Почувствуй нашу любовь

НИК @ ВЛАД Нику очень повезло, что, когда он воровским движением проскользнул в дверь подъезда, консьержки не было на месте. Она, конечно, не узнала бы в этой размалеванной девице одного из жильцов дома – скромного студента, но на характеристики нынешнему поколению бы точно не поскупилась. Так же тихо, стараясь не цокать каблуками, парень пробрался в квартиру, искренне надеясь, что Влад еще спит, и он сможет разбудить его минетом в необычном облике. "Может, ему и Женька не понадобится, - размышляет парень, смотрясь в зеркало при входе, - я в женском виде красивее её". Замечает в зеркале отражение за спиной - планы на минет и соблазнение сонного Влада испаряются. Мужчина держит в руках кружку и выглядит вполне бодрым, только синева на щеках свидетельствует о том, что он еще не брился после веселой ночки. - Где ты шлялась всю ночь, шалава? – звучит грозный вопрос, но Влад тут же смеется. - Расслабься, мне Женя полчаса назад звонила и рассказала, что ты остался у нее, потому что не в силах был доехать до дома, пьянь. "Блин, они разговаривали? Что она ему наплела? Что ОН ей наплел?" - мысли вихрем проносятся в голове под светлым париком. - И что? – озвучивает он малую часть вопросов. - Да ничего, - Влад пожимает плечами, он голый по пояс, и на груди отчетливо видно движение мышц, - Ты чего-то ждал? - Да, - Ник застывает и хлопает накрашенными ресницами, вот как признаться, что он ждал наказания? Причем чуть ли не с предвкушением? Это он-то? Владимир делает глоток из кружки, мысленно потешаясь над Ником, такой смешной, хотя в женских шмотках он выглядит очень привлекательно. Возбуждающе привлекательно. - Разве я смогу поднять руку на такую очаровательную девушку? – отвечает Влад на незаданный вопрос, приблизившись, проводит рукой по шее и щеке под пепельными локонами. У юноши уже готов сорваться вопрос: "На Женю у тебя тоже рука не поднимется?", но он вовремя спохватывается, еще не хватало самому напоминать про Кукушкину. Он только опускает ресницы и кокетливо "стреляет глазками", встряхивая волосами, чтобы кудри разлетелись по плечам. - О, детка, без работы ты не останешься, если что. "А вот сейчас обидно было, - Ник непроизвольно выпячивает накрашенные губы, а Влад уже откровенно ржет. - Что это он такой веселый? Разве вчера он не волновался, когда они потерялись? Он даже не звонил, наверняка продолжил развлекаться, словно ему не так уж и нужно мое общество", - нижняя губа еще больше оттопыривается. - Не плачь, тушь потечет – товарный вид потеряешь, - рука сжимает подбородок – жестко, больно, и на глазах действительно выступает влага. Влад, видя, что обижает парня, уже более тепло произносит: - Что мы в дверях-то застряли? Пойдем, красотка, я облегчу твои страдания. Кстати, как там пояс? Никто вскрыть не пытался? "Ему, блять, смешно! А он хоть знает, каково это просыпаться утром от боли, когда утренний стояк жестко подавляется сраным силиконом? Попробовал бы, наверное, не ржал бы так самодовольно!" - обиженный Ник, которому пришлось с похмелья вести заумные беседы с Кукушкиной-старшей, а потом вытерпеть множество масляных взглядов от горячих южных мужчин в метро, только резко дергает плечом, стряхивая руку. Проходит на кухню, чтобы с жадностью присосаться к бутылке с молоком из холодильника, о, то, что надо для первого утра нового года. - Где ты был вчера? – спрашивает он обвиняюще, вытирая молочные усы с губ. - Я не помню, чтобы должен был перед тобой отчитываться, - теплота исчезла, да что там теплота - температура голоса Влада падает за секунды до нуля. - Я был там, где хотел быть. Владимир усаживается на стул, но, несмотря на то, что смотрит снизу вверх, в его взгляде все наоборот – это Ник снизу, и он не даст ему забыть это. Юноша прикусывает язык, чтобы не наговорить слов, о которых он может очень быстро пожалеть, Влад ведь может и оставить пояс. Поэтому тянет примирительно, вставая рядом: - Вла-ад, я тебя искал! Мне пришлось ехать к Женьке, а сегодня еще переться через всю Москву в таком виде. На меня Женькины джинсы не налезли. - Отрастил жопу, - комментирует Влад и просовывает руку под подол платья Ника и мнет моментально напрягшуюся задницу, - неплохую такую жопку отрастил. Что, тяжко было? Парень усаживается к нему на колени: - Очень. - Давай, сниму, выпустим твоего зверька на свободу. Дважды просить не надо, Ник вскакивает с колен и задирает подол: "Что же он вчера все-таки делал?"

