Лето подарившее тебя.

Ну вот, мы тут почти две недели. Я привыкла и познакомилась с нашим коллективом. Все вполне дружелюбные, обычные люди, совсем не походят на монстров с другой планеты из потоков моего подсознания. Самое удивительное: мне понравилась работа. Конечно, тяжело, каждый день вечером я практически не чувствую ног, но мне нравится сам процесс. Когда люди подходят к тебе, покупают мороженое, советуются, ты улыбаешься и получаешь улыбки в ответ. Как чудесно становится на душе после того, как подаришь улыбку другому человеку. У меня даже появилась своя мини-игра на этот счет, я дарю свои улыбки и считаю вернувшиеся в ответ. Чаще количество моих перевешивает, но не в этом суть. Иногда после второго получасового сеанса торговли, когда люди выходят погулять в перерыв во время шоу, я просто держу себя из последних сил, дабы не плюхнуться в обморок. Не могу я пока привыкнуть, столько времени находится на улице. У нас уже сложилась группировка против нашего обожаемого администратора. Ну, никто не может терпеть Юльку. Меня она тоже бесит. Опять вру сама себе. Кажется, мне достается поменьше, чем остальным. Ей просто лень лишний раз спускать свою задницу ко мне на улицу, но когда она выходит курить, то не упускает возможности лишний раз придраться. — Каришо, ну давай ты попробуешь курить, — снова заговорчески выпалил парень, настукивая по моему холодильнику мелодию. Это был Леша — парень нашего возраста, проходящий в этой компании практику от института. Он был из Сочи и обещал провести нам в выходной замечательную экскурсию. — Алексей, это очень вредно, — я постаралась изобразить строгий голос. — Ф-у-у-у-у, скука. — Я девушка, Леш, и мне надо думать о будущих детях. — Отстань от неё и пошли, — проныла торчащая рядом Светка. Она откровенно вешалась на него и таскалась за ним повсюду. Не понять мне такого поведения. Должны же мы себя хоть как-то ценить. — Скучная ты, Карин, — он повернулся и зашагал в направление курилки. Светка топала рядом и заливисто смеялась. «Край, конец. Опять скучная. Убить вас мало за такие слова. Вы сказали и забыли, а я еще сто раз прокручу эту фразу в голове». Спускаюсь я такая вниз по лестнице, с коробками наперевес, никого не трогаю. Нет, всё-таки трогаю. Точнее врезаюсь. Не сложно догадаться в кого. В голове проносятся куча мыслей. Всё сейчас начнётся, да ещё и коробку уроню. Но нет, Юля качнулась назад и вцепилась в коробку руками. Так мы и удержали равновесия. Раз, два, три, четыре — тишина, похоже, взрыва не будет. Тихо стоим и смотрим друг на друга. Конечно, ей все равно, а я могу поклясться, что готова вечно рассматривать её лицо. Что же такое происходит? — Прости, не заметила тебя, задумалась, — бормочу я. — А я заметила, что с тобой это случается нередко, давай помогу, — и она берет одну из коробок и начинает спускаться. Я в недоумении иду за ней. — И почему ты такая неуклюжая, — негромко говорит Юля. — Наверное, это риторический вопрос. — Хм, ну все дотащили, — она усмехается. Если коронный знак моего администратора вот эта самая ухмылка, то моё коронное блюдо — всевозможные падения и столкновения. Приправленные ещё и несвязным бормотаньем. — Почему ты все время усмехаешься? — я совсем обезумела. — Мне просто очень интересно, зачем ты, Рин, таскаешь все эти коробки по лестницам. Интересно ей значит. Блин, не она ли собственной персоной предоставила для меня это почетное место! — Да так, для зарядки, — буркнула я. — Ну, если так, то ладно, просто у нас существует лифт и я думала, но если это исключительно для зарядки, — ухмылка так и сияет на загорелом лице. — Лифт? — выкрикиваю я. — Да ну, блин, — сказала я, таскающая эти тяжести с упорством бессмысленного барана. И ни одна живая душа не соизволила рассказать этот маленький секрет. — Ага, представь себе, и такое бывает. — Бывает, — обречённо говорю я, — дура. Юля улыбается. Открывает холодильник и проворно запихивает туда коробки. Первый раз после того самого злополучного знакомства, она нормально разговаривает со мной, не кричит и не пускает снисходительных взглядов свысока. — Пойдем, покажу тебе. Не могу больше наблюдать за твоими мучениями, — и она подталкивает меня со спины к входу. Заходим в помещение, чувствую меня подталкивают к небольшому коридорчику, и мы действительно оказываемся напротив лифта. — Вот, — утвердительно кивает головой. — Буду иметь в виду. Ощущаю себя улыбающейся идиоткой. Нет скорее мы две улыбающиеся идиотки. — Задача значительно упрощается, не правда ли? — Юль, ты даже не можешь представить насколько. Наверное, нужно было расходиться, но мне не хотелось. Да и Юля с этим не торопилась. Поэтому мы стояли, буравя друг друга взглядами. Бессмысленный диалог глаз. Совсем бессмысленный. Хотя скорее монолог. Плевать, зато у меня есть возможность еще раз рассмотреть эти черты лица. Тишина, пустота и ты не видишь ничего вокруг только эти глаза. — Знаешь, я пойду, – одно слово, исходящее от неё, одна фраза, а всё испорчено и нет больше той атмосферы. Рушится, разбивается. Какой раз за сегодня чувствую себя дурой. — И мне пора, — но стою, и смотрю, как за ней закрываются двери лифта. Прислоняюсь к стене и закрываю глаза. Я всегда нахожу себя полной странностей, но они никогда не заходили за грани. Не заходили вплоть до этой поездки. Сегодня я нашла лекарство для своих ног. Лекарство — море. Да я все-таки вытащила себя на берег, присоединяясь к Дэну, Вике и всем остальным ребятам. Компания была такая пестрая и разнообразная. Меня с самого начала поразило сочетание, на первый взгляд, совершенно не сочетаемых людей вместе. Всё, теперь первым делом после работы буду ходить на море. Когда ты заходишь по гальке на гудящих ногах в прохладную воду, то хочется мурлыкать от восторга. Такое расслабление. Уставшие ножки омывает морская вода, и мгновенно становится лучше. Все смеялись, общались и вообще отдыхали. Я сидела немножко поодаль, растянувшись на гальке, и точно знала — лето изменит меня. Я уже немного другая. Я не боялась изменений, скорее, мечтала о них. Я ехала за ними и была к ним готова. Так сказать, ждала их с распростертыми объятиями. Новая усовершенствованная Карина приедет домой и больше никогда не будет чувствовать себя неуверенно. Никогда. Но одного я не ожидала точно. Это врывалось в мое сознание не прошеным гостем, хоть я и упорно откидывала глупые мысли подальше. Вот и сейчас, закрыв глаза и полностью отдаваясь приятным ощущениям, я понимала, что невидимые линии снова с непримиримым упорством рисуют в моих мыслях чье-то лицо и с каждой новой черточкой оно становится немыслимо знакомым. Всё сильнее. Всё больше.