Сломать нельзя построить, или Дело в запятой.

Чонин до нас так и не дошёл… Я выходила из ванной, кутаясь в банный халат, когда дверь рывком открылась, меня пихнули обратно, и закрыли дверь. - Сехун? Я уже помылась, можешь… - и запнулась об его взгляд. – Ч-что? - Спинку потрёшь? – и медленно наступает, тесня к стиральной машине. - Сам справишься, - а щёки предательски вспыхнули. - Я немного не достаю, - наморщил нос. – Поможешь? – и хитро так ухмыляется. - Сехун, давай не будем… - и упёрлась ногами в машинку. - Что? Что не будем? – ставит руки по обе стороны от меня и утыкается носом в мои мокрые волосы. - Мы… мы не одни. - Тао уехал в клуб, а Мина в своей комнате… - кончиком носа ведёт вниз, касаясь ушка и чувствительной кожи. Я выставила руки, упёршись ему в грудь. Но он почти вплотную, и это так, скорее повод коснуться. - М-м-м, - постанывает мне в шею, вызывая просто табун мурашек-слонов. – Так бы и… - обнимает, прижимая к себе, - съел… - и в доказательство своих слов втягивает тонкую кожу. Я охнула и непроизвольно откинула голову, открывая доступ. Сместила руки, теперь обнимая его за шею и плечи. Он неожиданно чуть присел – и вот я уже сижу на стиральной машинке, зажав его между бёдер. - Чимин… - с придыханием, и его губы, наконец, на моих губах. Полы халата раздвинуты, и горячие пальцы медленно движутся от колена вверх, то и дело, соскальзывая во внутреннюю сторону бедра, заставляя след от руки буквально гореть. И, кажется, что я оглохла. В голове только громко и часто бьётся пульс. И его дыхание… И эта рубашка… Совершенно идиотская, потому что пальцы от напряжения трясутся и соскальзывают с пуговиц, оттягивая момент прикосновения. Но я справилась! Рывком оголяя грудь, как к божеству, приникаю к коже руками. И кончики пальцев покалывает, потому что она тёплая, нежная, и до одури приятная. И хочется трогать его везде, в прямом смысле… И руки блуждают, как у слепой: по шее, груди, спине, животу… Он тяжело дышит мне в губы, приникая снова и снова, касаясь языком верхнего нёба, заставляя бабочек внизу живота сойти с ума и взбеситься, биться о стенки и просить чего-то невероятно близкого… Мокрая дорожка из мелких засасывающих поцелуев вниз по шее… И халат уже давно развязан и свисает с плеч… И горячий издевающийся рот… на груди… И гул в голове… И жар… Так жарко, словно в теле сломался градусник и кровь разогналась до двухсот… Словно произошёл маленький взрыв, ослепив, оглушив, разбив вдребезги остатки самообладания… И губы его, как раскалённые, оставляют на коже красные следы… А пальцы уже на границе… И где-то на периферии мысль о том, что я – умница, раз надела хотя бы низ от нижнего белья. Потому что его пальцы уже там… Там, где жарче всего, где клубок из нервов сжался в надежде на продолжение… И его джинсы раздражают меня, как ничто на свете. И проклятья на головы их придумавших… И благодарность за то, что они так плохо снимаются. Потому что я очнулась, когда поняла, что это мои пальцы судорожно пытаются расстегнуть его ремень. - Се… Сехун… - Да… - прижимается ко мне кожа к коже, лоб ко лбу. - Се… - Да… Молодец, - тягуче целует в губы. – Так правильно… - и дышит так часто, словно стометровку пробежал. – Правильно… - закрывает глаза и делает несколько глубоких вдохов. - Прости… - пролепетала, касаясь его щеки. - Нет, всё правильно. Рано ещё… рано… Ты – умница, - робко улыбается. И понимаю, что ему, наверное, тяжело сейчас. Я плохо разбираюсь в мужской физиологии. Но даже моя физиология прямо сейчас яростно требует продолжения банкета. - Я не напугал тебя? – поднял на меня слегка испуганные глаза. - Нет, - покачала головой. Он казался ещё смущённее меня. Словно очнувшись, покраснел и принялся поправлять мой халат, снял с машинки, поставил на пол и стал усиленно запахивать и крепко завязывать полы. Пару секунд мы, как пришибленные, стояли молча, друг напротив друга, и смотрели в пол. - Ну… Я пойду, - мой голос какой-то хриплый. - А я, пожалуй, приму душ, - не глядя на меня, кивнул Сехун. – Холодный… - еле слышно. Я быстренько выскочила из ванной. - Помылась? – столкнулась в коридоре с новой соседкой. - Там занято… там Сехун, - пробормотала. - Тебе плохо? Чимин, ты такая красная. Давление? – взволнованно спросила Мина. - Ага, - кивнула и заспешила к себе. - Может, тебе нужно лекарство? – вдогонку бросила девушка. - Спасибо, у меня есть. Правда, моё лекарство сейчас холодный душ принимает…