***

Когда пробирающийся к бару Влад услышал обращение "Ди-има", он не остановился, уверенный, что это не ему, но когда его поймали за плечо и знакомый голос вновь протянул это приторное "Ди-има", он понял. Так звал его только один человек, который выбрал из "Владимира" слог "Дим" для создания уменьшительно ласкательного имени. Только один человек так говорил, растягивая гласные, тот, с которым они расстались почти три года назад, чтобы забыть которого Влад и соблазнил наивного провинциального паренька, случайно подвернувшегося под руку. - Как ты меня узнала? – Владу удается сохранить спокойный голос, хотя в груди он чувствует омерзительное ощущение дрожи. - М-м, я узнаю тебя в любом виде, у тебя такая походка, её невозможно забыть, - говорящая появляется перед Владом, она в костюме Джека Воробья, и подведенные черным глаза кажутся нереально большими на узком лице. - Дим, мне нужна твоя помощь, Алекс хочет от меня избавиться. - То-то я думаю, почему Новый год ты встречаешь в Москве, - Алекс – муж его бывшей нижней, к которому Натали – так звали привлекательную женщину в образе пирата, - переметнулась от Влада, посчитав, что последний не сможет дать ей тех благ, что предлагала жизнь на Рублевке. - Да, он уехал один, а меня бросил тут! Доволен? - Мне-то что? Я давно уже не слежу за тобой. Похоже, это тебе от меня что-то надо. Что? Голос Натали становится ласково просительным: - Посмотри наш договор, я знаю, ты найдешь лазейку для меня. - Идти против Алекса? Ты смеешься, Наташа? - на лице женщины гримаса неудовольствия, не нравится, когда её так называют, и Влад об этом знает. - Я не идиот. - Ты говоришь так же, как все эти суки, к которым я обращалась, они даже отказываются смотреть бумаги, - в голосе отчаяние и злость, Владу почему-то это неприятно. - Хуй с тобой. Взгляну, привози завтра. - Черт, слишком быстро он дал согласие! - Ди-им, я в тебя всегда верила, только не завтра, пожалуйста, посмотри сегодня, завтра ты протрезвеешь и передумаешь, - Натали смеется, показывая, что шутит, но она, конечно, права – завтра бы Влад как-нибудь съехал, лезть против одного из самых влиятельных людей в столице сродни самоубийству. - Я не буду ссылаться на тебя, Алекс не узнает, что ты мне помог, - взяв руки Влада в свои, женщина горячо шепчет на ухо, скрытое под маскарадной маской. - Пожалуйста, я тебя умоляю, давай сегодня. Мне больше некому помочь. Хорошо хоть хватило ума деньги не предлагать, тогда бы Влад не задумывался бы ни на секунду – послал сразу, но нет, на жалость давит, сука, и ведь получается, блять! Влад оборачивается бросить взгляд на Ника с Женей, которые отплясывают на площадке, рядом они смотрятся как две сестрички – две сестрички-лесби в отрыве. - Это твоя куколка так жмется к зайчишке? – его бывшая как всегда внимательна. - Они обе мои куколки и тебя это не должно волновать, - Влад не уверен до конца, стоит ли тратить часть сегодняшней ночи на сомнительное дело. - Со мной тебе не нужен был кто-то еще, помнишь, как нам было хорошо вдвоем? Конечно, помнит, а еще помнит, как было хуево, когда он узнал, что эта продажная тварь легла под толстый