Чем пахнет зима? Чудом! Ведь в ней все сказочно!

      Снег — это ледяная стружка, что снимают ангелы с сердец людей, влюбившихся этой зимой.       Ночь была очень холодной. Снег шёл огромными хлопьями, падающими на землю и превращающимися в пушистые сугробы. Он падал сам по себе, и ему не требовались люди для подтверждения своей уникальности. Его можно было любить и ненавидеть.       Ненависть и любовь — два совершенно разных чувства, но настолько близких друг к другу, что не всегда замечаешь, когда одно превращается в другое. Эта мысль не выходила из головы Драко Малфоя. Он медленно шел по улице в сторону дома. Ему было некуда спешить. Его давно уже никто не ждал. Мать не вынесла смерти отца и покинула этот мир вслед за ним, оставив сыну все своё богатство, которое, как оказалось, не принесло ему счастья. Войдя в дом и скинув с себя пальто и ботинки, он прошел в гостиную, лег на диван и быстро уснул.       Наступило утро. Он проснулся с мыслями о Гермионе. Ему захотелось увидеть её снова. Он направился на кухню и, поставив чайник на плиту, сел за стол и стал думать о том, что делать дальше.       Что сказать, когда увижу её?       Какую придумать причину моего появления?       Почему она была так мила со мной вчера?       И почему я был мил с ней?       Эти мысли кружили у него в голове, как снежинки в белом танце за окном. Свист чайника оторвал его от размышлений, он встал, сделал себе кофе и снова погрузился в свои мысли.       «Стоп! Почему я еще здесь?» — подумал Драко и пулей вылетел из дома.       Вот он уже стоит на её крыльце. Его палец дважды нажал на кнопку звонка. Несколько секунд ожидания, и вот, дверь открыла Она.       — Драко! — удивилась Гермиона. — Привет. Что ты тут делаешь?       — Я проходил мимо, и… Ты куда-то собираешься? — поинтересовался он, рассматривая теплый шарф на ее шее.       — Нет, я… приболела… кхе-кхе, — ответила она. — Проходи в дом, а то мне холодно. И голова кружится. Мне нужно прилечь, — сказала Гермиона и раскрыла шире дверь, пропуская Драко.       — Знаешь, ты иди ложись, — сказал Драко. — А я сейчас приду. Я не буду тебя беспокоить и войду в дом сам. Если ты не против, — помолчав, добавил он.       — Хорошо, но куда ты? — с тревогой в голосе спросила Гермиона.       — Скоро буду, — сказал Драко и вышел за дверь.       Гермиона прошла в гостиную и легла на диван, укрывшись пледом. Голова кружилась, и болело горло.       Когда ты болеешь, то особенно нуждаешься во внимании и ласке. В такие моменты хочется свернуться клубочком под теплым одеялом. Хочется, чтобы кто-то заботился о тебе, поправлял подушку, поил горячим чаем с вареньем, давал микстуру и просто был рядом… Кто-то… обычно, мы знаем, кто этот кто-то… Гермиона сама от себя не ожидала, что эти мысли ассоциировались у нее с Драко. Как это было бы здорово. И забывшись в своих мыслях, она уснула.       Ей снилось, что наступила долгожданная весна. Что она гуляет по красивому сказочному лесу вместе с Драко. В лесу растут необычные деревья и цветы, и звонко поют сказочные птицы. И все такое яркое, цветное. Где-то рядом журчит ручей, сверкая в солнечных лучах. Они гуляют вдвоем по сказочному лесу, разговаривают, смеются. Их недружественного прошлого как будто не существовало. Внезапно подул холодный ветер, и Гермиона съёжилась, но тут же почувствовала, как руки Драко накрывают ее плечи теплым пледом. Ощущение было реальным. Гермиона проснулась.       — Я не хотел тебя будить, извини, — произнес Драко, заботливо возвращая ее в объятия любимого пушистого пледа. — Одеяло съехало, и я решил укрыть тебя.       — Ничего, я сама не заметила, как уснула, — сказала Гермиона.       — Что снилось? — поинтересовался Драко.       — Ничего… — ответила Гермиона, смущенно улыбаясь. — Куда ты ходил? И что за пакет на столе?       — Я тут кое-что принес, — сказал Драко, раскрывая пакет и выкладывая его содержимое на стол. — Варенье, фрукты, микстура от горла и еще некоторые лекарства. Тебе надо скорее выздоравливать, ведь скоро Рождество, — сказал он, улыбнувшись, вызывая розовый румянец смущения на щеках Гермионы.       Она села на диван и еще сильнее закуталась в плед, надеясь, что это спасет ее от приятного смущения, которое овладевало ей все больше и больше от взгляда Драко и от своих мыслей. Гермиона пыталась успокоиться, пока Драко возился на кухне, но ей это не удавалось. Драко вернулся с подносом, на котором стояли чашка чая с лимоном, пиалка с черничным вареньем и блюдо с фруктами. Черника — ее любимая ягода. Вчера она вскользь упоминала об этом.       — Итак, здесь все, что тебе нужно для скорейшего выздоровления, но сначала, микстуру, — сказал Драко, наливая микстуру в ложку и поднося к губам Гермионы. Гермиона почувствовала, как сердце начало биться быстрее.       «Все, как я и представляла», — подумала она, приоткрывая губы.       Сладкая жидкость попала в рот, и девушка почувствовала, как ее лицо заливается краской. И вот они сидят на ее диване, она пьет чай. Они разговаривают, и время снова пролетает совсем незаметно, и наступает вечер. Драко собирается домой, она провожает его до двери. Они прощаются, и он уходит.       Она осталась одна со своими мыслями и этим странным желанием увидеть его завтра. Она вернулась в гостиную, легла на диван, ей не хотелось подниматься к себе в спальню. Она хотела побыть там, где только что рядом с ней находился он. На душе теперь было хорошо и легко, как вдруг тревожная мысль пронеслась у нее в голове:       «Ведь не может этого быть! Я же не могу в него влюбиться! Это же Драко. Он всегда ненавидел меня, а я его. Он ведь как отрицательный персонаж в книге — само воплощение независимости и свободолюбия, отрицающий все принципы в принципе и не признающий никаких границ, — размышляла она. — Но ведь мне больше всего нравятся книги, где главная героиня влюблялась в отрицательного персонажа. Может, и я.»       Гермиона сама смутилась от своих мыслей. Ее пугала нарастающая тяга к Драко, и одновременно завораживала.       «Ох, эти девушки: запретный плод всегда сладок!» — подумала она и на этой жизнеутверждающей мысли стала засыпать в приятном ожидании грядущих и долгожданных перемен.