Монобровь прошла мимо нас... Бегущей строкой

      Ночь. В тишине квартиры были слышны ритмичные позвякивания. Это бедные вилки на хлипком кухонном столе жалобно взывали о помощи. Каждые 15 секунд одинокую слезу пускал никем не починенный кран. Сквозь дым выкуренных за вечер пяти пачек сигарет он видел очертания силуэтов двух совокуплявшихся индивидуумов неопределенного пола. И только монобровь одного из них была четко видна в свете полной Луны.       Стол держался из последних сил, потому что агрегат монобрового индивидуума пытался протаранить еще и его. Но ввиду излишне скромных размеров это члену слабо удавалось. Впрочем, индивидуум (далее – «монобровь») очень сильно старался, чем вызывал удивленные вздохи у отваливающихся обоев и заклеенного ими же вытяжного отверстия.       Вдруг, зад индивидуума, сидевшего на столе, неожиданно достиг стоящих там же вилок. С крана потекла капелька пота. Из комнаты послышался звук самошлепающих тапок, и на кухню вошел Пиздец.       Пиздец злобно глянул на юный зад моноброви, продолжавший вбивать партнера спиной в вилки. Тощая пятая точка моноброви почувствовала неладное, руки самопроизвольно натянули на тут же опавшего крохотного друга замусоленное белье. Пиздец со словами: «Фу, такими быть!» ушел с кухни.       Кран вздохнул и пустил скупую мужскую слезу: «Эх, монобровь. А ведь ты мне нравилась… Членом можно пренебречь».       P. S. Пожалейте кухонную утварь. У нее тонкая душевная организация.