Кое-что о вреде азартных игр

Сиф и Тор уже добрых полчаса кружили по тренировочному полю, оттачивая друг на друге удары под одобрительные возгласы друзей, которые, впрочем, скоро заскучали. Когда дерутся два более или менее равных по силе соперника, не имеющих желания друг друга убить, через какое-то время становится скучно: они начинают повторяться, обмениваются не изощренными выпадами, а самыми простенькими, выматывая друг друга и выжидая удобный момент, когда уставший противник отвлечется или споткнется, чтобы одним быстрым и точным ударом обеспечить себе победу. И такое кружение может продолжаться долго… В этот раз оно закончилось по вине Сиф. Точнее, Локи. Валькирия заметила краем глаза, как младший принц Асгарда подошел к Троице Воинов, стоящих у ограды, и о чем-то с ними заговорил. Воины засмеялись. Локи продолжил говорить, взглядом указывая на дерущуюся пару, снова вызывая смех друзей. Вольстагг что-то ответил, и тогда уже засмеялся Локи, хитро прищурившись. Сиф на секунду задумалась о том, что же он замышляет, и пропустила удар Тора. Тренировочный затупленный клинок коснулся ее предплечья, и схватка была окончена. Впрочем, Сиф не огорчилась. Выиграть у Тора в честном бою считалось почти невозможным. Пожав друг другу руки, она и Тор направились к друзьям. – Здо́рово, – сказал Огун им обоим. – Мы уже собирались послать на кухню, чтобы нам принесли обед, а может, сразу и ужин, потому что вы явно могли тут до вечера задержаться, – с добродушным смешком произнес Вольстагг. – Я предложил сделать ставки! – громко сказал Локи, обращаясь к Тору. – На то, что вы будете кружить так до утра, пока один из вас не устанет настолько, что использует какой-нибудь запрещенный прием. Но они, – кивок в сторону Троицы, – почему-то отказались. – Да просто никто в трезвом уме не будет спорить с тобой, брат, – с широкой улыбкой пояснил Тор. – А я и не предлагал спорить со мной, – тут же возразил Локи. – Они могли бы поспорить друг с другом. А я бы просто собрал ставки и стал независимым судьей. А что? – он развел руками в ответ на удивленные взгляды друзей. – Вообще на следующую тренировку можно собрать весь двор. Представляете, как возрастут ставки, и какой будет выигрыш? А потом можно устраивать показательные бои во всех землях Асгарда! Да и всех Девяти Миров! Составим расписание, когда и где какой бой, будем продавать билеты, наймем специальных людей, которые будут собирать ставки, устроим тотализатор, а по окончании поединка выпустим информационный листок с результатами. И его будут вырывать из рук, чтобы только узнать, выиграла ставка или нет! В Мидгарде давно уже такое делают. Очень доходный бизнес, надо сказать. Подумай об этом на досуге, Тор. Скоро твоя коронация, и она встанет нашей казне в кругленькую сумму. Мастер казначей уже присылает такие счета, что я чувствую, как у меня волосы начинают седеть, словно у нашего отца. Нет, не ищите, я все седые волосы выдираю, но если так пойдет дальше, я стану лысым! Так что надо будет всерьез подумать над тотализатором… А если, например, вас выставлять с непривычным для вас оружием, это будет еще интереснее. Например, ты, Тор, выйдешь вооруженный шпагой! Ты ведь еще помнишь, как ею сражаться? – Я могу сражаться любым оружием… – начал Тор, но Локи не дал себя перебить. – Вот и замечательно. Тогда Тор со шпагой, Сиф – с секирой, к примеру. Это же будет, как говорят мидгардцы, матч века! Такой доход казне! И вы, друзья мои, – обернулся к Троице, – тоже будете участвовать в боях. И на вас можно неплохие деньги делать… – Локи, – наконец прервал его вдохновенный словесный поток Тор, – дай воды. – Я тебе что, служанка? – младший принц тут же сделал вид, что оскорбился. Но Тор укоризненно глянул на него, и Локи, прикрыв глаза, шевельнул пальцами: в его руке появилась кружка, которую он и передал брату. Тор хотел было опрокинуть ее в себя, но, вспомнив что-то, все-таки сначала понюхал. Потом осторожно глотнул. – Надо же, вода! – удивился он и залпом выпил все. – Конечно, вода, – произнес Локи. – А что бы ты хотел, чтобы там было? – Я не хотел, но в прошлый раз была ослиная моча, – заявил Тор, отдавая ему кружку и вытирая рукой губы. – А не козлиная? – уточнил Локи. – Ты колдовал, я не знаю, что именно, – резонно заметил Тор. – Ты просто так уверенно именуешь это ослиной мочой, что я подумал, ты их различаешь на вкус. Я-то не различаю, поэтому как-то не придаю значения, что ослиная, что козлиная… Тор, кажется, пожалел, что отдал кружку, и ему теперь нечем швырнуть брату в голову, как он обычно делал, когда тот начинал выводить его из себя. Впрочем, на памяти Сиф не попал ни разу. – Что вообще мидгардское пиво, – продолжил Локи и провел рукой над кружкой. – Разбавленное. – Он принюхался к содержимому кружки. – Вот, например, дешевое пиво из одной из тамошних стран… – он подал кружку брату, и тот, тоже осторожно понюхав, сделал маленький глоток. – Вроде пиво, – признал он, – но какое-то… неправильное. – Так и есть, – с готовностью подтвердил Локи. – Потому что они его делать не умеют. Сами именуют не иначе как ослиной мочой. Но при этом пьют. А куда деваться? Если пить хочется, а другое бешеных денег стоит, которых у них нет? Вот еще чуть подороже… – он опять шевельнул пальцами. Тор снова принюхался и снова глотнул. – Не лучше, – вынес он свой вердикт. – Несчастные смертные. – Я тоже так считаю, – кивнул Локи. – Но все лучше, чем ничего. Потому что вот это… – он сделал еще один жест и предложил Тору попробовать. И когда тот сделал глоток, пояснил. – Это и есть настоящая ослиная моча. Чувствуешь разницу? Кружка все-таки полетела в голову Локи. Который, как обычно, проворно увернулся и бросился наутек. Тор, с неожиданной для его массы ловкостью, перепрыгнул через загородку и помчался следом, а Троица Воинов и Сиф согнулись пополам в приступе хохота. Локи устраивал такие розыгрыши с завидной периодичностью, Тор неизменно покупался, и это всех веселило больше, чем сами шутки. Впрочем, Тор был отходчивым, ни на брата, ни на друзей, хохочущих над ним, долго не обижался и сам же громко смеялся с ними, вспоминая потом эти моменты. Даже жалко, что вскоре все уйдет в прошлое. Ведь вряд ли Локи осмелится так подшучивать над королем Асгарда.