: это была высокая, стройная девушка с прекрасно развитой грудью и милыми чертами лица. - Так что у тебя там? – задала вопрос Ву, когда Солли встретила ее на крыльце школы. Дело было вечером: многие школьники и учителя покинули стены учебного заведения. И лишь немногие оставались на внеурочные факультативы, - Валяй. Рассказывай, зачем звала? - У меня свидание с парнем. - Ну, это круто, - буркнула Сучжон, до сих пор не понимая, зачем Солли пришлось звать ее в школу, чтобы рассказать эту новость. Ву могла все спокойно услышать и по телефону. - Сучжон, я не умею целоваться, - на одном дыхании выпалила младшая, от смущения не зная, куда себя деть. Девчушка вся раскраснелась и начала нервно оборачиваться по сторонам в поисках нежеланных свидетелей: ей не хотелось, чтобы кто-то услыхал ее чистосердечное признание. Сучжон тем временем несколько секунд удерживала паузу, не понимая, к чему ведет школьница. - Ты хочешь, чтобы я научила тебя целоваться? – сделала вывод Ву, как только до нее дошел смысл слов младшей. - Тише ты! – шикнула Солли, попытавшись утихомирить старшую и зажать ей рот ладошкой. Но Сучжон не утихла: наоборот разразилась заражающим звонким смехом, заставляя Солли засмущаться еще больше. Подобная новость забавляла ее. Утихомирившись, Ву молча взяла Солли за руку и повела в сторону лестничной площадки. Идти к подруге домой она не собиралась: родители Чхве вряд ли обрадуются тому, если застигнут свою дочь в объятьях подруги. Девушки затаились под лестницей первого этажа – около входа к котельной – туда обычно редко кто забредал. Сучжон легонько подтолкнула младшую к стене: Чхве не сопротивлялась - покорно подчинялась, отползая назад. - Не пугайся, - мягко попросила Ву, обхватив талию Солли одной рукой, а другой – за плечи, - Я просто обниму тебя: так как делает это парень вовремя поцелуя, - пояснила девушка, видя, как младшую начинает слегка трясти. После чего Сучжон нежно взяла ее за подбородок и тихонько поцеловала в плотно сжатые губы. От непривычки и чуждых прикосновений Солли вела себя сконфужено. – Солли, – властно произнесла Ву с заметным нажимом в голосе, – если ты не приоткроешь рот, то тебя вообще никто не сможет поцеловать. Просто расслабься. Школьница, немного потупив взгляд, смущенно опустила свои ресницы, давая знак повиновения. И только язык Ву проник в рот, как Чхве вновь напряглась, а секунду погодя и вовсе отпрянула. - Так дело не пойдет, - покачала головой старшая, недовольно нахмурив брови, - Все так делают. В этом нет ничего предосудительного. - Мне непривычно. - Такое бывает. В начале. Потом понравится, вот увидишь, - заверила ее Ву, вновь подступая к ней и прижимая к стене. Розовый язычок Сучжон, подвижный и гибкий, вновь юркнул внутрь, сплетаясь с язычком подруги. Сначала Солли плохо понимала, что нужно делать. Но чуть погодя, принялась повторять движения старшей. Понемногу Ву стала возбуждаться. Однако та старалась не напирать, чтобы снова не спугнуть школьницу: небось вновь начнет нервничать, что-то заподозрит, а потом и вовсе убежит. Постепенно Сучжон опустилась к шее; а ее руки тем временем незаметно поползли к краям школьной рубашки. Солли не очень хорошо понимала, что с ней происходит. Но охваченная порывом юношеской чувственности, больше не сопротивлялась, откидывая голову назад и позволяя Ву трепетно выцеловывать ее шею. Внезапно где-то неподалеку раздались шаги: по коридору проходил кто-то из учителей, видимо, оставшихся допоздна на факультативы. Пытаясь не выдать себя, Сучжон подтолкнула младшую теснее к стене и прижалась к ней, не оставляя между ними свободного места. Когда шаги утихли, Ву обнаружила, что подруга расслабилась окончательно: взгляд у той был какой-то одурманенный, постоянно скользящий по телу Ву. Сучжон, пользуясь моментом, высвободила края рубашки из-под юбки, и одной рукой проскользнула внутрь, добираясь до груди. Младшая ахнула, когда подруга крепко сжала ее грудь, приподняла чашечку бюстгальтера вверх и затеребила розовый сосок. Ву была предельно возбуждена: конкретно в этот момент ей захотелось секса: бурного, утомляющего и в тоже время выбивающего из сил. Ей нужен был мужчина, хотелось чувствовать мужскую плоть в себе, выбивающую из легких кислород и доводящую до полной истомы. Но всё, что у нее сейчас было под боком – это 17-летняя подруга, которая только училась целоваться. Плюнув на всё, Сучжон одним рывком приподняла рубашку и прильнула к груди, начиная жадно ласкать молодую упругую грудь губами, языком и изредка покусывать ее зубами. Соски подруги от возбуждения затвердели. Продолжая тщательно выцеловывать грудь, Сучжон одновременно с этим приспустила с себя трусики, подняла юбку и поставила одну из ее ног между своими. После чего принялась тереться об ее ногу, все убыстряя ритм до тех пор, пока из глаз не посыпались звезды. Дыхание Ву стало тяжелым и прерывистым. Солли тем временем, казалось, была шокирована происходящим. Она-то просто попросила научить ее целоваться, а Ву почти что изнасиловала ее в стенах родной школы. Пока Сучжон отлипала от младшей, приподнимая трусики и хорошенько поправляя юбку, та что-то неразборчиво буркнула и убежала, оставляя подругу одну. Но Сучжон подобной пятиминутной разминкой была довольна. *** Ву выводила на молочной груди парня незамысловатые узоры, когда она и Лухан после очередной фото-сессии в порыве страсти занялись любовью. У обоих это вошло в привычку и оба не видели в этом ничего плохо. Простой секс без обязательств – что может быть лучше для молодого ветряного парня, который не ищет серьезных отношений и для девушки, которая просто любит получать удовольствие и наслаждение? Сами молодые люди не встречались друг с другом, но в последнее время проводили слишком долгое время в компании друг друга. Каждый раз когда Сучжон необходима была разрядка и крепкое плечо под боком, она, не долго думая, направлялась к Лухану в независимости от места и времени. Будь то кухонный стол на рассвете или кабинка туалета ночью. По инициативе похотливой Ву молодые люди пробовали заняться сексом даже в общественном месте. На что Лухан шутливо называл ее сумасшедшей. А Сучжон только это и нравилась: ощущать чувства на пределе, когда все тело готово взорваться на тысячи осколков, когда в глазах стреляют настоящие фейрверки – лучшего наслаждения она не испытывала. И в последнее время девушка жила только этим. И где-то в самых темных закоулках ее души начинали противно скребеть кошки, напоминая о весьма важных насущных вещах в ее жизни. Но Ву, гонимая собственными порывами, внутренними похотливыми бесами, лишь убегала, не желая глядеть правде в глаза. Она сама бросила себе вызов и сама же тонет в пучине, не собираясь из нее выползать. А тот, кто мог бы протянуть руку помощи, не рядом. И Сучжон не любит думать о нем, предпочитая полыхать в будоражащем кровь пламени.