кошелек. - Не особо уже, если честно. Ладно, давай, я посмотрю, только быстро: одна нога там, другая здесь, – Влад намерен вернуться в клуб, он самоуверенно считает, что не поддался вновь на чары глубокого голоса и остался равнодушен к блядскому огню, горящему в серо-зеленых глазах. - Димочка, я тебя люблю! Влад только усмехается в ответ: - Поехали. Он хочет предупредить Ника с Женей, что ненадолго отъедет, но уже потерял их из вида в водовороте лиц и масок, а рука, пробравшаяся под локоть, настойчиво тянет к выходу. "Я быстро, они и не заметят, что я отлучался", - решает Влад и позволяет себя увлечь в сторону выхода. Пока Влад читает несколько листов договора, Натали тихо сидит напротив и дышит через раз, радуясь, что смогла уговорить бывшего любовника. Она не испытывает никакой вины или неудобства, что использует сейчас Диму, после того как достаточно некрасиво его бросила. Каждый в этой жизни устраивается как может, вот и она тогда, как казалось, просто смогла лучше устроиться. Кто же знал, что за пару лет она надоест богатому Алексу, и тот захочет вышвырнуть её без всего на улицу, просто заменить девочкой помоложе. Но Натали не собирается мириться с положением наскучившей игрушки, нет, с этой жадной гниды надо получить хоть что-то, хотя бы на домик где-нибудь у моря. Как хорошо, что она смогла затащить Алекса в ЗАГС и как жаль, что они составили контракт на заре их отношений. То, что Дима сможет найти в договоре зацепку, которая не позволит остаться без денежной компенсации, женщина уверена. И Влад её не разочаровывает: - Пункт шесть одиннадцать посмотри внимательней, если не дура, допрешь, как использовать. И я тебе ничего не говорил, меня здесь вообще не было, ясно? - Конечно, конечно, не смотри на меня так, я боюсь твоих волчьих клыков! А они острые? Дай попробую – Натали прижимается, и язык скользит по клыкам, - м-м, острые. Ты такой секси, Димочка, такой секси, сделай мне еще один новогодний подарок – возьми меня. Влад хочет отстраниться, хочет, но не может. Не может устоять перед призывным блеском ярко накрашенных глаз, перед опытным языком, который пробирается в его рот и заставляет прижать сильнее к себе жаркое тело под уже полурасстегнутой белой рубашкой. Рука непроизвольно лезет за ворот и сжимает упругую грудь со стоящим соском - лифчики Наташа никогда не носила. Пальцы сжимают сосок сильнее, чем надо было бы для ласки. - Ах, а ты всё такой же, да? - Натали расстегивает пуговицы, чтобы он мог не только трогать, но и смотреть. Когда он видел эту грудь в прошлый раз, вроде она была поменьше - мелькает мысль. Владу, в отличие от многих мужчин, не нравятся "сиськи как у Семенович", ему неприятно, что Наташа пошла на поводу у нынешней моды и увеличила грудь. Мужчина уже открывает рот, чтобы сказать какую-нибудь колкость, но не успевает - рот закрывают мягкие губы. Дальнейшие мысли крайне непристойны, но примерный смысл матерных слов можно было бы выразить фразой: "как же не хватало вагинального секса", перед глазами проносится образ зайчика - Жени, и сил медлить больше нет. Владимир так и не вернулся в клуб, остался у Наташи до утра.